Так же поступали императоры, о которых Талмуд «ничего не знает». Клавдий, в благодарность иудейскому царю Агриппе Первому, который помог ему благополучно взойти на римский престол, восстановил в прежнем объеме Иудейское царство. До него большую часть Иудейского царства после смерти Ирода Великого император Август превратил в римскую провинцию. Таким способом Клавдий выразил свою благодарность Агриппе и лояльность к иудеям. Благодарности он не дождался.
Вот наместник Иудеи, знаменитый собеседник Иисуса Христа Понтий Пилат, поместил в иерусалимском дворце Ирода позолоченные щиты с надписями в честь императора. Иудеи видели в этом поступке нарушение их древних обычаев. Они пожаловались императору Тиберию, и Тиберий приказал Пилату отправить щиты в приморскую Кесарею{98}.
Мудрого императора Адриана иудейская традиция тоже объявляет «злодеем». Это — императора-философа, который отказался от новых завоеваний ради того, чтобы посвятить себя только созидательной деятельности. Надпись в кипрском Саламине прославляет Адриана как «благодетеля и спасителя вселенной»{99}.
Возможно, эта надпись сделана в благодарность за усмирение еврейского восстания. Ведь оно нарушило мирное течение этого царствования и процветание Кипра.
Талмуд сначала с каким-то садистским сладострастием живописует множество убийств и мучений, которым подвергали воины Адриана еврейских мудрецов, имя этого императора сопровождается в Талмуде «пожеланием»-проклятием: «Да сгниют его кости».
В иудейских мистических сочинениях II–IV веков рассказывается, как во время правления Адриана «злодейский Рим держал совет о том, чтобы погубить могучих Израиля»{100}.
Из всех римских императоров только Калигула благосклонно принимал делегацию александрийцев, после того как они устроили избиение своих еврейских сограждан. Однако у самих римлян Калигула справедливо пользовался репутацией жестокого безумца, страдающего убийственной манией величия.
В иудейской же традиции о Калигуле вообще не упоминается, а достойные и по заслугам чтимые императоры ославлены придурками и моральными уродами.
Интересно, что греки были не в силах понять, что это римляне нашли в иудеях?! Греческие антисемиты всерьез полагали, что сделались жертвами хитрых иудейских интриг и что сами римские императоры — иудеи. Один из организаторов александрийского погрома 38 года Исидор заявлял, что наказавший его император Клавдий является сыном еврейки Саломеи.
Осужденный Траяном Гермаиск был убежден, что римский сенат «наполнен безбожными жидами»{101}.
Все это так напоминает утверждения многих современных антисемитов, что просто диву даешься.
Современные же евреи часто продолжают войну с Римом: и понося его достижения со страниц вроде бы вполне научных сочинений, и популярной литературы. И вот такими, например, изощренными способами…
В начале 2004 года два главных раввина Израиля, являющиеся лидерами ашкеназской и сефардской общин страны, которые получили аудиенцию у главы римско-католической церкви Иоанна Павла II, обратились с просьбой вернуть в Иерусалим золотую менору-семисвечник, вывезенную римлянами в 70 году по Р.Х., во время Первой иудейской войны. «Поскольку менора — один из важнейших символов как Израиля, так и иудаизма, раввины мечтают вернуть ее в Святой город. Главные раввины не отважились задавать связанные с семисвечником вопросы самому папе, но расспросили о нем священнослужителей из папской канцелярии, которые поспешили заверить первосвященников в том, что золотой семисвечник давно утерян. Главный сефардский раввин Шломо Амар грустно прокомментировал эти заверения: «Мое сердце подсказывает мне, что это неправда»{102}.
Сердце подсказывает? Что именно оно подсказывает? Что в Ватикане нахально прячут семисвечник, увезенный в обозе Рима еще 2 тысячи лет назад? А какими способами почтенные ребе предполагают его искать? Интересно было бы послушать.
Римляне — продолжатели лучшего
В исторических сочинениях, нет, не всех, конечно, но многих евреев Римская империя предстает своего рода «империей зла». Причем таково именно главное направление, так сказать, мейстрим духовной жизни иудеев. Талмуд прямо исходит из того, что тупые и кровожадные властители Рима все время злоумышляли против иудеев не из рациональных соображений, а просто в силу своей утробной ненависти к иудеям и природной порочности натуры.
Это неправда уже потому, что римляне сохранили все лучшее, что греки давали иудеям. Эллинистические монархи из домов Селевкидов и Птолемеев дали иудеям ряд привилегий — они могли беспрепятственно исполнять все положения своего закона. В числе прочего евреям было разрешено отправлять золото и серебро в Иерусалимский храм. В Антиохии иудеи не использовали бесплатное общественное масло во время спортивных состязаний: они умащали себя другим — кошерным маслом, которое покупалось особо. Эта трата возмещалась иудеям из городской казны.
Оказавшись под властью Рима, жители эллинистических полисов Восточного Средиземноморья пытались отменить эти привилегии и просили об этом римские власти.
Оставив неприкосновенными еврейские привилегии в городах Восточного Средиземноморья, Август даже перенес эту практику еще и в столицу империи, приспособив ее к римским обычаям. Когда осуществлявшиеся в Риме общественные раздачи приходились на субботу, их организаторы должны были сохранять долю евреев, ставших римскими гражданами, до следующего дня. Это делалось для того, чтобы те могли соблюдать святость субботы, а потом получить положенное.
Филон объясняет такую заботливость особой лояльностью евреев по отношению к императорам{103}. Пафосное преувеличение в апологетической речи? Но Светоний отмечает особую скорбь, проявленную римскими евреями во время погребения Гая Юлия Цезаря: «Среди этой безмерной всеобщей скорби множество иноземцев то тут, то там оплакивали убитого каждый на свой лад, особенно иудеи, которые и потом еще много ночей собирались на пепелище»{104}.
Есть в этой любви некая невротическая заостренность, но суть дела можно понять. Враг Цезаря, Помпей, оскорбил иудеев: он посмел вторгнуться в храмовую Святую Святых. Уже одно это обусловило их симпатии к Цезарю. Фактический правитель Иудеи Антипатр с помощью первосвященника Гиркана обеспечил Цезарю помощь египетских евреев. А те открыли Цезарю дорогу на Александрию. В знак благодарности Цезарь установил в столице Египта колонну, на которой были записаны права еврейских граждан этого города.
Евреи, проживавшие тогда в Риме, построили за свой счет тогда в знак своей благодарности особую «синагогу Августа». Позднее даже Тиберий, который отправил евреев в восьмилетнее изгнание, лично украшал римскую синагогу своими дарами{105}.
В иудейской традиции все ставится с ног на голову. Риму приписывается изначальная ненависть к иудеям, тогда как изначально ее не было и в помине.
Потребовались три иудейских восстания, чтобы император Адриан издал законы, направленные против иудаизма. Эта совершенно необычная для Римской империи мера не продолжалась более трех лет и была отменена уже при наследнике Адриана — Антонине Пие.
Так что римляне антисемитами не были, это три Иудейские войны настроили их против иудеев…
Но что же так не устраивало в Римской империи иудеев и что продолжает не нравиться их отдаленным потомкам?
Римская идея
Современники считали, что Римская империя объединила весь цивилизованный мир. О Китае и Индии обитатели Средиземноморья имели очень смутные представления. Вокруг империи бушевали волны моря варваров, не более. На пограничных столбах римляне писали: «Дальше этого места закона нет».
Как писал иудей Филон Александрийский, римскому императору досталась власть «…над большей и лучшей частью мира (она-то по праву и зовется «миром»), границы коего идут по Рейну и Ефрату, и струи Рейна отделяют нас от германцев и прочих племен, весьма звероподобных, Ефрат же — от парфян, сарматов, скифов, кои ничуть не менее дики, — в удел ему досталась власть, границы коей проходят там, где солнце всходит, и там, где оно ложится, в глубинах океана и в небесных высях»{106}.
Империя — плод завоевания? Несомненно. Но ведь и завоевания невозможны без технического и информационного превосходства. Враг римлян, иудейский полководец Иосиф Бен-Матиаху посвятил описанию римской армии специальную главу «Иудейской войны», где писал: «Они всегда легки на победу и тяжелы на поражение и никогда не были побеждаемы ни численным превосходством, ни искусством, ни неблагоприятными условиями, ни даже судьбой»{107}.
