– А я еще не наелся, просто ты так пронзительно на меня смотришь… вот я и…
– Не наелся? Какой ужас! Между прочим, мне еще за это платить! Наверно стоило тебя продать, хотя с другой стороны, кому нужен такой прожорливый раб.
– Никому не нужен!
– Вот и я так подумала. Знаешь, смотря как ты упорно пережевываешь подозрительные куски чего-то, что очень отдаленно похоже на барашка, я подумала, может мне тоже попробовать?
– Можешь не сомневаться, это самый настоящий барашек. Мой отец, пока не спился, имел целое стадо баранов, голов девяносто, – только теперь Шус понял, что говорит что-то совсем не то, – но по инерции продолжал, – а еще двадцать…
– Прости, Юра, я не совсем поняла. Твой отец в Новом Юнионбурге, столице Эгриси имел стадо баранов, из сколько ты говоришь голов?
– А– а… девяносто.
– А кого двадцать?
– Бараномамонтов…
– Так баранов или мамонтов?
– Это нечто среднее, их скрестили…
– Прости за нескромный вопрос, но ты знаешь, что мамонты вымерли черт знает сколько тысячелетий назад, еще на старой Земле? Да и к тому же как и, главное, зачем скрещивать реликтовое животное и обыкновенную овцу?
– Если бы я знал…
– Ладно, предположим, но еще один нескромный вопрос. Как вы держали гигантское стадо в центре мегаполиса?
– В центре чего?
– В центре огромного города.
– А– а… хе– хе… ну понимаешь… дело в том, что мы жили не совсем в центре, можно даже сказать, что на самой окраине, к тому же…
– Ладно, не мучайся, посочиняй объяснение до вечера, а я хочу есть. Дай вот тот аппетитный шампур. Шус облегченно выдохнул и дал Жаннет совсем другой шампур.
Но постойте, она что подозревает, что он врет, если она говорит ему сочинять, значит она не верит не единому его слову? Но почему она тогда его не расспрашивает?! А может, это была просто шутка, но нельзя сказать, что это было на похоже на…
– Проснись! – окликнула его Жаннет, – ты уверен, что никогда не принадлежал к какой-нибудь секте? А то такие задумчивые лица и взгляды, устремленные в гладкую стену, я видела только по телевизору у якобы уходящих в нирвану для воссоединения с Дао.
– Что, какие секты, какое дао? Ты его поминаешь уже в который раз за сегодня, а я не представляю, что это такое.
– Черт бы тебя побрал, да ты вообще ничего не представляешь!
– Кстати, напомнила, а кто такие эти Черти, о которых ты постоянно говоришь? Что какие-нибудь могущественные демоны или боги, которым ты поклоняешься и хочешь наслать их гнев на неповинующихся?
Жаннет прыснула, после чего засмеялась на весь зал, что вызвало неудовольствие у немногочисленных посетителей, которых, впрочем никто не спрашивал. Шус, хорошо понимавший, что смеются над ним, начал уже злиться на Жаннет. «Ну и что, если он не знает много чего, он же из другого мира», возмущался он про себя, совершенно забыв о своей легенде. Жаннет, все еще продолжая издавать хрюкающие звуки, отдаленно похожие на смех, заговорила:
– Ну не надо корчить такую обиженную физиономию, просто ты говоришь как какой-нибудь экстрасенс или герой задрипанного фэнтэзийного ТВ сериала.
– Но все же объясни, – постаравшись привести свои лицевые мышцы к вопросительному, а не обиженному виду, проговорил Шус.
– Ладно, объясню, но ты в свою очередь должен объяснить, почему ты такой идиот, но можешь не сейчас, а как-нибудь потом. Итак…
Жаннет, используя свои не слишком уж широкие познания, рассказала Шусу, что такое Дао и с чем это едят, а также, уже с гораздо большим профессионализмом, объяснила, в каких именно случаях и в каком количестве нужно использовать чертей, попутно рассказав кое-что о христианстве.
Со слов Жаннет, по крайней мере насколько понял Шус, Дао было тем, что есть везде вокруг и внутри нас, что-то вроде воздуха. Еще были какие-то монахи-даосы, которые, по словам Жаннет, обладали довольно своеобразным чувством юмора. Например, они могли ударить ученика палкой по голове в надежде, что у того наступит просветление. Это для Шуса не было чем-то экзотичным и он решил, что видно учителя во всех мирах одинаковы. А может они устроили межвселенский заговор против учеников? К тому же у даосов были довольно интересные и вполне реалистичные с магической точки зрения, легенды. Например, про учителя, который однажды покинул свое тело для совершения путешествия, точно такой же фокус проделал Фамбер, когда они залетели в плен к бандитам, а нерадивый ученик, которому было отдано на сохранение тело, сжег его, посчитав учителя мертвым. Бедному учителю пришлось вселиться в тело какого-то горбатого старика. Правда почему-то все герои таких историй, которых Жаннет рассказала с десяток, по ее собственному признанию они ей в свое время очень понравились, становилась бессмертными.
Что же касается черта, то оказалось, что это действительно демон, живет под землей и мучает души умерших. Насколько Шус понял, в глубокой древности, когда Создатель создал этот мир, у него возникли некоторые трения со своим самым главным приближенным. Поскольку Создатель сотворил мир за семь дней, Шус сделал вывод, что он был крайне могущественным магом. Так что Шуса не удивило, что предавший его сподвижник, которого звали Люцифер, не смог его убить. Люцифер со своими подчиненными сбежал в подземелья и стал делать разнообразные гадости Создателю. Из-за промозглого воздуха подземелий, плохой еды, недостатка солнца и, по собственному предположению Жаннет, развлечению с ядерным оружием, Люцифер и его приближенные мутировали в отвратительных уродов. И теперь Люцифера называли Дьяволом, а его приближенных чертями. Затем Создатель зачем– то послал своего сына в созданный им мир, где последнего убили, но это случилось много позже, хотя тоже в глубокой древности.
За время этого повествования Шус успел прикончить еще четыре шампура, Жаннет же, которая больше говорила, чем ела, расправилась лишь с одним. После чего она расплатилась и они вышли наружу.
Буря уже улеглась, а солнце, почти со спринтерской скоростью, решительно падало за горизонт. Веяло непонятно откуда взявшейся прохладой, столь быстро наступающей в пустыне. Базарная площадь была пуста, если не считать огромной машины с колесами выше человеческого роста, со столь же огромным ковшом спереди. Шус даже догадался, зачем служит эта машина, она сгребала в кучу песок, принесенный ураганом.
– Мы сейчас… вроде бы к Ра-ма-за-ну?
– Нет, мы пойдем спать. Незачем шляться по темным улицам, тем более, что это довольно опасно, к тому же с такой кучей денег.
– Тогда вернемся на корабль?
– Нет, конечно! Видеть его не могу, хоть пару дней отдохнуть, и то здорово. Конечно, я ни за что никому его не отдам, но даже от самых любимых вещей иногда надо отдыхать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
