Они вышли из подземелья и поднялись на верхний уровень уцелевшей башни, где располагались жилые помещения. МакГрегор провёл Сиддха в небольшую комнатушку, скромная обстановка которой состояла из дивана, ветхого кресла, двух сундуков, большой деревянной лохани с водой и принадлежностями для мытья, а также перекошенного трюмо с треснутым зеркалом.
— Здесь твои наряды, госпожа, — произнёс чёрный маг, указывая на один из сундуков. — Там, кроме платьев, есть пара дорожных костюмов. Смею предположить, что для своего путешествия ты предпочтёшь юбкам брюки.
Сиддх ничего не ответил и вообще никак не отреагировал на его слова. Он стоял перед трюмо и потрясённо глядел на отражённую в мутноватом зеркале щуплую фигурку девочки-подростка лет тринадцати, от силы четырнадцати, со спутанными каштановыми волосами и бледным продолговатым лицом, на котором, словно две звезды, сияла пара ясных серых глаз. Несмотря на свой неряшливый вид, девочка была удивительно хороша, а если вдобавок её умыть, приодеть и расчесать ей волосы, то она должна превратиться в блестящую красавицу.
Однако Сиддх был поражён не красотой девочки, а тем фактом, что это была именно девочка. Ещё в самом начале, осматривая свои руки, ноги и живот, он пришёл к выводу, что ему досталось юное тело; но он даже подумать не мог, что тело окажется настолько юным!
Резко повернувшись к МакГрегору, Сиддх раздражённо спросил:
— Ты что, не мог найти девицу постарше?
Уловив в его голосе гневные нотки, чёрный маг грохнулся на колени:
— Не серчай, прекрасная госпожа! Я лишь выполнял приказ повелителя.
Сиддх мигом остыл:
— Значит, это тело выбрал он?
— Не совсем так, госпожа, — ответил МакГрегор, продолжая стоять на коленях. — Мне было велено раздобыть для твоего воплощения девственницу-колдунью, у которой ещё не начались месячные циклы. Я предложил кандидатуру младшей дочери барона фон Гаршвица, Ребекки, недавно отметившей своё девятилетие. Повелитель одобрил мой выбор и приказал действовать. Мы похитили девчонку, а её сестру Беатрису прихватили за компанию — чтобы принести в жертву во время церемонии твоего воплощения...
— То есть, — перебил его Сиддх, — сначала повелитель хотел дать мне ещё более юное тело?
— Да, госпожа.
— Но потом передумал?
— Нет, просто изменились обстоятельства. Незадолго до намеченного воплощения случилось несчастье, и вина за это целиком ложится на меня. Я содержал Ребекку здесь, — МакГрегор кивнул в сторону небольшой двери, очевидно, ведущей в смежную с этой комнатой спальню, — в чистоте и комфорте, ведь её тело предназначалось тебе, и я не хотел, чтобы оно томилось в подземной темнице, где мы держали старшую сестру. Беатрису же я собирался принести в жертву, поэтому не имело значения...
— Да, понимаю. Теперь ясно, почему я так скверно выгляжу. Но что же случилось с Ребеккой?
— Как раз к этому я и веду, прекрасная госпожа. Поскольку тело Ребекки предназначалось тебе, я решил, что перед твоим воплощением ей следует помыться, переодеться во всё чистое и вообще привести себя в порядок, дабы ты с самого начала не испытывала никаких неудобств. Я снял с неё сонные чары, чтобы она могла совершить свой туалет, а негодная девчонка возьми да сигани в окно. И, конечно, с такой высоты разбилась в лепёшку. Не уследил я за ней, — с раскаянием заключил МакГрегор. — Это целиком моя вина.
— Ага, — сказал Сиддх. — И тогда, как я понимаю, повелитель приказал вселить меня в тело старшей, Беатрисы?
— Совершенно верно. Правда, я предлагал похитить другую девчонку, была у меня одна на примете, но повелитель заявил, что сойдёт и Беатриса. Он поторапливал меня, поэтому ты получила тело в таком неподобающем виде. Но смею тебя заверить, прекрасная госпожа, что оно великолепно, — немного осмелев, добавил МакГрегор. — Ты сама в этом убедишься, когда приведёшь его в порядок.
Сиддх рассеянно кивнул и задумался. Велиал ничего не говорил о предполагаемом возрасте его нового тела, а он не посмел спросить. Вернее, ему это даже в голову не пришло. Представлялось очевидным, что оно будет молодое — но в меру молодое, не младше шестнадцати лет. У Сиддха и мысли такой не возникало, что его могут воплотить в тринадцатилетнюю девочку, а уж тем более — в девятилетнюю, ещё не вступившую в пору полового созревания. Какой в этом смысл? Может, чем тело моложе, тем легче в него вселиться? Или здесь что-то другое?..
— Ладно, — наконец сказал Сиддх. — Встань, Ангус МакГрегор.
Только теперь чёрный маг поднялся с колен.
— Пока я буду заниматься собой, — продолжал Сиддх, — ты ступай собери для меня всё необходимое в дорогу и оседлай свою лучшую лошадь. Я не собираюсь здесь долго задерживаться.
— Всё, что нужно для твоего путешествия, уже собрано, — ответил МакГрегор. — Всё, кроме одежды. Я подумал, госпожа, что ты сама захочешь выбрать наряды, которые возьмёшь с собой.
— Правильно подумал, — кивнул Сиддх.
— А что касается лошади, то я приготовил для тебя не одну, а две, — добавил чёрный маг. — Чтобы на одной ехала ты, а другая везла поклажу.
— Молодец, МакГрегор. Ты отличный слуга. Иди снаряжай лошадей в дорогу.
МакГрегор молча поклонился и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
Оставшись один, Сиддх первым делом нагрел воду в лохани, что заняло у него не больше минуты. Затем сбросил с себя всю одежду, тщательно обмылся, попутно изучая своё новое тело, после чего насухо вытерся большим ворсистым полотенцем и подошёл к двум одинаковым сундукам, отличавшимся друг од друга только выгравированными на крышках готическими буквами — «R.v.H.» и «B.v.H.».
Он не помнил, на который из них указывал МакГрегор, поэтому открыл оба и обнаружил, что и тот и другой доверху набиты женской (вернее, девичьей) одеждой. С некоторым опозданием Сиддх сообразил, что те буквы на крышках есть не что иное как инициалы владелиц — Rebecka и Beatrice von Harschwitz, — а значит, ему нужны наряды из сундука, помеченного «B.v.H.».
Чтобы не тратить время на рытьё в сундуке, он просто вывалил его содержимое на диван и убедился, что здесь имеются наряды на все случаи жизни, включая обещанные МакГрегором дорожные костюмы. Судя по всему, сёстры были похищены не из дому и не на прогулке, а во время путешествия — и, видать, неблизкого, раз они прихватили с собой столько одежды.
Подавив мимолётный соблазн надеть платье, Сиддх облачился в костюм из плотной, но мягкой тёмно-синей ткани, обул сапожки для верховой езды, затем собрал на затылке волосы и после нескольких неудачных попыток закрепил их с помощью заколки. Наконец он надел малиновый берет и, подступив к зеркалу, внимательно осмотрел своё отражение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
