Но эту точку зрения разделяют далеко не все. Некоторые не исключают варианта полного правового «беспредела», похожего на большевистские экспроприации времен гражданской войны и военного коммунизма в Советской России. «Сейчас украинские власти способны на что угодно, причем в других странах их признали и покрывают, — заявил российский бизнесмен, у которого есть активы на Украине. — Я не докажу ничего даже своим европейским партнерам. Если Киев реально начнет отнимать активы, его никто не удержит, и в украинских судах ничего доказать будет невозможно».
Многие украинские и российские юристы оценивают заявление министра юстиции Украины Петренко скорее как средство психологического давления на Россию. Физически они мало что могут арестовать на своей территории, а арест российских активов в других государствах еще более сложен, т. к. там правоохранительные органы не очень склонны участвовать в политических играх Украины. Украинские юристы неофициально признают, что Генпрокуратура Украины может арестовывать имущество в рамках конкретного уголовного дела, однако увязать аресты и конфискации с аннексией Крыма представляется крайне сложным делом. И дело не только в недостаточности юридических оснований. Имеются аргументы экономические в пользу сохранения status quo. Многие предприятия, принадлежащие российским инвесторам, ориентированы на рынок восточного соседа Украины. Без участия российских инвесторов эти предприятия превращаются в ненужную игрушку: они лишаются рынков сбыта, а иногда также источников сырья и кооперационных связей с российскими предприятиями. Так, мы уже упоминали принадлежащее «Росатому» краматорское предприятие «Энергомашспецсталь» (ЭМС). Оно является важным звеном в производстве комплектующих для энергомашиностроения (как российского, так и украинского). Его конфискация может вызвать симметричный ответ со стороны россиян, которые монопольно снабжают украинские АЭС ядерным топливом.
Украинский политолог Владимир Фесенко считает заявления Павла Петренко «исключительно элементом информационной войны, причем не очень умелой. Подобные демарши ухудшают положение президента Украины и портят жизнь премьеру».
После выборов президента Украины все ждут заявлений Петра Порошенко по поводу конфискаций российских активов. Он еще на этот счет не высказывался. Значительная часть украинских парламентариев полагает, что церемониться с Россией нечего, благо на откровенно разбойные шаги их поощряет Вашингтон. Один из лидеров парламентской фракции «Батькивщина» Александр Бригинец полагает, что «если Россия не станет платить (компенсации за убытки от потери Крыма. — В. К.), будем забирать плату российским газом, идущим транзитом в Европу. Станем откачивать его в украинские хранилища. Также мы изучаем возможность конфискации принадлежащей России недвижимости — например, здания посольства». На наших глазах при попустительстве Вашингтона происходит формирование на Украине эпицентра военной и экономической нестабильности, который может затронуть не только Россию, но всю Европу.
Российские банки на «минном поле» Украины
Напряжение в отношениях России и Украины сегодня достигло крайне высокого градуса. Но при этом складывается достаточно парадоксальная ситуация: на территории нашего «партнера-противника» продолжают действовать российские банки, вернее их «дочки». Ситуация крайне сложная, противоречивая, с трудно предсказуемым продолжением.
Позиции российских банков на Украине
Российские банки в предыдущие годы успели занять достаточно прочные позиции на Украине. Иностранный капитал в банковской системе Украины по состоянию на начало 2014 года, по данным Национального банка Украины (НБУ), был представлен 26 странами. Крупнейшим иностранным инвестором по показателю участия в уставном капитале банков Украины является Россия (1/5 всех иностранных инвестиций в банковском секторе Украины). Далее за российскими банками следуют банки Кипра, Нидерландов, Австрии, Франции.
Всего на Украине, по спискам НБУ, 180 банков. На начало нынешнего года на Украине было 14 «дочек» российских банков, что составляет от общего числа банков в стране около 8 %. Прежде всего, это госбанки: ВТБ, «Сбербанк», ВЭБ (его «дочка» на Украине называется «Проминвестбанк»). Среди частных российских банков самым крупным является «Альфа-банк».
Доля российских «дочек» в общем объеме активов банковского сектора Украины оценивается примерно в 15 %. По величине активов крупнейшим на Украине российским банком является «Проминвестбанк», который, по данным НБУ, на начало 2014 года занимал среди всех банков Украины 6 место. В абсолютном выражении активы этой «дочки» ВЭБа на Украине оценивались в 5 млрд. долл. Далее следовали «Сбербанк» (9 место), «Альфа-банк» (10 место). ВТБ (12 место). В группу средних по величине активов банков российского происхождения входили: БМ Банк (59 место), «Энергобанк» (72 место), «Фольксбанк» (74 место), «Петрокоммерц-Украина» (101 место).
По объемам депозитов физических лиц среди российских «дочек» лидером был «Сбербанк» На начало 2014 года их объем у «Сбербанка» был равен 13,96 млрд. гривен, в том числе в валюте — 10,38 млрд. гривен. В списке всех банков Украины Сбербанк по этому показателю на начале 2014 года находился на 6 месте. По объемам депозитов юридических лиц ведущей российской «дочкой» на Украине оказался «Альфа-банк» 6,57 млрд. гривен, в том числе 3,89 млрд. гривен в валюте. По этому показателю «Альфа-банк» в рейтинге всех банков на Украине занимал 10 строчку.
Российские банки достаточно глубоко внедрились в украинскую экономику. Возникла взаимная зависимость. Украинские компании и государство должны российским банкам 28 млрд. долларов. Эти данные озвучил в ноябре 2013 года президент Владимир Путин. В качестве основных кредиторов он тогда называл ВЭБ, «Газпромбанк», «Сбербанк» и ВТБ.
По оценкам рейтингового агентства Fitch, сделанным в начале 2014 года, примерно половина этой суммы приходится на их украинских «дочек», которые в значительной степени финансируются материнскими компаниями. Вторая половина выдана непосредственно с балансов материнских банков или их подразделений. Риски связаны в первую очередь с кредитами, выданными украинским предприятиям и составляющими более половины в общей сумме долга, посчитали в рейтинговом агентстве. Еще около 25 процентов финансирования приходится на кредиты российским и украинским предпринимателям, приобретавшим активы в Украине. Назовем некоторые сделки.
Наиболее крупным считается кредит ВЭБа металлургическому предприятию «Индустриальный союз Донбасса» на сумму 8 млрд. долл. Ряд кредитов головным банком ВЭБ выдан на проведение на Украине сделок М&А (слияния и поглощения).
«Газпромбанк», формально не присутствуя на Украине, предоставил трансграничный кредит «Нафтогазу» на сумму 2 млрд. долл., который в 2013 году был пролонгирован и до сих пор остается непогашенным.
«Альфа-банк» в лице «материнской» организации и ее украинской «дочки» открыли в 2012 году совместную кредитную линию украинскому предприятию агропромышленного сек тора «Кернел» с лимитом 170 млн. долл.
Российские банковские «дочки» являются кредиторами украинского государства, сосредотачивая в своих портфелях большие количеств; долговых бумаг Минфина Украины. В общей сложности примерно на миллиард долларов. На начало 2014 г. портфели государственных облигаций украинских «дочек» российских банков были следующими (млн. долл.): «Проминвестбанк» — 266; «Сбербанк» — 346; ВТБ — 145 «Альфа-банк» — 145.
Хроника событий вокруг российских банков на Украине
Российские банки на Украине долгое время занимали стабильные позиции, несмотря на достаточно неблагоприятную экономическую ситуацию в стране. Относительно спокойная жизнь наших банков закончилась с событиями на Майдане и государственным переворотом в феврале 2014 года. Эти политические (а отчасти и военные) события немедленно отразились на состоянии всей банковской системы Украины, в том числе «дочках» российских банков. Постараемся описать хронику событий последних месяцев вокруг российских банков.
Февраль. В связи с угрозой общего дефолта на Украине российские государственные баню заявили, что прекращают кредитование юридических и физических лиц до времени, когда в стране наступит экономическая и финансовая стабилизация. Российские частные банки эти операции прекратили еще раньше. В СМИ Украины подобные решения российских государственных банков были квалифицированы как попытка дестабилизации экономического и финансового положения страны. При этом украинские СМИ акцентировали внимание на том, что госбанки России приняли решение о прекращении кредитования почти синхронно, намекая, что банки сделали это «по команде из Кремля». Примечательно, что дочерние структуры некоторых других иностранных банков в это время принимали подобные решения, однако информационным атакам со стороны Киева они не подвергались. Резко обострился дефицит наличности на Украине. Многие украинские банки и «дочки» иностранных банков ввели ограничения на снятие наличных средств со счетов. Наибольшей критике подверглись ограничения, вводившиеся российскими «дочками»; они квалифицировались как попытка социальной дестабилизации в стране. Очевидно, что все эти «стрелы» украинских СМИ можно отнести к «информационной войне» против России.
