– Разумеется, нет! – недовольно фыркнула миссис Шервуд. – И все же я настоятельно требую, чтобы ты оставил детей из моего пансиона в покое!
– Да ты с ума сошла такое просить! – воскликнул Марк, громко опустив обе руки на стол, от чего посуда жалобно дзынькнула. – Десятки сирот со всех миров под одной крышей! И у каждого за плечами – целая история. Разве можно не воспользоваться такой возможностью, чтобы создать новые вероятности…
– Марк! – властно одернула директриса. – Эти дети и без того многое вынесли. Я не позволю тебе проводить над ними свои дурацкие опыты!
– Но ведь с лапочкой Мишель все получилось прекрасно, – заметил бариста с хитрой усмешкой.
– Я тебя предупредила! – она поднялась, высокая и прямая, будто палка, и, положив на стол несколько монет за кофе, направилась к выходу. – И будь добр, верни замок в родной мир! По городу уже поползли слухи.
– Не волнуйся об этом. Береги себя, – бросил ей в спину Марк.
– Ты тоже, – не оборачиваясь, откликнулась она. – Надеюсь нескоро тебя увидеть.
– До встречи, – ухмыльнулся Марк.
Миссис Шервуд вышла. Дверь за ней закрылась, и некоторое время тишину нарушал лишь отголосок звона колокольчика. А потом кофейня заполнилась монотонным тиканьем часов. Едва он затих, столик у окна опустел.
Бонус
– Алек, дорогой, прошу, прекрати упрямиться и потанцуй хоть с кем-нибудь! – королева опустила руку на ладонь принца и чуть сжала пальцы.
Он вздохнул, нехотя оторвав взгляд от кружащихся по бальному залу Генри и Мишель. Они выглядели такими счастливыми!
– Не с кем здесь танцевать, – проговорил Алек, откинувшись на спинку трона.
Неподалеку в две шеренги выстроились девушки – все как на подбор, прекрасные, сверкающие своими лучшими драгоценностями, с одинаково хищными взглядами. Алек чувствовал себя куском мяса, вывешенным перед стаей голодных тигриц.
На предыдущем балу он честно пытался вести себя подобающим образом и не пропустил ни одного танца. Однако стоило любой из красавиц оказаться его партнершей, как хищный взгляд сменялся жеманной улыбкой, а разговор превращался в обмен банальностями. Совсем не так, как у Мишель с Генри: те могли непринужденно болтать и смеяться даже во время танца.
– Послушай, милый, ты не можешь игнорировать дам, пора подумать о женитьбе, – не отставала королева.
Алек ничем не выдал раздражения, которое вызвала фраза матери, произнесенная уже в двадцатый раз. И это только за сегодняшний вечер! Однако неизбежность брачного союза с одной из чопорно-манерных прелестниц ввергала его в уныние.
Ему сейчас вообще не до того, чтобы потакать капризам какой-нибудь избалованной девчонки, на голове которой появится корона кронпринцессы: нужно было решить целую кучу государственных проблем, наладить городскую инфраструктуру, отправить послов к соседям… Если уж и жениться, то ему нужна деятельная девушка, которая не боится трудностей и сможет прикрыть его спину, когда понадобится. Совсем как Мишель.
Алек мотнул головой, пытаясь избавиться от бесполезных мыслей. Мишель уже нашла счастье, а ему следует поискать свое.
– Прошу прощения, я не знаю, как здесь оказалась! – фраза пришлась как раз на короткий промежуток между танцами, и Алек тут же повернул голову в сторону, откуда раздался звонкий голосок.
Под украшенной к празднику цветочной аркой, неуверенно переминалась с ноги на ногу девушка в светло-голубом платье, а перед ней скрестились алебарды стражников. Длинные каштановые волосы струились по открытым плечам, но казались слегка растрепанными. На фоне замысловатых причесок придворных дам это выглядело странно.
– Что там происходит? – забеспокоилась королева.
Алек поднялся, не спуская заинтересованного взгляда с незнакомки. Она повернула голову к возвышению с тронами, и их глаза встретились.
– Помогите, – одними губами проговорила она, и принц, торопливо спустившись со ступеней, быстрым шагом направился к ней.
Один из стражников повернулся к Алеку и отчитался:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ваше Высочество, девушка появилась из ниоткуда, буквально собралась из воздуха! Не приближайтесь, это может быть опасно, сперва мы должны все проверить…
Но Алек не слушал. Развел по сторонам пики стражников и протянул руку испуганной бедняжке.
– Пойдем, – сказал он.
В ее темно-синих глазах читалось сомнение, она вся напряглась, будто загнанный в западню зверек, однако осторожно положила узкую ладонь в предложенную руку.
– Я Алек, принц Призрачных Утесов, – чуть склонив голову, представился он, и, перехватив тонкие пальцы, повел незнакомку в центр зала.
– К-кайла, – неуверенно представилась она, боязливо озираясь по сторонам. – И я совсем не умею танцевать…
– Не страшно, – улыбнулся Алек. – Я тебя научу.
От одного взгляда на появившееся из ниоткуда чудо на сердце теплело, а в груди крепло предчувствие – их встреча не случайна.
Они повернулись друг к другу, и Алеку показалось, что весь мир утонул в ее глубоких, синих глазах. Когда его ладонь легла на тонкую талию, Кайла едва заметно вздрогнула, но не отстранилась.
Она положила согнутую в локте руку на плечо принца, и только теперь он заметил черный кожаный браслет с серебряной подвеской в форме лесного ореха. Что-то он ему напоминал…
– Подарок от друга? – усмехнулся Алек, указав глазами на украшение.
– Мне дал его очень странный человек, сказал, что в этом орешке я смогу отыскать свое счастье, – проговорила она. – Дома я уронила его на пол, и из него вывалилось целое платье! Я всего-то хотела его примерить и, кажется, заснула…
Она вновь взглянула на Алека и, пожав плечами, вдруг улыбнулась.
– Что ж, раз уж я сплю, то наверняка сумею станцевать один танец с принцем моей мечты.
Синие глаза блеснули озорством, и на щеках заиграли очаровательные ямочки.
«Кажется, я пропал», – подумал Алек. И был прав.
Конец
