Не тянуло Андрея в церковь: безнаказанны оставались там презрительные улыбки и едкий шепоток чубатых хлопцев в сатиновых рубахах. Церковь не улица, в ней драку не затеешь, кулакам воли не дашь. И Андрей, вместо того чтобы идти на заутреню, тайком от своего опекуна дядьки Власа пробирался огородами к лесу. За сыромятным ремнем, подпоясывавшим его домотканую рубаху, торчал небольшой плотницкий топорик. Андрея тянуло побродить в лесной глухомани, и заодно намеревался он втихомолку срубить в казенном лесу длинную жердину для колодца. Об этой жерди не раз говаривал ворчливый дядька Влас.
...Лес встретил Андрея прохладой и птичьим гомоном. Еще не опала роса, и кусты подлеска на опушке серебрились тысячами искр.
Андрей остановился, оглянулся на деревню, на приумолкшую церковь, потом понаблюдал, как на молоденькой березке вертлявая малиновка клювом ловко сняла с веточки висящую каплю росы, улыбнулся и решительно шагнул в тень леса. Тропинка юлила сквозь березовый молодняк, потом через нечищеный сосновый лес вывела на просеку. Андрей шел по просеке, углубившись в свои мысли, ничего вокруг не замечая.
Вдруг его слуха коснулась песня - тихая, как далекое эхо, плавная, точно полет паутины в безветренную погоду. Песня доносилась откуда-то со стороны старой, запущенной вырубки, куда вела просека.
Андрей невольно ускорил шаги, напряг слух и устремил вперед свой восхищенный взгляд. Никогда он еще не слышал такой славной песни, такого свободного, свежего голоса, заставлявшего сладко трепетать каждую струнку в груди... По голосу нетрудно было догадаться, что пела девушка.
"Кто она?" - недоумевал Андрей. Он знал, что в этот ранний час воскресного дня все деревенские девчата в церкви.
Вот виднеется уже старая вырубка. Буйным, густым молодняком обступила она просеку. Голос совсем рядом. И что это за голос!.. Андрей явственно различал, как песня то с грустью вздыхала, то, в надежде на какое-то свое счастье, радостно взмывала и расплескивалась счастливым щебетом. Казалось, чья-то душа - чистая как слеза - человеческим голосом, легким, точно предутренний туман, говорила о своей судьбе...
Сердце Андрея замирало. Словно на крыльях, несся он вдоль просеки, так хотелось ему увидеть, кому принадлежал этот дивный, как несбыточная мечта, голос...
Дрогнула ветка орешника, и Андрей увидел девушку. Она стояла среди густого дикого малинника и в лукошко собирала ягоды. Наполовину скрытая зарослями низкорослой лесной малины, не замечая Андрея, девушка продолжала петь. Он видел освещенное косым лучом солнца ее чуть-чуть продолговатое румяное лицо, задумчивый взгляд больших глаз, маленькие красные, как ягоды малины, губы. Две тугих светло-русых косы спадали на ее плечи. Из-под синего сатина сарафана виднелась белая вышитая сорочка...
Андрей стоял, не отрывая глаз от этой лесной русалки. Он был поражен. Ведь перед ним Варя - дочь лесника Порфирия Дегтяря! Совсем недавно, год-два назад, видел он ее босоногой девчонкой... Как выросла!.. И откуда такая красота взялась?
Варя увидела вдруг Андрея и от неожиданности тихонько взвизгнула и присела, спрятавшись в малиннике. Потом, придя в себя, поднялась, окинула Андрея любопытным смелым взглядом и спросила:
- Ты чего по казенному лесу шатаешься с топором, как разбойник какой?!
- А что мне, с ложкой в лес ходить? - ответил Андрей. - Похлебать ведь никто здесь не приготовил. Аль приготовила? - Андрей с хитрецой прищурился.
- Жди! Приготовлю тебе! - сверкнула на него глазами девушка.
- Чего это ты, Варенька, такая сердитая? Или не узнаешь меня?
- Не подслушивай и не подсматривай, тогда и сердитая не буду. А то вытаращился, бесстыдник!
- Варя, будет тебе! Лес большой, ходить не запрещено по нему. Ей-богу, случайно набрел на тебя.
- Не божись! Увидит тебя с топором мой батя, такого арапника даст...
Андрей невольно с опаской поглядел вдоль просеки.
- Ага, страшно? - Варя залилась звонким, почти детским смехом и бросилась бежать через вырубку по малозаметной тропинке.
Какая-то сила потянула Андрея вперед. Одним духом перемахнул он через заросшую ежевикой канаву, отделявшую просеку от вырубки, перебежал через малинник и устремился вслед за девушкой. Вот уже совсем недалеко мелькают длинные Варины косы, совсем рядом слышится ее, точно звонок колокольчика, смех. Андрей взял немного правее, чтобы обогнать Варю. Ветки орешника ударили ему в лицо, но Андрей даже не заметил этого. Еще несколько шагов, и он оказался впереди девушки. Круто повернулся и, преграждая ей путь, широко расставил руки. Варя попыталась увильнуть в сторону, но лукошко в ее руке зацепилось за ветку, и красная малина брызнула на траву. Девушка остановилась.
- Чего привязался, охальник?! Видишь, малину из-за тебя рассыпала!
Андрей стоял перед Варей, возбужденный, раскрасневшийся. Он смотрел на девушку счастливыми глазами и виновато улыбался.
- Чего стоишь? - притопнула ногой Варя. - Подбирай!
Андрей присел и послушно начал собирать по одной ягодке. А она стояла над ним, вперев руки в бока, гордая, чуть дерзкая.
- Ой, какой же ты, Андрюша, нескладный. Осторожно брать нужно! - И девушка, смилостивившись, присела рядом с ним.
Их глаза встретились. На мгновение все окружающее исчезло для Андрея. Он перестал даже ощущать самого себя. Перед ним были только эти лучистые зеленоватые глаза... Не раз Андрей пел песню про ясные очи. Так вот они какие!..
Варя смутилась и, накинув на голову косынку, начала проворно подбирать из травы малину.
Рядом, на узкой лесной дороге, послышался размеренный цокот конских копыт.
- Батя! Прячься! - испуганно проговорила Варя и, схватив Андрея за руку, увлекла его в глубь вырубки.
Они сидели за густым кустом орешника и сквозь ветки смотрели на дорогу. По дороге неторопливо ехали два всадника и о чем-то разговаривали. В одном из них Андрей узнал объездчика Тимоху Власова - молодого рыжего парня, которого боялись все крестьяне окрестных деревень. Лютый как волк, Тимоха до полусмерти избивал арапником тех, кого ловил в лесу с топором. Вторым был Варин отец - Порфирий Дегтярь.
- Окаянный! - прошептала Варя, когда всадники скрылись из виду.
Андрей взглянул в лицо девушки и поразился, до того оно стало грустным, печальным.
- Кто окаянный? - спросил озадаченный Андрей.
Варя, склонив голову, молчала. Потом подняла на Андрея полные слез глаза. Долгий, грустный взгляд девушки привел Андрея в смятение. Он понимал, что ее томит какое-то горе, но сказать о нем она не решается.
- Варенька, - прошептал Андрей, стискивая ее руку.
Его голос точно рассеял последние сомнения, и она уже смотрела на него доверчиво, словно на друга.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
