гарантию того, что они не были дешевой подделкой в виде оболочки боба, наполненного грязью или землей. Плоды полудикого какао (паташте) также могли быть использованы в качестве основного ингредиента для какао, но считалось, что это подходит только бедным и в большинстве своем такие бобы давали как милостыню.
Берналь Диас дель Кастильо при описании пира Монтесумы также упоминал напиток из какао, который правителю ацтеков после приема основных блюд преподносили в золотых чашах, и, как объяснили испанцам, это лакомство благотворно влияло на общение с женским полом. За тот ужин Монтесума, если верить хронисту, выпил более 50 таких чаш.
Напиток какао не изготовлялся по единому рецепту, количество ингредиентов в нем могло значительно варьироваться и сильно влиять на вкус готового продукта. У ацтеков существовало множество блюд из какао-бобов. В основном это были напитки, хотя в некоторых случаях встречаются упоминания о том, что какао бобы ели как сырыми, так и поджаренными, возможно, их также подслащивали.
Хорошее какао, по словам Саагуна, обладало следующими характеристиками: оно было мелко помолото, мягкое, с пышной пеной, красноватое, горькое, с водой-чили, диким медом, цветами и ароматной цветочной пудрой. В него добавляли такие растения, как uei nacaztli (Enterolobium cyclocarpum, «ухо-цветок»), teonacaztli (Chiranthodendron pentadactylon, хирантодендрон), которые имели вкус горького черного перца, mecaxochitl (Piper amalago, разновидность черного перца, листья которого до сих пор используются в качестве приправы к блюдам), piztle (семена Pouteria sapota, называющейся в народе «мармеладный плод»), чей вкус был схож с горьким миндалем, семена pochotl (Ceiba spp., сейба семейства мальвовых), описаваемые как сладкие, вкусные и душистые.
Кроме того, Клавихеро упоминает бархатцы (Tagetes lucida), которые также известны как мексиканский эстрагон и почти не имеют запаха; цветки Bourreria huanita из семейства эретиевых, называвшиеся у ацтеков «распустившимися цветками маиса», которые смешивались с какао-бобами (либо хранились в плотно закрытом сосуде с сырыми или жареными зернами какао) для придания им аромата; yolloxochitl («цветок-сердце», Magnolia Grandiflora), вкус которого напоминал спелую дыню, упоминаемый в манускрипте Бадианус как лекарство от бесплодия и вкусовая добавка в какао-напиток.
Франсиско Эрнандес де Толедо перечисляет четыре рецепта напитков с какао, и один из них именует шоколадом, в состав которого вошли в равных пропорциях семена плодов сейбы (pochotl) и какао. Их измельчают, перемешивают, взбивают до пены, добавляют немного размягченного маиса, пену снимают, а смесь пьют холодной. Но автор предупреждает, что это крайне питательная вещь. Другой напиток, о котором он пишет, это atextli. Для его приготовления 100 зерен сырого какао поджариваются, измельчаются, затем добавляется столько размягченного маиса, сколько можно взять в две руки, а также различные специи: ваниль, Piper amalago и Cymbopetalum penduliflorum. Третий рецепт включает кору корня какого-то кустарника, придающую напитку освежающе-горьковатый привкус и увеличивающую пенообразование. И последний рецепт напитка под названием tzone очень прост: для его приготовления в равных пропорциях поджаривают и измельчают маис и какао, а для густоты добавляют еще немного размягченного маиса.
В менее качественный и изысканный какао-напиток добавляли маисовую муку и воду, а также лимонную воду. Он был бледным, а его пена быстро оседала.
Шоколад служил не просто напитком, которым запивали еду. Он был сакральным, ритуальным. Только кровь и шоколад могли быть красными и горячими.
Какао-напиток имел высокое религиозное значение и являлся важной составляющей погребальных и поминальных церемоний. Его давали усопшему для путешествия по подземному миру, возможно, в качестве источника энергии, чтобы умерший смог преодолеть все те испытания, которые его ожидали после смерти. Об использовании этого питья в поминальных церемониях, в частности, говорится на страницах Кодекса Мальябекки:
«Его оплакивали его дети и родственники и давали ему на дорогу какаватль [cacavatl]».
Оплакивание почившего, Кодекс Мальябекки.
«Это изображение того, как индейцы устраивали поминки по своим усопшим на празднике, который называют Тититль [tititl], как ранее о том же празднике сказано по поводу изображения того, по ком справляли поминки. Оно было как это, помещенное здесь далее. И вставляли ему в нос некий предмет из голубой бумаги, который они называли йакашиуитль [yacaxuitl], что означает „нос из травы“, а позади лица, которое было из дерева, втыкали маленькие белого цвета перья индюка, и вместо украшения из перьев помещали палку, с которой свисали бумажки, каковые они называли аматль, а на голову ему в качестве головного убора помещали траву, называемую ими малимали [malimali], а из затылка у него выходило другое украшение из перьев, которое они называли пантололе [pantolole], из бумаги, а со спины — много бумаги, и его губную вставку, и на шею ему вешали в качестве ожерелья одну зверушку, которую они называют хилотль [jilotl], и ожерелье называют шолокоскатль [xulocuzcatl], и оно было из раскрашенной бумаги, и одну палку, обмотанную бумагой [revestida de papelpintada], раскрашенной как бы крестами, а внизу ношу из листов бумаги, и какао, или еды, а впереди два, или три, или больше индейцев, которые усаживались, пели и играли на одном барабане, который они называли уэуэтль [vevetl], „v“ гласные, и это делали ежегодно до четвертого года после смерти покойника, и не больше».
Поминальный обряд, Кодекс Мальябекки.
Диего Дуран также упоминал об этом ритуале, описывая похороны ацтекского правителя Ашайякатля в 1481 году, в захоронение к которому положили какао, рабов и другие ценные вещи, которыми он будет пользоваться в загробной жизни. После того, как тело нарядили в одежды бога, его жены сделали подношения в виде еды и тыкв, наполненных шоколадом. Какао-напиток давали тем, кого должны были принести в жертву, например, богу торговли Якатекутли. Также какао было основным ингредиентом итцпакалатля (itzpacalatl) — напитка, который давали имперсонатору Кецалькоатля, чье название в переводе с науатля означает «вода, омывающая обсидиановые лезвия». То есть лезвия, которыми жрецы вспарывали жертве грудную клетку, чтобы извлечь сердце. Этот отвар, возможно содержащий какие-то галлюциногены, гарантировал жертве радостный настрой до самой смерти.
Как и майя, ацтеки пили какао-напиток на свадебных церемониях и праздниках по случаю «крещения» или достижения совершеннолетия. Праздничная трапеза в честь «крещения» была значительным событием в жизни человека и подготовка к ней являлась чрезвычайно важным делом. В первую очередь, следовало выбрать и купить какао и все необходимое для его приготовления и потребления (специи, чаши, палочки для взбивания). Празднества начинались в полночь. Какао-напиток подавали после приема основных блюд в специальных чашах, которые получали все мужчины, а женщинам давали кашицу из кукурузного или другого теста.
Ацтекские торговцы, вернувшиеся из дальних странствий, также совершали подношения какао-напитка Якатекутли, богу торговли, и Шиутекутли, богу огня.
