Но Софи должна сама осознать, что притяжение между ними непреодолимо, поэтому сейчас Дэну лучшего всего затаиться и ждать.
Помня об этом, он напросился на ужин к родителям.
Дэн быстро доехал до пригорода на берегу реки с множеством зеленых насаждений, двигаясь по извилистым улицам с массой роскошных особняков. Изредка особняки перемежались скромными домами 1950-х годов.
В отличие от Софи, он вырос не в том доме, где теперь жили его родители. Элегантный дом гораздо меньшего размера находился в нескольких кварталах отсюда. На протяжении многих лет, пока юридическая карьера его родителей шла в гору, они постоянно переезжали в более просторные и престижные дома. Теперь его родители-пенсионеры живут в безумно дорогом и потрясающе живописном жилом районе.
Вне сомнения, их дом замечательный, но Дэн завидовал Софи, которая имеет возможность спать в своей старой комнате. Все-таки здорово родиться и вырасти в одном и том же доме, а однажды привести туда собственных детей в гости к бабушке…
Дэн резко одернул себя.
Он припарковался в конце подъездной дороги и приложил максимум усилий, чтобы избавиться от нежелательных мыслей. Уже несколько лет — несколько лет! — он не задумывался о том, чтобы создать семью.
Ведь к настоящему моменту он должен был вбить в свою тупую башку, что подобные мечты не приведут ни к чему хорошему.
Дэн открыл дверцу автомобиля и выбрался из него, когда мать распахнула входную дверь:
— Дэн! Привет!
Он поднялся по лестнице через две ступеньки и улыбнулся, увидев мать в одежде, которую она надевала субботними вечерами.
— Ты сегодня классно выглядишь в велюровом спортивном костюме цвета морской волны, мам, — сказал он.
Она уперлась рукой в округлое бедро и приняла позу модели на подиуме:
— О, это старая вещица.
Он рассмеялся, а она поднялась На цыпочки и поцеловала его в щеку.
Дэн последовал за ней в дом, пройдя через вестибюль с высоким потолком и модно оформленные комнаты. В открытой кухне-столовой за изогнутым стеклянным столом сидел отец Дэна. На столе лежали куча папок и листы бумаги.
— Наслаждаешься пенсией, папа? — Дэн сел напротив отца.
Тот поднял голову, отводя от глаз растрепанные седые волосы.
— Интересное дело, — выдал он стандартный ответ.
Дэн стал расспрашивать отца о деле, пока мать готовила ужин, а потом помог перенести документы в кабинет. Мать принялась тихонько ворчать, что документам самое место именно в кабинете, но отец Дэна быстро возразил, сказав, что предпочитает работать, находясь рядом с ней. За это его вознаградили самым большим перцем, фаршированным говядиной и рисом, и дополнительной ложкой картофельного пюре на сливках, с домашним томатным соусом — любимое хорватское блюдо Дэна, которое регулярно готовила его мать.
— Так ни разу и не пожалел? — спросила мать, когда Дэн стер остатки соуса с тарелки кусочком хрустящего хлеба.
Зная, что она имеет в виду, он сразу ответил:
— Я не адвокат и никогда не буду им снова, мама.
— Но тебя заинтересовало дело, которым сейчас занимается твой отец.
Опять говорить на эту тему.
— Заинтересовало. Но это не значит, что я хочу сменить работу.
Тут вмешался его отец:
— Какой стыд! Ты был лучшим студентом. — Он огорченно покачал головой.
— Нам обязательно снова это обсуждать?
Дэн не мог даже сердиться на них, ведь родители рассуждали с позиции искреннего непонимания, а не осуждения. Они гордились его успехами как владельца винного бара, но радовались гораздо больше, когда он поступил в университет на юридический факультет, получил диплом, а затем приступил к первому делу.
Они также верили, что Дэн до сих пор не оправился от ужасающей неразберихи, которую внес в его жизнь непродолжительный брак. Однако он уже не такой опустошенный, как после ухода Амалии.
Дэн бесконечно сожалел о том периоде своей жизни, но потом решил все изменить и купил бары. Впервые в жизни он почувствовал, что совершил поистине правильный поступок, несмотря на разочарование родителей. Они скучали по одержимому учебой студенту университета, который так возбужденно говорил, что в один прекрасный день пойдет по их стопам и займется частной адвокатской практикой.
Дэн поступил иначе.
Отец собрал тарелки и понес их на кухню. Мать, сидя за столом, пристально вглядывалась в лицо сына. От матери Дэн унаследовал кожу оливкового оттенка и почти черные волосы, а от отца — светло-голубой цвет глаз.
— Нина снова беременна, — сказала мать. — Она родит в мае. Здорово, правда?
Дэн улыбнулся, искренне радуясь за младшую кузину:
— Отличная новость. Я позвоню ей на этой неделе.
Мать медленно кивнула, и атмосфера немного накалилась. Дэн приготовился к неизбежному вопросу.
— С кем-нибудь встречаешься?
Он едва не рассмеялся над ее неудачной попыткой казаться непринужденной.
— Я думаю, в следующий раз, когда приду на ужин, прямо с порога заявлю о том, что обожаю свою нынешнюю карьеру и по-прежнему холост.
Отец Дэна рассмеялся у него за спиной, загружая тарелки в посудомоечную машину:
— Так и сделай. Тогда ты избавишь мать от тоски.
Она сердито посмотрела на мужа и фыркнула:
— Я не тоскую, а волнуюсь.
Она все еще лелеяла надежду понянчиться с внуками. Дэн не раз убеждался, что правильно сделал, скрыв факт беременности Амалии много лет назад. Его мать не выдержала бы, узнав, что едва не стала бабушкой.
И совершенно не обязательно рассказывать ей о глупой затее с Софи.
Мать насмешливо смотрела на него, слегка наклонив голову:
— Ну же, Дэн, ты ведь с кем-то встречаешься?
Он спокойно и бесстрастно встретил ее любопытный взгляд:
— Нет, не встречаюсь.
— Ой, у него появилась девушка! — От восторга мать чуть не захлопала в ладоши. — Скажи мне, кто она?
Дэн стиснул зубы.
Отец вернулся к столу и похлопал по плечу:
— Молодец, сынок. Расскажи нам об этой счастливице.
— Не о ком рассказывать.
Его родители обменялись долгими взглядами, а затем повернулись к нему, понимающе ухмыляясь.
Дэн уже не хотел даже спорить с ними. Они составили свое мнение, только непонятно, на основании чего.
— Я так рада за тебя, дорогой. — Мать схватила его за руку.
— Не нужно планировать свадьбу, мама. Отношения несерьезные.
Дэн не понимал, почему подтвердил, что у него есть девушка. Возможно, он по ошибке понадеялся, что разрядит ситуацию, сказав о несерьезности отношений с Софи.
Он ошибся. Его слова только раззадорили родителей. Ему не следовало вообще ничего говорить. Нельзя дарить им несбыточную надежду. У них был счастливый брак, и они хотели, чтобы их сын тоже был счастлив.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
