Держа к руках свертки, появилась миссис Симмонс:
— Вот вы где, дорогая! Что ж, заходите ко мне еще. Слышите?
Открыв дверь перед уходящими, она призывно посмотрела на Джейсона.
— Не думаю, что ее приглашение распространялось на меня, — сказала Тимбер, когда они взобрались в «студебекер», который Джейсон позаимствовал в гараже Фортсона. — Подозреваю, что вдова Симмонс готова показать вам больше, нежели старые заколки для галстуков, собранные ее покойным мужем, — усмехаясь, добавила она.
Джейсон не нашел в этом ничего забавного.
— Благодарю вас, но добрая миссис Симмонс не в моем вкусе. Между прочим, могу вас заверить, что большинство женщин меня не интересует. Я трачу свое время и энергию только на тех, кто впечатляет как личность, а не как сексуальный объект. Как вы, например, — улыбнувшись, добавил он. — А теперь скажите мне, как ваше настроение? Я беспокоился за вас во время похорон. Может быть, все дело в отвратительном траурном одеянии, которое было на вас надето, но мне показалось, что вы выплакали все глаза. Запомните, моя милая, Вулф Рэгленд не стоит ваших слез.
Тимбер опустила глаза:
— Не так-то легко забыть, что я виновна в гибели человека, Пан. Я старалась об этом не думать, но ничего не получилось. Прошлой ночью, услышав, как моя мать плачет у себя в комнате, я чуть не подошла к ее кровати и не сказала, что это я…
Рука Джейсона оставила рукоятку переключения скоростей и крепко сжала руку Тимбер — так крепко, что девушка чуть не вскрикнула от боли.
— Не вздумайте этого делать! — резко сказал он. — Никогда никому не рассказывайте о том, что произошло той ночью. Это наша тайна — ваша и моя. Обещайте мне, Тимбер. Поклянитесь, что ни ваша мать, ни кто бы то ни было еще не узнает о настоящих обстоятельствах гибели Вулфа.
— Пан, я… я не знаю, как это сказать, — залепетала Тимбер, — но у меня к вам немного странное отношение. Вы… вы внезапно появились из темноты, и вся моя жизнь тут же изменилась. Сразу что-то начало происходить.
— Вы считаете, будто есть нечто мистическое в том, что два человека встретились и подружились? — Джейсон пожал плечами. — Я был вам нужен — и я появился. Все очень просто.
— Какое там «просто»! — горячо воскликнула Тимбер. — Вы стали для меня чем-то вроде… — Она запнулась, подбирая слова. — Не знаю даже, как это высказать. Но только подумайте! Вулф умер. Мистер Фортсон разрешил нам с мамой жить в своем доме и посылает меня учиться в колледж. — Тимбер поспешно перебирала в уме все последние события и не заметила удивления Джейсона. — Я впервые в жизни отправляюсь на вечеринку на Холм. Это уже само по себе невероятно, но нужно еще добавить все те сказочные платья, которые он мне дает, и…
Джейсон с некоторой растерянностью слушал Тимбер — от кого от кого, а от Джеймса подобного великодушия он никак не ожидал. Расс как-то с горечью сказал ему, что деньги, которые миссис Фортсон планировала потратить на обучение сына, находятся под очень жестким контролем Фортсона-старшего. У Джеймса никогда не было репутации щедрого человека.
— Он разрешает вам жить там бесплатно? — наконец заговорил Сэвилл. — Это удивительно. Нам ли с вами не знать, как люди, подобные Фортсону, относятся к своей собственности… — Тут Джейсон вспомнил, что на пышногрудую вдову Симмонс тоже однажды пролился поток редко проявляющейся щедрости Фортсона. Чем отплатила ему Мод, было, само собою, понятно.
— У меня не было возможности вам об этом рассказать. — Тимбер коснулась руки Джейсона, напомнив ему о его шоферских обязанностях, и вовремя: с тех пор как Джейсон услышал имя Джеймса Фортсона, он совсем о них забыл. — Он собирается переслать мне всю одежду его покойной жены, чтобы я могла выбрать себе что-то к осени. А Серена Фортсон, Пан, была исключительной женщиной. Красивой, умной и очень эффектной. К тому же она покупала свои платья в таких местах, как Париж, Рим и…
— И вы согласились?
Тимбер замолчала.
— Вы недовольны мной? Значит ли это, что если я приняла эту милостыню, то вы будете меньше меня уважать? — В голосе Тимбер звучало недовольство.
— Напротив! — Джейсон резко затормозил перед ее домом и повернулся к Тимбер. Его глаза блестели. — Теперь я знаю, что мое первое впечатление о вас было правильным. У вас есть не только способности и красота, но и здравый смысл.
— Я… я не уверена, что это действительно комплимент, — с некоторой растерянностью сказала Тимбер. Она была рада, что Джейсон не стал расспрашивать ее о том, как она объясняет себе неожиданную щедрость Джеймса. Тимбер в глубине души все-таки понимала, какие чувства испытывает к ней ее благодетель.
— Поверьте, это так. — Джейсон нагнулся и по-дружески чмокнул ее в щеку. — Вы далеко пойдете, Тимбер Дьюлани, — мягко сказал он. — И я рад, что встретил вас.
— Вы же прекрасно знаете, что рада этому должна быть прежде всего я. — Поцелуй был ей приятен. Тимбер уже поняла, что Джейсон не так уж часто сходится с людьми подобным образом. — Спасибо, что вы сегодня съездили со мной. Я чувствую себя деревенской Золушкой, которая наконец собралась на бал. И все благодаря вам!
Тимбер поднялась, но Джейсон не стал выходить из машины. Через окно он подал Тимбер ее багаж.
— Я ведь уже просил вас не относиться ко мне как к сказочному крестному отцу. Может быть, я странный человек, но не до такой степени.
Отчего-то почувствовав вдруг облегчение, Тимбер весело кивнула в ответ и взбежала на крыльцо. Когда машина тронулась с места, она помахала рукой вслед своему новому другу. «Нет, все-таки Пан непредсказуем, — думала Тимбер. — Интересно, почему его так впечатлило, что Джеймс Фортсон проявляет ко мне особое внимание?»
По какой-то причине, которую Тимбер была не в силах понять, это ему понравилось. Она пожала плечами и вошла в гостиную. С тех пор как Тимбер узнала, что скоро уедет отсюда, обстановка в доме стала казаться ей еще более неприглядной. Когда-нибудь она заново украсит эти стены… Нет, она сделает еще лучше. Когда-нибудь она поселится в таком доме, как тот, что стоит на Холме.
Глава 5
Морин Дьюлани Рэгленд уже ждала свою дочь. Ее худое лицо раскраснелось от волнения.
— Тимбер, ты ни за что не угадаешь, что стоит в твоей комнате. Я никогда в жизни не видела столько красивых вещей! А Тумер сказал, что все они твои. — Она обняла дочь. — Дорогая, никто еще не был так добр к нам. После того как Вулф умер, я думала, что нас отправят в работный дом. А вместо этого мы живем себе припеваючи, у тебя появились платья, которые достойны королевы, и…
— Мама, ты начинаешь стареть! — смеясь, сказала Тимбер. — Успокойся. Ты забыла, что сказки доктор? Тебе нельзя волноваться! Подумаешь, — девушка неопределенно махнула рукой, — мистер Фортсон прислал охапку старья. Возможно, он чувствует себя виноватым перед нами — перед папой, которого работа загнала в могилу, перед тобой, которая потеряла здесь здоровье. Он знает, что, отдавая нам этот участок, он навсегда получает бесплатную рабочую силу. А что касается старой одежды миссис Фортсон, то ее место в мусорном ящике…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
