– Когда Рандольф появится в следующий раз, позвольте мне вести с ним дела, – сказала она Фрэнку. – Если вы не можете разговаривать с ним, вам лучше не попадаться ему на глаза. Драки не к чему.
– Он вывел меня из себя. – Фрэнк попытался стряхнуть пыль с одежды, но сзади она все равно была в пятнах зелени.
– Меня тоже. Но не вижу ничего хорошего в том, что все ковбои видели вас лежащим у ног этого человека. Нам еще предстоит долгий путь, и у нас могут быть неприятности, если вы потеряете уважение подчиненных.
– Я все держу под контролем, – сердито заявил управляющий. – И ковбоев, и стадо. А сейчас вам лучше вернуться в фургон.
– Когда вы собираетесь пересчитать скот? – со стальными нотками в голосе спросила Айрис.
Темная тень пробежала по лицу Фрэнка.
– Я уже говорил – через день.
– Но Монти сказал, что до ближайшей реки четыре дня пути.
Айрис показалось, что Фрэнк готов взорваться. Никогда она не видела его таким злым.
– Да, Бразес Ривер действительно находится в четырех днях пути. Но Доглег Крик совсем близко. Но почему вы настаиваете на пересчете – ведь вы получили коров назад?
– Но ты же и не думал, что мы вообще что-то потеряли. Может, есть еще отбившиеся от стада животные.
– Однако это весьма замедлит наше продвижение вперед.
– Неважно. Монти уже не может впасть в большую ярость, чем сегодня.
Возвращаясь к фургону, Айрис осознала, что ей бы очень не хотелось, чтобы Монти сердился на нее. Он был единственным человеком, которому она могла доверять. И чем дальше девушка удалялась от цивилизованного общества, тем важнее это становилось для нее. Особенно теперь, когда стадо преследовали грабители!
В начале пути она по наивности решила, что все воры остались в Гваделупе Каунти, но, очевидно, она ошиблась: попытки украсть скот не прекращаются. И еще неизвестно, хотели ли они получить несколько сотен голов или нацеливались на все стадо.
От этой мысли Айрис вздрогнула.
Она напрягла память, но так и не смогла вспомнить, где видела Квинса Ханимана. Но она обязана вспомнить. Это ниточка к людям, которые хотят ограбить ее.
Уже во второй раз за неделю Монти возвращался в лагерь, проклиная себя на чем свет стоит. Но сейчас дело обстояло несколько иначе. Это были уже не добродушные слова человека, на миг потерявшего голову. И не проклятья, которыми осыпают нарушителя чьих-либо планов.
Монти с горечью и отчаянием ругал себя.
Одним из условий, которые поставил перед ним Джордж прежде, чем передал в его владение ранчо в Вайоминге, было назначение Солти управляющим. Монти не возражал. Трудно было найти человека лучше Солти. Одновременно юноша понимал, что Солти приставлен к нему для контроля. И это бесило. Но в то же время молодой человек заслуживал подобного отношения, и это сводило его с ума. Вот и еще одно подтверждение тому, что брат был прав – сегодняшняя встреча.
Он сумел в конце концов прогнать воспоминания о той безобразной драке в Мехико. Юноша и не догадывался, что Айрис о ней знает. И когда она неожиданно бросила обвинение ему прямо в лицо, он получил по заслугам, хотя и был потрясен до глубины души. Монти нуждался в том, чтобы кто-нибудь время от времени напоминал ему, что он все больше и больше становится похожим на отца.
Рандольф мог растерзать любого, кто посмеет вмешаться. Но наедине с собой он оставался честным и понимал, что упреки заслужены. Черты характера отца – жестокость и злоба – были далеко не лучшими. Неуправляемые вспышки ярости поражали всех окружающих неожиданностью и силой. Это было проклятье до конца жизни.
Монти вспомнил первый разговор с Джорджем о Вайоминге. Он был уверен, что старший брат загорится идеей. Им так нужна была земля! Стадам уже не хватало пастбищ. Земли Вайоминга сулили надежду на выход на новые рынки, которые появились вместе с разработкой приисков. И значили приобретение пастбищ почти даром. Вполне разумно было предположить, что Монти и возглавит новое ранчо.
Но Джордж решил, что Монти слишком скор в суждениях, слишком быстр на действия и не созрел, чтобы доверять ему такое важное дело. Брат не упомянул о пресловутой драке в Мехико, но ее и так все еще хорошо помнили. Юноша вышел из себя и кричал на Джорджа до тех пор, пока Хен не оттащил его и не окунул с головой в речку.
Охладившись и выслушав увещевания Хена, Розы и Зака, Монти поставил перед собой задачу доказать, что он достаточно самостоятельный, чтобы ему можно было доверить ранчо.
На протяжении целого года юноша преуспевал в выработке характера и лишь дважды потерял самообладание из-за управляющего Айрис.
Но причина крылась, конечно же, не во Фрэнке, а в самой Айрис.
Юноша доехал до вершины холма и оглянулся на ее стадо. Сейчас его контролировали. Но долго это не продлится, подумал он. Фрэнк Кейн издавна славился слабой организацией и плохим контролем в любом деле.
Монти не доверял Фрэнку. И, видя зависимость девушки от управляющего, впадал в ярость. Она совершенно не разбиралась в людях. Да вообщем-то Монти и не ожидал большого знания от взбалмошной и испорченной особы, которая к тому же привыкла, что мужчины выполняют все ее капризы. Вероятно, ей и в голову не могло прийти, что хорошо знакомый мужчина способен обокрасть ее.
Может, стоит послать Солти, чтобы тот поговорил с Айрис? Хотя для этой роли лучше бы подошел Хен, но он вряд ли согласится. Да и Солти не годится: в присутствии красивой женщины он просто лишится дара речи. Пожалуй, только от Розы он не убегает и не прячется среди лошадей.
Но кто-то же должен позаботиться об Айрис! На ее стадо уже один раз покушались, и, несомненно, попытка повторится. Воры, возможно, не собираются трогать хозяйку. Но одному Богу известно, что может произойти, когда свистят пули.
Айрис могут убить!
Мороз пробежал по коже. Да, девушка надоедлива и доставляет массу хлопот, но все же она нравится ему. Монти всю жизнь был чрезвычайно упрямым. Будучи похожим на отца в одном – слепой ярости, он в точности копировал и остальные дурные черты. Если верить Джорджу, однажды их родитель неотступно следовал за женщиной от Вирджинии до самого Чарльстона.
Конечно, Монти не собирался гнаться за Айрис через три штата. Но хотелось бы быть уверенным, что с ней ничего не случится. Ему, пожалуй, следовало принять приглашение на ужин. Вряд ли девушка подала бы блюда, похожие на стряпню Тайлера.
Тайлер был хорошим поваром. Монти признавал это. Но когда пищу готовил брат, невозможно было определить, из чего она приготовлена. А Монти терпеть не мог есть неизвестно что!
Весь остаток дня Айрис помнила внешность грабителя, описанного Монти. Она пыталась припомнить, где могла видеть его. И уже отчаявшись определить что-либо, хотела ехать к Рандольфу и спросить, не запомнил ли он еще какие-либо приметы. Но передумала. Монти был разъярен и запросто мог отправить ее назад привязанной к седлу.
