— Сын, — через силу выдавила Тамара.
— У вашей тети был сын?
Свекровь Тамары возмутилась:
— Ты же нам говорила, что твоя тетушка одинока!
— Не ругайте меня, мама! Я не могла сказать вам!
— Почему же?
— Это наша семейная тайна, — с надрывом произнесла Тамара. — Об этом у нас в семье не принято говорить!
— О чем?
— О Сандрике.
— Сандрик? Это и есть сын тети Изольды?
— Да.
— И что с ним не так?
— Все! — вырвалось у Тамары. — Все с ним не так!
— А если поподробней? — заинтересовался следователь.
— Он — игрок! Проматывает все деньги тети Изольды. А сколько раз к ней приходили его разгневанные кредиторы! И всегда она находила возможность расплатиться с ними. Да она почти по миру пошла из-за этого Сандрика! Он обворовывал ее, обворовывал своих родственников. Сколько позора тетя Изольда хлебнула с ним! Вам и не передать.
Наконец терпение тети Изольды лопнуло.
— Она его выгнала, — решительно произнесла Тамара. — И мы все вздохнули с облегчением. Не стало Сандрика, не стало и проблем.
— Да, это понятно. Но где сейчас сын вашей тети?
— Не знаю!
— А где работает?
— Нигде не работает, и чем он теперь живет, я не знаю. Впрочем, работать он не желал никогда. Чем промышляет, мне тоже не известно. Учиться он не захотел. Одним словом, не сын, а сплошной позор!
Тамара замолчала, вопросительно глядя на следователя. Мол, впечатлил ли вас мой рассказ? Следователя рассказ впечатлил. Он выглядел словно кот, который увидел бесхозное блюдечко со свежими сливками.
— Родной сын, — пробормотал он. — Надо же.
— Ну, не совсем он ей был родной, — поправила его Тамара.
— Как это?
— Ну, так. Не родной он, приемный.
— Что вы хотите этим сказать?
Тамара глубоко вздохнула и принялась пояснять, что она хотела сказать.
— Наша бедная тетя Изольда всегда хотела иметь мальчика, сына. А у нее даже девочка не получалась. И наконец они с мужем приняли решение усыновить чужого ребенка. Усыновили, воспитывали словно родного, а он… Он покатился по наклонной. Доводил своих приемных родителей до отчаяния. Потом дядя умер, не выдержал свалившегося на их голову позора. А тетя Изольда осталась вдвоем со своим несчастьем.
— Ненадолго, как я замечаю, — пробормотал следователь. — Теперь она тоже мертва. А ее сын… Юноша ведь был признан их законным сыном, я так понимаю?
— Все бумаги были оформлены.
— Значит, этот молодой человек остался единственным наследником вашей тети. Очень хорошо! А где я могу его найти?
Этого Тамара не знала. По ее словам, с тех пор, как тетя Изольда выгнала прохвоста из дома, он промышлял чем и где угодно. То крутил наперстки на рынке. То устраивал какие-то акционерные общества, которые прогорали с завидной регулярностью, принося доход только самим учредителям. Ну, и еще много разного, в том же духе.
— А где он жил?
Жил Сандрик на съемных квартирах. Но в последнее время прибился к какому-то мужчине, которого называл дядя Бадри. И о котором отзывался с большим уважением. Тетя Изольда такого уважения к этому человеку не испытывала. И подозревала, что это какой-то вор или вообще криминальный тип, который точно не научит Сандрика ничему хорошему.
— Квартира у вашей тети большая?
— Не очень. Три комнаты.
— А деньги?
— Кое-какие накопления у тети Изольды должны были сохраниться, несмотря на все старания Сандрика, — сказала Тамара. — Например, мне же она подарила старинное столовое серебро. И я точно знаю, дома у тети Изольды было еще много вещей в том же духе.
— Откуда?
— Дядя Амиран занимал в свое время большой пост в министерстве. И я знаю, что они с тетей Изольдой не бедствовали. Верней, не бедствовали, пока у них не появился Сандрик.
— А антикварные вещи откуда?
— Тетя Изольда любила, когда вокруг нее красивые вещи. И пока были деньги, покупала антиквариат.
Собственно говоря, скандал между Сандриком и его приемной матерью как раз и разгорелся из-за бронзовой статуэтки, которую молодой человек прихватил из дома. Он-то считал вещичку грошовой безделушкой, пропажу которой мать и не заметит. Но для тети Изольды, отлично знающей цену фигурки, это было последней каплей.
Когда Сандрик вернулся домой, он обнаружил, что ни один из его ключей не подходит к новым замкам. Какое-то время он пытался качать права. Но потом внезапно оставил тетю Изольду в покое и просто исчез.
Тетя Изольда вздохнула с облегчением. Она уже давно не испытывала иллюзий по поводу своего приемного сына. И считала, что передышка эта ненадолго. Сандрик исчез и больше не появлялся. Время от времени он звонил своей приемной матери, говорил, что у него все отлично, справлялся о ее здоровье и… и прощался, в очередной раз извинившись за свое поведение и пообещав вернуть все, на него потраченное.
— И все равно я ему не верю, — твердила тетя Изольда, избавившись от «сынули». — Мне кажется, что он замышляет что-то недоброе.
Эту же версию подтвердила и мама Тамары. После беседы с ней оказалось, что тетя Изольда на самом деле приходилась тетей именно ей. А Тамаре она была двоюродной бабушкой. Просто в семье все привыкли звать погибшую тетей Изольдой. Вот и Тамара, не задумываясь над степенью родства, также называла покойную тетей.
— А что касается Сандрика, то такого выродка еще земля не видела! — резко высказалась молодая женщина. — Сколько тетя Изольда ему хорошего сделала, а он все перечеркнул! Другой бы на руках приемную мать носил уже за одно то, что она его из детского дома взяла. А этот — нет! Выродок, он и есть выродок!
Но где живет вышеупомянутый Сандрик, она не знала.
— Уверена, нашел себе пристанище у таких же негодяев, как он сам! Рыбак рыбака видит издалека! — были ее последние слова.
Этим следователю и пришлось довольствоваться.
— Ну, что же, — произнес он. — Будем искать вашего Сандрика. Ничего, небось человек не иголка, найдется!
Вернувшись домой, подруги сразу же почувствовали, как накалилась тут атмосфера. Анька ходила хмурая и насупленная. Давид был мрачнее тучи. Между собой супруги не разговаривали. И вообще, старались подолгу в одной комнате не находиться.
Причина была все та же. Нелли! Ее образ витал под супружеской крышей, словно злой гений, прогоняя прочь уют и тепло.
— Э-э-э! — расстроилась Кира. — Да у них полный разлад!
— И все из-за этой стервочки!
— Аня тоже не права. Нельзя быть такой ревнивой.
Но все же подруги помнили, что обещали Ане помочь немного преобразиться. Для этого время было самое подходящее. Сегодня Давид точно не стал бы путаться под ногами и лезть к жене, добиваясь ее внимания. Поэтому подругам удалось без труда заманить Аньку в ванную комнату и приступить ко всевозможным украшающим женщину процедурам. Антицеллюлитный массаж с помощью крема с солями Мертвого моря. Очищающий скраб, делающий кожу нежной и шелковистой. Окрашивание отдельных прядей волос, для придания остальной массе живости и блеска.
И еще многое, многое другое.
— Но в первую очередь, подруга, тебе не мешало бы похудеть.
— Знаю, — вздохнула Аня. — Но как тут похудеешь!
— А в чем дело? Ты много ешь?
— Ем я немного. А все больше доедаю.
— Как это?
— За детьми доедаю. Для Давида готовлю, он чего-нибудь не осилит, выбрасывать обидно, тоже кастрюли подчищаю. Тут кусочек мяса, там оставшаяся котлетка, тут бутербродик, тут немножко яичницы. Вот килограммы и набегают.
— Ты с этим завязывай! Придумала тоже, подъедать!
— Пусть кабанчик в сарае за всеми подъедает.
— Ты ведь женщина, а не хрюшка.
— Так жалко кабанчику вкусную еду отдавать! — оправдывалась Аня. — Вот и подбираю остаточки.
— А небось еще и завтракаешь вместе со всеми, обедаешь и ужинаешь? — добавила Леся.
— Конечно! А как же иначе? Все за стол сядут, а я рядом в уголочке пристроюсь!
— За стол ты со всеми сесть можешь. А вот кушать вместе со всеми — это уже извините.
— У тебя теперь отдельное меню будет.
— И какое же? — встревожилась Аня. — Мне отдельно себе готовить не с руки.
— Все то же самое будешь есть, но… но по половинке. Если детям кладешь по две купатины, то себе только одну. Если свекровь берет себе тарелку салата, то ты блюдечко. Поняла?
— Да.
— И жирного вообще не ешь.
— И пива не пей. Не потому, что оно такое уж калорийное, а потому что после него аппетит мучает.
Дав Аньке кучу рекомендаций и советов, подруги наконец отпустили ее. Время было уже позднее. Но Аня идти к мужу не спешила. Подруги отлично ее понимали. Не велика радость ложиться в постель к мужчине, который на тебя сердит. В лучшем случае он просто отвернется к стене и забудет про тебя. А в худшем… В худшем будет бурчать, пока сам не утомится или не доведет тебя до слез.
