но заядлой болельщицей хоккея не стала. Так что от них ждать чего-то не стоило. Дежурные фразы от знакомых. Дежурные ответы в обратку. Убегать первым из раздевалки не хотелось, потому пальцы быстро открыли вкладку с новостями. И первое же сообщение, попавшееся на глаза, повергло его в шок: «Фигуристка Мария Соболева покинула расположение сборной из-за травмы».
Смеляков сидел, словно оглушенный таким известием. Он перечитывал новые и новые заголовки, чтобы понять, что ошибся… Но ошибки никакой не было. Конечно, травмы могут быть разными, однако для того, чтобы сорваться с игр, должно было произойти что-то серьезное. И это явно не растяжение или вывих. Громкие заголовки не раскрывали самой главной причины, но этого и стоило ожидать, так как тренерский штаб никогда не станет выносить на всеобщее обсуждение такие темы, чтобы не давать соперникам шансов на преимущество. Однако каково же сейчас было Маше? Уж он-то прекрасно понимал, как жаждал каждый спортсмен попасть на Олимпиаду. И травма перед самыми играми была самым настоящим кошмаром и трагедией, тем, чего и врагу не пожелаешь. Ярослав представить себе не мог, что чувствовала Маша сейчас, когда все ее мечты рассыпались…
И вдруг его словно прострелило догадкой: могла ли Маша получить эту травму на той тренировке в последнюю их встречу? Он помнил, как тяжело давалось ей самообладание, когда она пыталась выпроводить его. Страдала от боли, но даже вида не подавала. Упрямая девчонка была настроена только на победу. Любой ценой. Пусть даже это и будет собственное здоровье и спокойствие. Зачем он позволил ей остаться и продолжать изнурять себя? Еще раз взглянув на сводки новостей, Яр так и не нашел ответов на свои вопросы. Щемящее чувство вины постепенно заполняло его, привнося ощущение горечи. Черт, Яр чувствовал свою вину за разрушенную чужую мечту. Он ведь мог настоять на своем, мог заставить ее оставить свои тренировки и отвезти к врачу. В конце концов, мог же просто вызвать кого-то из медперсонала клуба. Но вместо этого просто ушел.
— Андрей, в этот раз без меня, — с языка уже сорвались мысли, которые даже оформиться толком не успели. Смеляков вскочил со своего места и стал быстро одеваться, на ходу пытаясь купить себе билет на самолет. Повезло, нашел один, правда, в бизнес классе, но цена вопроса его сейчас мало интересовала.
— Смелый, ты чего? — недоуменно уставился на него друг. — Ты куда?
— Извини, дела, — отмахнулся Яр, скидывая вещи в сумку и торопясь на выход.
После небольшого колебания, Ярослав все же набрался смелости и нажал на кнопку вызова. И тут же засомневался. Адрес-то он узнал без проблем, стоило только по нужным каналам в клубе связаться и немного соврать о необходимости вернуть забытые дорогие часы. Но вот кто мог гарантировать, что в вечер перед новым годом он там кого-то застанет?
Дверь широко распахнулась, и на пороге появился несколько удивленный Соболев.
— Вот так неожиданность. Ты разве не на турнире должен был быть? Что тебя привело сюда?
— Станислав Игоревич, вы меня извините, — Смеляков нервно теребил ремень сумки, которую потащил с собой прямо из аэропорта. Просто не было времени заезжать домой — боялся опоздать и никого не застать дома. Адрес Маши ему, конечно же, никто не раздобудет, но так как Ярослав не знал, жила ли она отдельно или все еще была под родительским крылом, попытаться разузнать о ней сперва стоило у них.
Соболев вскинул бровь, ожидая продолжения речи гостя. Хозяин дома стоял, скрестив на широкой груди руки, с интересом разглядывая парня и пытаясь найти для себя ответ о цели его визита. Черт, его невозмутимое спокойствие нервировало еще больше.
— Я вчера прочитал… Узнал, что Маша… — Ярослав нервно прочистил горло, не находя нужных слов. — Как она себя чувствует?
— Думаю, тебе лучше будет спросить ее саму, — мужчина шагнул назад и отодвинулся, давая гостю возможность войти внутрь.
— Не лучшая идея, учитывая наши с ней напряженные отношения, — протянул Яр, не сдвигаясь с места.
— А ты попробуй, — улыбнулся Соболев, еще шире отворяя дверь, уже не приглашая, а буквально убеждая его войти. — Какие-никакие, но отношения же?!
Глава 13 (часть 1). Никогда не жалей себя
«Никогда не жалей себя. Что бы ни произошло, не позволяй отчаянию завладеть разумом». Эти слова Маша выучила на всю жизнь. Когда-то мама говорила, что этому ее научила бабушка, и только эти слова помогали ей не сломаться в трудное время, а теперь она учила этому же своих детей. Не жалеть себя. Как бы горько и тяжело ни было. Исправить уже ничего нельзя было, но ведь жизнь не заканчивалась, а значит, следовало двигаться вперед, стиснуть зубы и выкарабкиваться, снова выгрызать себе победы, чтобы показать, что она не сломлена.
Маленькая травма, полученная на тренировке, стала причиной другой, более серьезной. Появление Смелякова настолько было неожиданным, что она невольно перепугалась. Еще бы, он вышел из темноты, словно черт, при этом глаза его горели так, что и без внезапного появления пугали своим откровенным желанием. Ей хватило и нескольких мгновений, чтобы его присутствие сбило с настроя. И как расплата за потерю концентрации — падение. Маша даже не смогла ничего сделать для уменьшения последствий. Ну почему этот парень так действовал на нее? Отчего она теряла контроль, едва только он обозначался где-то в поле ее зрения? Их общение никак не складывалось, они словно два заряда, что искрили, стоило только приблизиться друг к другу. Ей тогда хотелось поскорее избавиться от его волнующего присутствия, вернуть себе самообладание, оттого она старалась вести себя как можно строже и увереннее. Да только сильная боль в ноге мешала, так, что даже подняться было невыносимо.
Каким образом Ярослав оказался рядом с ней, Маша и не помнила, только когда ощутила его прикосновения, все внутри взорвалось от неожиданности. Не было слов, чтобы попытаться описать всю ту гамму чувств, что вызывала его близость, но она была абсолютна уверена, что нормальные люди такого чувствовать не должны. Как можно одновременно отторгать и жаждать его прикосновений? Лучше всего держаться от него подальше.
Смеляков был сам на себя не похож. По крайней мере, таким Маша его еще ни разу не видела: беспокоился, суетился вокруг нее. Где уж тут устоять бедной девушке? Подальше, держаться от него как можно дальше. Но, похоже, Маша переоценила свои силы, так как даже с его помощью поднялась с большим усилием. Но она же гордая! И решительная! Не нужна ей помощь, тем более от него. Сама
