Читаем без скачивания Оковы Древнего Н-Зота - Кассандра Дженкинс

Роммат опустил глаза. На нем была хорошая знакомая фиолетовая роба, а на груди, где обычно был вышит обрамленный драконьими крыльями молот, теперь зияла дыра.

— Красивый цвет, — выдохнула Сильвана, рассматривая отрезанный лоскут. — И вышивка интересная.

Он предугадал ее следующий жест, сумел дать отпор нарастающему страху и потому только выжил. Той ночью те, кто поддались кошмарам, так и не увидели, как чернильная тьма, собираясь клубами вязкого тумана, позже отступила.

После победы над собственными страхами, защитники лагеря с удвоенной силой принялись за тварей мрака. Красные драконы очистили холмы Гранатового убежища и спустились в долины Сумеречного Нагорья. Роммат видел оранжевые всполохи драконьего пламени далеко внизу. Тьма, как единый океан смерти, под натиском драконов отхлынула к Грим-Батолу.

Уже тогда Роммат был сбит с толку, им скорее владела растерянность, чем радость. А выжившие и уцелевшие сформировали передовые отряды и бросились на подмогу драконам. Бой продолжился. Весь этот короткий новый день Верховный Магистр уничтожал обессиленных под лучами солнца чудовищных тварей, надеясь, что встретит Безликого, подобного Ка'аз-Рату, настоящего вестника Древних Богов.

Но обитатели Грим-Батола не выдавали себя. Крепость тонула в кромешной тьме, заброшенная и необитаемая. Роммат уже видел ее такой, когда впервые оказался под ее сводами. Когда гулкие пустые коридоры разносили эхом его шаги, а в гигантских залах завывали ветра.

Роммат утратил бдительность. Какая-то тварь полоснула его когтем. Другая потянулась к горлу. Конечно, он уничтожил их. Он глядел на их пылающие на земле трупы и понимал, что с Первым Сумеречным Советником покончено. Раз и навсегда.

На закате он вернулся в лагерь. Его рана была незначительной, но он позволил лекарям перебинтовать руку. После он присоединился к лорду-правителю Кель-Таласа на церемонии погребения павших.

Роммат вздрогнул, когда порыв ветра донес до него знакомые песнопения. Бывшие обитатели Грим-Батола взирали на пламя с отдаленной горной вершины. Культисты держались особняком, они до сих пор не сменили фиолетовых плащей. Для них смерть до сих пор не обходится без огня, подумал Роммат, когда же они поймут, что их обвели вокруг пальца?

От Роммата не ускользнуло, как скривилась от молитвенных песен во славу Н-Зота Хранительница Жизни. Алекстраза обменялась красноречивыми взглядами с Малфурионом, Верховный друид только пожал плечами в ответ: мол, что с них возьмешь.

И тогда за спиной могучего друида Роммат разглядел женщину со светлыми волосами.

Джайна Праудмур все еще в тени, подумал он. Джайна тратила волшебные силы на зачарованных белок и охранные заклинания. В то недолгое сражение с собственным кошмаром темной ночью Роммат видел, на что она способна. Но ни той ночью, ни после волшебница не участвовала в боевых действиях и не покидала Редута. Роммат не видел логичных объяснений тому, что один из сильнейших магов Азерота бездействовал и прятался за спиной Верховного друида.

Роммат не переставал удивляться внезапному появлению Джайны. Все в Азероте и в самом Культе считали ее погибшей. Узнав, что она жива, еще в Луносвете, Роммат сразу вспомнил планы Сумеречного Молота по пленению Джайны. Вспомнил долгие препирательства со своевольной королевой Азшарой, не пожелавшей церемониться с пленницей. Культ нуждался в волшебнице, она была связана со Слезой Земли. Роммат давно перестал интересоваться теми пророчествами Оракула, и они почти забылись. К тому же после разоблачения Аспекта Времени Роммат решил, что те пророчества и гроша ломанного не стоили, ведь в голове не укладывалось, что Ноздорму добровольно сотрудничал с Культом.

Какое-то время Смертокрыл преследовал черного дракона, оказавшегося той самой Слезой, но затем мальчишка пропал. Пока не появился вновь, незадолго до того, как Роммат так неосмотрительно покинул Грим-Батол. Ему вспомнились черные и синие драконы, пущенные по следу неуловимого потомка Аспекта Земли. А ведь ни один из них не вернулся в крепость, вспомнил Роммат, даже хроматический страж из гвардии Смертокрыла. Мальчишка оказался не так уж прост.

Примерно тогда же в Азерот вернулась и Джайна Праудмур, думал Роммат. Аспект Времени не обманул их. Волшебница без сомнений была связана с неуловимым потомком черного дракона, но как именно — Роммат не понимал.

А вдруг пророчество сбылось? Допустим, Слеза Земли действительно помешала черному дракону разомкнуть Оковы, размышлял Роммат, возможно ли, что Древний Н-Зот так и не обрел свободы и потому мир пережил долгую ночь? В таком случае песнопения культистов не кажутся неуместными. Никому не по силам уничтожить Древнего Бога, Н-Зот навсегда останется в подземельях Грим-Батола. И кто знает, возможно, однажды он вновь ответит на молитвы верных последователей.

Черный дракон мог сразиться с лидером своей стаи под сводами Грим-Батола в решающий для Азерота миг. И может быть, допускал Роммат, даже одержать победу над Смертокрылом. Ничто другое не могло бы объяснить безоговорочное крушение планов Сумеречного Молота.

А возможно, его воображение не на шутку разыгралось. И пора заняться действительно важными вопросами, размышлял Роммат. Нужно смотреть правде в лицо — он никогда не узнает всей правды о произошедшем в Грим-Батоле. Он может попытаться, но вряд ли Джайна Праудмур охотно разделит с ним свои секреты.

Костры догорали, и стихли песнопения культистов. Солнце стремительно пряталось за горными цепями Сумеречного Нагорья. Роммат видел, как Малфурион увел Джайну Праудмур, а Королева Алекстраза взмыла в небеса над Редутом.

Пора исправлять ошибки прошлого, решил Роммат, и постараться при этом не совершить новых. Он задумчиво коснулся перебинтованной руки, когда услышал голос лорда-правителя Терона:

— Болит?

— Немного, — соврал Роммат.

Правитель эльфов крови, облаченный в цвета пылающего заката, поглядел в темнеющее небо.

— Похоже, мы спасли этот мир, только не понимаю как, — пробормотал Терон. — Мы всего лишь убили еще одного Аспекта и пережили ночь, полную ужасов.

Даже Роммат, зная больше лорда-правителя, не разобрался до конца в нюансах спасения этого мира, что уж говорить об остальных обитателях Редута.

— Мы возвращаемся в Луносвет? — спросил он Терона.

— Еще нет. Королеве драконов нужны солдаты.

— Она хочет дойти до Грим-Батола?

— Нет, и должен признать подобную тактику довольно странной. Мы не штурмуем крепость противника, а лишь отражаем его атаки. Но с другой стороны, — добавил Терон, — ведь я никогда не сражался с Древними Богами. Возможно, у подобных войн свои правила.

— Хранительница Жизни знает, что делает, — согласился Роммат.

Терон рассеяно кивнул.

— Послушай, Роммат, помнится, тебя волновал мятеж в Подгороде.

Роммат замер.

— Так точно, лорд-правитель, — осторожно ответил он.

— Мне не очень хотелось вмешиваться во внутренние распри Отрекшихся, но мы не можем и дальше закрывать на них глаза.

— Правда на вашей стороне, лорд-правитель.

— Тогда не будем терять времени даром. Телепортируйся в Подгород и узнай обо всем на месте. Я слышал, Сильвана уже вернулась в столицу. Тебе не придется разыскивать ее по всему Серебряному Бору.

Роммат колебался.

— Лорд-правитель, — нерешительно протянул он, — защитники Редута нуждаются во мне.

— Ты не подчиняешься приказам Малфуриона. Ты подчиняешь мне, Роммат, — отрезал Терон. — Ты сделал все, что мог для спасения этого мира. Земли Кель-Таласа нуждаются в тебе так же остро, как Сумеречное Нагорье.

Роммат склонил голову, надеясь, что тьма скроет его улыбку.

— К тому же ты ранен! — продолжал Терон. — В Редуте есть и другие маги, кроме тебя.

Магия Роммата превосходила троих, Терон отлично знал это. Но никто из эльфов-магов, кроме него, не согласился бы отправиться в подземный склеп Сильваны добровольно. Это Терон тоже знал.

— Я выполню ваше поручение сегодня же, лорд-правитель.

— Прекрасно. Передавай королеве Отрекшихся мои лучшие пожелания.

— Обязательно, — кивнул Роммат.

Если он поступит правильно, то мир никогда не узнает о его провальной карьере на посту Первого Сумеречного Советника.

Не зря именно Сильвана привиделась ему в ночь кошмаров. От нее отныне зависело, сможет ли он вздохнуть свободно и забыть о совершенных промахах или же нет. Во всем Азероте только королева нежити знала о его причастности к судьбе Южнобережья. Вряд ли Роммату сойдет это с рук, даже если он скажет, что сам архиепископ Бенедикт обманом вынудил его уничтожить рыбацкий городок Альянса. Какая разница, скажут ему в ответ, ведь Бенедикт погиб, и будут совершенно правы.

Только на счет промаха со Стеной Роммат был более чем спокоен — орк поплатился жизнью за то, что увидел его лицо. Роммат не знал, было ли известно орку его имя и его должность. Хватило и того, что орк увидел его, эльфа крови, возле гоблинов, начиняющих динамитом Стену Седогрива. Выводы напрашивались сами собой.