он начал было мысленно произносить «в плену», но поправился, заменив на «в гостях», – так вот, если тот, у кого он оказался в гостях, достаточно умён, он мог бы манипулировать изображениями так, чтобы убедить Кейта, будто он идёт по прямой, тогда как на самом деле он ходил бы по кругу.
Кейт решил передохнуть. Хотя он и старался выкраивать время и посещать на «Старплексе» спортзал для землян, где поддерживалась нормальная земная гравитация, его мышечный тонус был всё же несколько ослаблен, поскольку большую часть времени он проводил при валдахудской гравитации в общих зонах корабля. Ему и в самом деле стоит принять приглашение Тора Магнора играть в гандбол. Кейт и Сол играли регулярно, но после гибели Сола он игру забросил.
Кейт опустился на землю, которая в этом месте густо заросла клевером. Сидеть на нём было очень удобно. Он провел рукой по клеверу, наслаждаясь мягкостью его листьев, и огляделся. Это всё же была совершенно потрясающая имитация. Такая приятная, такая красивая. В небе он заметил птиц, но слишком далеко, чтобы определить вид.
Кейт сорвал лист клевера, чтобы рассмотреть его поближе. Может быть, сегодня его счастливый день; может, ему попадётся четырёхлистный клевер…
Какая удача! Так и есть!
Он сорвал ещё несколько растений и недоумённо уставился на них.
Потом лёг животом на землю и начал изучать растение за растением.
Они все были четырёхлистными.
Он поднёс одно из них к самым глазам, зажав в пальцах, и тщательно его осмотрел. Это был совершенно нормальный клевер практически во всех отношениях. В месте отрыва стебля из него даже выступила крошечная капля растительного сока. Но каждое из этих растений имело четыре листа. Из начального курса ботаники Кейт помнил, что родовое название клевера Trifolium, что означало «три листа». Клевер трёхлистен по определению, за исключением редких мутантных экземпляров. Но у всех этих растений было по четыре овальных клеверных листа.
Кейт смотрел на белые и розовые соцветия, качающиеся на верхушках некоторых растений. Определённо клевер – но четырёхлистный клевер. Он покачал головой. Как мог Стеклянный правильно учесть столько мелких деталей, но допустить такую вопиющую ошибку? Бессмыслица какая-то.
Он снова огляделся в поисках других несоответствий. Большинство лиственных деревьев вокруг были клёнами – конкретно сахарными клёнами, если только он не ошибался. Вот это хвойное – явно сосна Банкса, типичная для юга Канады, а чуть дальше – голубая ель. И… а что это птица, интересно, сидит на голубой ели? Точно не кардинал и не сойка. Да, на голове у неё хохолок, но цветом она изумрудно-зелёная, и клюв у неё утиный, лопатообразный, непохожий на клювы певчих птиц.
Это была Земля, вне всякого сомнения. Вот и земная луна, отчётливо различимая на дневном небе. И всё же это была не совсем Земля – некоторые детали явно не сходятся.
Кейт озадаченно оттопырил нижнюю губу…
Глава 7
Рисса и Яг добрались до мостика на лифте и скоро уже стояли перед двумя рядами консолей, докладывая коллегам о своём фантастическом открытии.
– Уже долгое время бытует метафора, – пролаял Яг, – что видимая материя – это лишь пена на чернильном океане тёмной материи. Мы знаем о существовании тёмной материи по оказываемому ею гравитационному воздействию, но до сих пор ни разу её не наблюдали непосредственно. Те огромные сферы и взвесь мелких частиц между ними как раз и состоят из тёмной материи.
Лианна тихо присвистнула. Кейт поднял бровь. Разумеется, он слышал о тёмной материи. Фриц Цвикки, астроном из Калтеха[7], постулировал её существование в 1933 году на основании наблюдений галактик в Скоплении Девы. По его измерениям, эти галактики вращались друг вокруг друга с такими скоростями, что если бы они состояли только из видимых звёзд, то давно разлетелись бы в разные стороны. Последующие исследования показали, что практически все большие структуры во Вселенной – и наш Млечный Путь не исключение – ведут себя так, будто они значительно тяжелее, чем суммарная масса всех составляющих их звёзд и разумного числа планет. Эту недостающую массу окрестили «тёмной материей», поскольку она не светилась сама и, по-видимому, почти не отражала падающий свет, но при этом создавала примерно 90 % всей гравитации во Вселенной.
Тор Магнор, как обычно, сидел, положив свои огромные ножищи на край консоли и сплетя толстые пальцы рук на затылке, погрузив их в буйную рыжую шевелюру.
– Я считал, что природа тёмной материи давно выяснена, – заметил он.
– Лишь частично, – ответил Яг, разводя верхними руками. – Нам давно известно, что барионная материя, состоящая из привычных нам протонов и нейтронов, составляет менее десяти процентов массы Вселенной. В две тысячи тридцать седьмом году было обнаружено, что вездесущие тау-нейтрино имеют очень малую массу покоя, эквивалентную примерно семи электрон-вольтам. Также мы узнали, что мю-нейтрино тоже имеет ничтожно малую собственную массу – где-то в три тысячных электрон-вольта. Поскольку количество нейтрино этих двух типов очень велико, в сумме они дают в три или четыре раза большую массу, чем вся барионная материя. Но даже с учётом нейтрино около двух третей массы Вселенной оставались неучтёнными – до сегодняшнего дня.
– Почему вы считаете, что это вещество – тёмная материя? – спросил Кейт.
– Ну это точно не обычная материя – в этом можно не сомневаться. – Яг придерживался одной рукой за закруглённый край консоли Тора, чтобы не упасть на четыре конечности, и старался, чтобы это не было заметно. «Старплекс» работал в четырёхсменном режиме для удобства валдахудов, происходящих с планеты с коротким суточным циклом, однако Яг работал сверхурочно. – Ранние работы по тёмной материи предлагали два типа возможной её организации; земные астрономы, чтоб им за это плавать в реках мочи, назвали их WIMP[8] и MACHO. WIMP – это «слабовзаимодействующая массивная частица»; вы видите, какую белиберду им приходится выдумывать, чтобы уложить её в дурацкий акроним? В общем, вимпами в конце концов отказались тау- и мюоновые нейтрино.
– А MACHO? – спросил Кейт?
– «Массивный компактный объект гало»[9], – сказал Яг. – «Гало» в этом контексте означает облако тёмной материи с галактикой в центре. Под «массивными компактными объектами» имелись в виду миллиарды объектов размером с Юпитер, не связанные с какой-либо отдельной звездой, – взвесь, состоящая из газообразных миров, сквозь которую движется светящееся вещество галактики.
Лианна облокотилась на консоль, оперев подбородок на сложенные ладони.
– Но если бы Вселенная была напичкана объектами размером с Юпитер, – спросила она, – разве мы бы их не обнаружили?
Яг повернулся к ней.
– Даже объекты размером с Юпитер в масштабах галактики
