Лотти помогла Бертине переодеться. Затаив дыхание, я не сводила глаз с моей дуэньи.
Вот платье почти надето, осталось несколько крючочков. Пальцы Лотти дрожат. Оно и понятно - случись что с Бертиной, ей придется взять на себя часть ее обязанностей. А Лотти это надо? Лотти это не надо, она и так девушка несчастная, ей бы обратно в обморок - там спокойнее.
Вот платье надето, осталась только ленточка. Лотти вплетает ее в волосы Бертины, и я замираю.
Итак... Что же случится с Бертиной?..
Жаба? Бородавки? Рога и копыта?
Преображение, последовавшее после мягкой вспышки золотистого свечения вокруг фигуры Бертины, поразило всех.
В зеркале, которое Лотти, ахнув, приволокла в центр комнаты, отражалась не юная девица, но молодая женщина в самом соку. Навскидку - Бертина помолодела лет на двадцать.
Тонкая талия, красивое лицо, размер груди... по-прежнему четвертый, да еще и выпирает из внезапно увеличившегося декольте так, что взгляд туда так и затягивает, а я ведь женщина вообще-то! Даже завидно.
Преобразилось и само платье: нежная голубизна сирени, золотая вышивка, кокетливые оборки. Обман зрения, конечно, колдовство, но глаз не отвести.
- Так я выглядела лет в тридцать, - задумчиво разглядывая свое отражение, произнесла Бертина.
Я присмотрелась к моей дуэнье повнимательнее.
Передо мной была дама с аристократичными чертами лица и благородной осанкой. Для нее явно было не вновь носить такие платья.
Дуэнья, говорите? Компаньонка, говорите?
«Кто же ты такая, Бертина?» - подумала я, разглядывая сильно помолодевшую и похорошевшую женщину.
С внезапно возникшим равнодушием во взгляде Бертина повернулась ко мне.
- Ну что ж, соэлла, думаю, подвоха нет. Помогла Сайа Даркин по доброте душевной или у нее были какие-то другие причины, но, похоже, навредить она вам не пытается. Поэтому вы наденете это платье и отправитесь на ужин его светлости. Примерьте-ка.
«Что ж, - решила я, - умереть не умру - демон Марай не даст, все-таки уже дважды спасал. В общем, кто не рискует, тот не пьет шампанского и не ест омаров, или что у них там на ужин будет?»
Закончив помогать мне с переодеванием, Лотти всплеснула руками и расцвела:
- Соэлла, ваша талия!
Я оценила свое отражение в зеркале. Сюзанна, как Сюзанна - золотистые кудри, большие зеленые глаза на тонком личике... первый размер груди.
- Все-таки интересно было бы узнать, когда действие полнящих чар закончится, -произнесла я вслух.
- Думаю, на этот вопрос точно может ответить только Альвина Мизан, - взвешенно произнесла Бертина; моей дуэнье уже вернулся ее обычный облик, но теперь, глядя на нее, я не могла выкинуть из головы красивую даму с аристократичными чертами.
- Значит, ответит, - отозвалась я и вдруг...
Мне в голову пришла идея.
Альвина Мизан несомненно ждет моего фиаско на ужине. Наверняка уверена, что либо я явлюсь на ясные очи герцога пышечкой, либо не явлюсь совсем.
Если же она увидит, что я совсем не изменилась, это будет означать, что я знать не знаю, ведать не ведаю о том, что ее печенье было зачаровано. И все сойдет ей с рук.
Не сойдет.
- Лотти.
Служанка подняла на меня взгляд.
- Да, госпожа?
Взяв со столика коробку с печеньем Альвины, я протянула ее Лотти.
- Возьми печенье, Лотти, - велела я.
- Госпожа? - в глазах несчастной отразилось недоверие и испуг.
Я ответила на вопрос в ее взгляде невозмутимым кивком.
- Всего лишь маленький кусочек, Лотти. Ради торжества справедливости.
Лицо служанки страдальчески вытянулось.
- А может, не надо, госпожа-а-а, - жалобно протянула она.
И я снова твердо кивнула:
- Надо, Лотти, надо.
* * *
Встреча состоялась возле обеденного зала в замке герцога.
С одной стороны я и Бертина, Лотти за нашими спинами, с другой - Альвина Мизан в сопровождении служанки Минни.
- Как вам спалось этой ночью, соэлла Альвина? - ласково пропело сопрано Сюзанны; каждый раз, открывая рот, не перестаю удивляться, что это именно я произношу эти звуки.
Рыженькая - одета, к слову, куда шикарнее меня, в платье цвета померанца, все в оборках-оборках-оборках, у меня аж в глазах зарябило, - оглядела меня с головы до ног недовольным взглядом. Бровки хмурит, губки скривила. Ай-ай, не то ожидала увидеть, да? Ну, ты потерпи, я только начала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Прекрасно спалось, - взяв себя в руки, ответила мне Альвина, улыбаясь: - Вашими стараниями, соэлла Сюзанна. А как прошел ваш день? Надеюсь, никаких неприятностей с вами не случилось.
Тут она всплеснула руками.
- Ах, о чем я говорю? Пока рядом такой благородный охранник, как Марай, соэлле Сюзанне наверняка не о чем беспокоиться, правда?
Благородный? Я мысленно скривилась, вспомнив, как демон, глядя на мою располневшую фигуру, с трудом сдерживал смех. Да-да, благородства тут - хоть на хлеб мажь. Толстым слоем.
- Вы правы, - потупила взор я и, смутившись по-девичьи, добавила: - Марай не отходит от меня ни на шаг. Так и говорит: госпожа, я весь только ваш, располагайте мною, как пожелаете.
У Альвины дернулся край рта. Личико на секунду перекосило.
«Добавочки?» - украдкой наблюдая за ней спросила мысленно я.
- Мои глаза, говорит, видят только вас, все прочие - пустое место. Так и сказал: пустое место.
Я ждала, что рыженькую еще сильнее перекосит от злости, а у нее внезапно бровки домиком вытянулись и губки обиженно надулись.
Смотри-ка, а она на демона-то и впрямь не на шутку запала. Надо же. Я ее даже пожалела
- чисто по-женски.
Тут моя интуиция подсказала мне посмотреть вправо, и я увидела - кого бы вы думали? -демона собственной персоной. Стоит в сторонке, позади Альвины, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Улыбается эдак краем рта, вопросительно приподняв одну бровь, мол, и когда же я все это успел наговорить?
Я смотрела на него ровно две секунды, потом прищурилась. Мстительная у меня натура, оказывается, а я и не знала.
- Ах, соэлла Альвина, - пропело сопрано Сюзанны. - Расстроились, да? Расстроились, вижу. Между нами, девочками, я заметила, как вы смотрели на Марая. Но вы, право, зря расстраиваетесь. Неужели он вам действительно нравится? Вы же видели это существо. Рога, клыки, когти...
Я наклонилась к ней поближе и прошептала так «тихо»... чтоб уж точно все, кто был рядом, слышали:
- А вдруг обернется в самый ответственный момент? Ну, вы понимаете... В тот самый момент. Ну, когда вы готовы будете свою честь девичью...
Альвина зарделась вся, слившись цветом с платьем, а я продолжала, всем видом показывая, как я за нее переживаю:
- Это ж какая травма вам будет на всю жизнь! Психологическая.
На слове «психологическая» рыженькая подвисла.
- Стоит только подумать, чтобы целоваться вот с этой мордой... с клыками... - Я сделала вид, что всерьез задумалась: - Как считаете, они мешать не будут?
Рыженькая, видимо, представила эту картину и скривилась слегка - но как-то неуверенно.
- Нет-нет, - тоном лучшей подруги заключила я, - в качестве... гм-гм... потенциального любовника демон, - скосила глаза вбок и добавила с легким пренебрежением: - непригоден. Забудьте о нем, соэлла. Честное слово, для этой цели, любой слуга в замке сгодится лучше него.
Вторая бровь демона медленно уползла на лоб следом за первой. А в глазах как будто зеленым слегка полыхнуло.
Ой, божечки, уже страшно, я вся боюсь! Надеюсь, хоть не перестаралась. Но надо же было как-то отплатить за то, что позволил мне съесть печенье? Добром за добро...
- Соэлла, - раздался у меня за спиной строгий голос.
Я обернулась. Бертина многозначительно покашливала и смотрела на меня взглядом Лариски. У моей подруги всегда было вот точно же такое лицо, когда она меня собиралась отчитывать. Я аж чуть не прослезилась от ностальгии, но вовремя опомнилась.
- Ах, да! - посмотрела на Альвину Мизан. - Отвечая на ваш вопрос, соэлла: у меня-то, слава всем богам, день прошел прекрасно, а вот моя служанка...
