– Вы уверены? – тут же послышался вопрос.
– Уверен. Главное, цветными куртками не сверкайте, – ответил доктор, мысленно проклиная западные шмотки химических колеров с нашитыми на них светоотражающими полосками.
– Алексей, можно вас на минутку? – позвал парня Васильев.
– Что-то случилось, Олег Борисович? – настороженно спросил Алексей, быстро подходя к нему.
– Нет. Просто хочу попросить вас кое о чем, – устало улыбнулся профессор.
– Конечно. Я слушаю.
– Возьмите вот это и постарайтесь сохранить. Если со мной что-нибудь случится, там вы найдете все необходимые инструкции. Только пообещайте, что вскроете его, только когда будете уверены, что меня больше нет, – тихо попросил Васильев, протягивая ему металлический тубус с плотно закрученной крышкой.
– Что за глупость, Олег Борисович?! – возмутился Алексей. – Уж кого-кого, а вас я отсюда точно вытащу.
– Спасибо, Лешенька. Но осмелюсь дать вам один совет. Никогда не давайте напрасных обещаний. В этом приключении далеко не все зависит от вас. Так что лучше дайте слово выполнить мою просьбу.
– Олег Борисович! В этом приключении у меня намного больше шансов нарваться на пулю, чем у всех вас, вместе взятых. Помните, что тот бандит сказал?
– Думаю, русского солдата какой-то фашистской сволочи пристрелить будет не так просто, – улыбнулся в ответ профессор. – Я это знаю, Леша. Своими глазами видел. Обещайте выполнить мою просьбу.
– Обещаю, – нехотя сдался Алексей, забирая у него тубус.
Улыбнувшись, профессор откинулся на рюкзак и, прикрыв глаза, затих. Старательно прислушавшись к его дыханию, Алексей убедился, что с шефом все нормально и, отойдя в сторону, задумчиво покрутил в руке посылку. Около трех сантиметров в диаметре и двадцати – в длину, тубус был сделан из какого-то легкого металла. Из любопытства царапнув его ножом, Алексей с удивлением понял, что это титан.
* * *
Штурмфюрер Хайнц сильно рисковал, когда прыгал в воду стреноженным и со связанными руками. Но в глазах своего конвоира он прочел приговор – и решил попытать счастья.
Вообще-то, Хайнц редко полагался на удачу, предпочитая точность знания неопределенности провидения. Воспользовавшись тем, что приведший его к реке парень отвлекся на шум в лагере, он сильным толчком плеча отбросил конвоира в сторону и, недолго думая, бросился в воду. Сделав глубокий вдох, Хайнц нырнул и, изогнувшись дугой, дотянулся до веревки, спутывавшей ноги.
Распустив узел на правой ноге, он оттолкнулся от каменистого дна, позволив реке нести себя дальше, и только старался изредка всплывать на поверхность, чтобы глотнуть воздуха. Но, к удивлению Хайнца, выстрелов не было слышно. Очевидно, приведший его парень решил не тратить попусту боеприпасы, предоставив реке избавиться от пленника. Каждый раз, оказываясь на поверхности, он пытался оглядеться и сориентироваться, но вокруг были только голые отвесные скалы.
Вынырнув в очередной раз, Хайнц заметил небольшую площадку и, сильно загребая ногами, сумел подобраться к правому берегу реки. Течение здесь было заметно слабее, а глубина меньше. Убедившись, что может без опаски встать на ноги, он добрел до берега и обессиленно рухнул на песок. Короткий заплыв отнял у него больше сил, чем ночной марш-бросок.
Отдышавшись, Хайнц перекатился на бок и, поднявшись, принялся обходить площадку по периметру, выбирая подходящий камень, о который можно было бы перетереть кожаный ремень, которым были связаны руки. Заметив подходящий осколок, он снова улегся на бок и, пристроившись, принялся за работу. Но основательно промокшая кожа ремня не желала просто так поддаваться.
Хайнц в кровь ободрал руки, но ремень перетер. Отбросив обрывки, он мрачно осмотрел свои запястья и занялся поисками сухопутной дороги к монастырю. Опять лезть в воду он не собирался. К тому же река текла в направлении обратном тому, куда стремился он. Самое неприятное, что он оказался на другой стороне реки. Монастырь, куда ему требовалось попасть, находился от него за бурным потоком.
В любом случае Хайнцу нужно было выбраться из ущелья, чтобы понять, где именно он оказался. Внимательно осмотрев скалу, он заметил подходящие уступы и, чуть усмехнувшись, принялся растирать руки. Для долгого подъема ему требовалось вернуть конечностям чувствительность и силу. Лазать по скалам его учили с самого детства. Жить в горах и не уметь ходить по ним – было бы абсурдно.
Пребывание в ледяной воде здорово ослабило Хайнца, но ему было не привыкать к холоду. Растирая руки, он одновременно подпрыгивал и размахивал ногами, заставляя кровь быстрее бежать по жилам. Если бы он сейчас находился в долине, Хайнц просто пустился бы бегом, с каждым шагом заставляя свое тело оживать.
Наконец, почувствовав, что согрелся, Хайнц шагнул к скале и решительно начал подниматься. Начало восхождения было не трудным, но чем выше, тем сложнее становилось отыскивать подходящие уступы. Несколько раз Хайнц зависал над отмелью на кончиках пальцев одной руки, судорожно высматривая хоть какую-нибудь трещину.
Но упорство и огромная сила все-таки победили. С трудом перевалившись через край расселины, Хайнц несколько минут тупо пялился в вечернее небо, переводя дух. Медленно поднявшись на ноги, штурмфюрер старательно огляделся и, удовлетворенно кивнув, тяжелой рысью двинулся вниз по течению.
Ему, можно сказать, повезло: километрах в десяти от того места, где он выбрался, через реку был переброшен подвесной мост. От него до границы монастыря предстояло одолеть еще семьдесят километров. Не теряя времени даром, Хайнц продолжал бежать, заставляя себя двигаться, несмотря ни на что.
Это было нечто похожее на самогипноз: ритмично двигая ногами и руками, он повторял про себя слова детской считалочки. Впрочем, проговаривать можно было все, что угодно. Главное, чтобы был ритм. Вогнав себя таким образом в легкий транс, Хайнц пробегал километр за километром.
К вечеру следующего дня, усталый, посеревший, но живой Хайнц ввалился в ворота монастыря, первым делом спросив о хозяине. Узнав, что всесильный старик находится в замке, он решительно направился на служебные этажи. Туда, где располагался кабинет хозяина. Ворвавшись в приемную, он ткнул пальцем в секретаря и, не давая тому опомниться, приказал:
– Доложи, что Хайнц вернулся и просит срочно принять его.
– Вам придется подождать, герр Хайнц, – начал было секретарь, но штурмфюрер не дал ему закончить.
Перегнувшись через стол, Хайнц ухватил секретаря за отвороты дорогого пиджака и, выдернув из кресла, одним могучим рывком вскинул парня над головой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
