– Спасибо, я сама, – сказала она, осторожно убирая руку. Вдруг улыбнулась и проговорила: – Очень рада, что Илья приехал. Он поможет тебе…
– Да, – резко выдал Громов, меняясь в лице, не желая слышать продолжение.
– У тебя хороший друг, – заметила Евгения и, отмечая суровые морщинки на лбу мужчины, вдруг сказала: – И не стоит постоянно хмуриться, тебе не идет.
Громов некоторое время молча смотрел, обдумывая фразу, а потом вдруг с усмешкой произнес:
– Постараюсь. Ты устала, иди отдыхать.
Кивнув, Евгения побрела в спальню. Раздевшись и обняв свою девочку, она улыбнулась. Не понимала причины, но в душе стало так тепло, что не смогла сдержаться. Вероятно, завтра она посчитает это глупостью, но сейчас женщина осознала, что о ней заботятся, как бы грубо это не выглядело.
* * *
В машине было свежо, но мужчина испытывал жар после всех процедур, что он прошел за сегодняшний день. Радовало, что доктор сказал, что с таким напором, он быстро встанет на ноги.
– Могу снять тебе квартиру и нанять… – начал разговор Ломов, уверенно крутанув руль, глянув налево, где за рулем старенькой волги сидела симпатичная девушка. Она подпевала, энергично пританцовывая телом и руками при этом, не обращая ни на кого внимания.
– Нет, – грубо заявил Громов, отчего Илья моментально обернулся и посмотрел на друга. Отметив вопрос в глазах мужчины, Андрей пояснил: – Я не хочу оставлять ее одну.
Ломов вновь посмотрел влево, но уже рядом двигалась красная дорогая иномарка, за рулем которой сидела шикарная брюнетка, разговаривающая по громкой связи, если судить по тому, как она открывала рот, периодически махая руками. Ругалась с кем-то. Илья скривился и, вспомнив реакцию друга на его предложение, лениво развалился на кресле и заметил:
– Это не проблема. Я могу…
– Ты не можешь! Женя моя жена.
Повисла тишина. Мужчины задумчиво смотрели на дорогу, каждый думая о своем. Если же Илья давал другу время на неправильные выводы, то Андрей пытался убедить себя, что Ломов специально его бесит. Хотя за два дня, что он здесь, мужчина постоянно терся около Жени, предлагая помощь. Странная мысль, отправить Ломова назад, нередко появлялась в голове, но в этом случае Женя с дочерью будут в опасности, чего Андрей не мог допустить. Приходилось терпеть его поганый характер.
Ломов повел плечом и вдруг задумчиво протянул:
– Я удивлен, что ты выбрал в жены Женю.
– Это почему? – слишком грубо и раздраженно поинтересовался Громов, с недовольством понимая, что у него все чаще появляется желание заехать каскадеру по морде. Тот без адреналина не мог, добивал, пока не получал достойного ответа. Так было всегда.
– Ну, я же знаю тебя сколько лет. Тебе нравились совсем другие: дерзкие красавицы и желательно без мозгов. А тут хрупкая девочка, нежная и заботливая, которая превращается в дикую кошечку, когда врываешься на ее территорию. Она, – Илья сделал паузу, – мой тип женщины, которую хочется защищать и беречь. Я бы…
Лицо Громова моментально исказилось от гнева. Он сглотнул, повторяя про себя услышанные слова, и разъяренно прогрохотал:
– Илья, тебе еще раз напомнить, что она моя жена? Ты чего хочешь? Она моя.
– Уверен в этом при твоей амнезии? Ты же не помнишь последние четыре года, насколько я прочитал из выписки, а женился на ней три года назад, да и она бегает от тебя. Я подозреваю, что ей со мной спокойнее, – между прочим, уточнил он, не скрывая на лице веселья.
– Со своей женой я сам разберусь, – серьезно заявил Громов, вновь раздражаясь тому факту, что все видят, как Женя от него шарахается. Он что, сожрет ее? Хотя в такие моменты так и подмывало это сделать.
– Да? Сам?!
– Да, а ты не лезь в наши отношения.
– А если буду, то что? – на всякий случай уточнил друг, заинтересованно вглядываясь в номер старенькой волги, устремляясь вперед, чтобы посмотреть на девушку, которая в этот момент попала взглядом на него. Она с неудовольствием прищурилась на его дерзкую ухмылку и, скривившись, отвернулась.
«Обалдеть, это она на меня так отреагировала?!» – подумал он, удивляясь странной девчонке с огромными карими глазами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Ты чего добиваешься? – вопрос заставил мужчину сосредоточиться на будущем ответе.
– Я? Ну-у-у – Илья задумался, а потом серьезно выдал: – Когда память вернется, не хочу, чтобы ты обидел ее.
– Я сам жду, когда память вернется. И про Женю… – Андрей замялся, повел челюстью и задумчиво произнес: – Я не знаю почему, но уверен, что есть причина ее поведению.
– Тоже заметил? – с оттенком иронии заявил мужчина, подкалывая друга, на что Громов сжал губы в тонкую линию. Считая, что можно уже закончить подбивать Андрюху на нужную волну, Илья провел по подбородку пальцами и предложил: – Слушай, может ей в отпуск пойти?
– Она не согласится, – уверенно заявил Андрей, даже не сомневаясь в этом ни на секунду.
– Кстати, я тебе денег на карту кинул.
– Видел, но отдать пока не могу. Сам понимаешь.
– Сочтемся. И вот еще что, у меня есть знакомые в органах, пора уже заняться вопросом твоего банкротства. Я сегодня Волкову позвоню. Ты же помнишь его?
– Да, помню. Позже я сам ему позвоню.
– А что сам думаешь?
– Много чего думаю, но ничего похожего на догадку. Я хочу понять, кто меня так подставил.
– А что твой компаньон?
– Ко мне адвокат приходил в больницу с предупреждением, чтобы я Суворову не попадался на глаза, в противном случае он еще иск подаст на крупную сумму, которую потерял из-за моих неверных решений. Сейчас он сделал мне одолжение, – безразлично заявил Громов, сдерживая в себе ярость и отчаяние. Кто бы мог подумать, что такое дерьмо услышит от Суворова, которого считал другом.
– Ладно. Пока делать выводы не будем. Посмотрим, что откопает Волков.
– Хорошо, – согласился Громов и тут же добавил: – Спасибо, что приехал.
Ломов лишь хищно улыбнулся и кивнул, поворачивая в нужную сторону. Еще немного и приедут.
– Ты у магазина останови, продукты нужно купить.
– Ты… собрался в магазин? Надо же… Знаешь хоть, что люди берут с полок?
– Да, – буркнул Андрей и достал маленький лист бумаги, который снял с холодильника. На магните в виде записной книжки Женя всегда записывала самое необходимое, что требуется купить в первую очередь. Сегодня утром он сорвал его и положил в карман.
– Андрюха, я тебя не узнаю.
– Заткнись.
– Да ладно, я шучу. Кстати, я вчера понял, что Марине нравятся лошади.
– Ничего ты не понял, Ломов. Не лошади, а единороги.
– Есть разница?
– Большая, – сдерживая смех, заметил Громов. Он постоянно слушал обо всех единорогах, о которых рассказывала Марина, чтобы ему было не скучно, и точно знал разницу.
– Да уж… тогда нужно посмотреть. Я зайду, а ты…
– Нет, я тоже пойду, – отмечая, как бровь мужчины пошла вверх, Андрей почти с яростью глянул на друга и процедил: – Что-то не так?
– Да нет, просто вот думаю, иногда полезна амнезия. Человека меняет кардинально.
– Ты преувеличиваешь, – буркнул Андрей.
– Если бы… – весело заявил мужчина, припарковываясь у гипермаркета и открывая дверь машины.
Глава 9
Три года назад
Девушка спешила к подъезду, радуясь, что закончила с вызовами и теперь можно отдохнуть. Сегодня врач с девятого участка попросил обойти его территорию, обещая отработать в любой другой день. Евгения согласилась, тем более ей нужно было отвлечься от того, что произошло вчера.
Она вышла замуж за Громова Андрея, что до сих пор не укладывалось в голове. Правда, произошел небольшой конфликт из-за девичьей фамилии, которую она не согласилась менять, и денег. Ее муж совершенно не ожидал сопротивления по этой процедуре, о чем высказался в грубой манере. Но девушка не хотела, чтобы знакомые и коллеги узнали о ее ненастоящем браке, и менять документы не считала нужным. Хватит и того, что у дочери фамилия Громова. Она никому ничего не скажет. Тем более, как только все успокоится, они с мужем разведутся и забудут об этом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
