позиции. Здесь есть сосиски, но в целом снова не очень приятная каша и какой-то отвар, а ещё, салат из каких-то листьев похожих на алоэ.
— Доброе утро, — Алиса уже бодра и даже слегка взволнована, глаза бегают, зрачки расширены. — Круто они устроились, правда? Использовать здания для постройки целой крепости, это впечатляет.
Алису можно понять, она впервые за пределами первого слоя и порядком нервничает.
— Из чего сосиски? — спрашиваю я у подошедших Калума и Райана.
— Не бойтесь босс, они из местных крыс, не из голлумов,— заверяет Калум.
— Вот сейчас мне стало так спокойнее, спасибо.
Киваю и приступаю к еде.
На вкус крысиные колбаски достаточно любопытные. Очень похоже на разогретый полуфабрикат, совсем не как мясо, скорее как реальная дешёвая сосиска с не половину бумажным содержанием.
Стараюсь отрешиться от ненужных мыслей о составе сего блюда. Альтернативы нет, а значит нечего кормить себя ложными надеждами. Чем дольше я оттягиваю свою интеграцию в местный мир, тем мне же и сложнее.
С таким настроем я вычистил тарелку, старательно пережевывая и проглатывая дары местной канализации. Причём в прямом смысле, крысы выловлены внизу и перемолоты в фарш. Так вот как работает кэшбэк?!
Доев, оттащил посуду к мойке, смотря на то, как её моет пара соклановцев, ещё один принимает. Отлаженная работа, что сказать.
Я не уверен, что смог бы построить такую систему, будучи здесь. Воронесса начала вызывать если не симпатию, то что-то определённо похожее на это светлое чувство.
Будучи по жизни одиночкой, я всегда избегал ответственности, либо сваливал её на других людей. С годами это стало легче понимать и принимать.
После обеда прошёлся по коробке внутри гнезда, наткнувшись на площадку в углу, где отрабатывали рукопашный бой. Два парня в данный момент активно пытались достать друг друга. Уровень мастеров был где-то в одной плоскости, поэтому зрелище грозило затянуться.
Судя по всему, такие тренировки не пользуются популярностью, вокруг пусто. Нет даже зрителей.
Решаю проверить себя. Вижу висящую на стене дома перекладину, она выполняет роль турника. Сделана топорно и самопально, но и надеятся на то, что у Арейни найдётся похожее оборудование было глупо. Среди коротышек культуристов я не видел. Как бы они не были похожи на людей, соревноваться в мышечной массе судя по всему не любят. Это исключительно человеческая особенность, мерится мускулами, деньгами, детородными органами и прочим.
Подпрыгиваю и хватаюсь за самодельный спортивный снаряд.
Подтягивания у меня всегда на одном уровне, три подхода по двадцать раз, дальше начинаются грязные и технически неуверенные попытки.
Первые два подхода сделал по обыкновению легко, а вот закончив третий, начал что-то подозревать. Мышцы определённо не забиты… Что бы это могло значить?
Спустя минуту делаю ещё подход. Усталости нет.
Меня охватывает азарт.
Прихожу в себя спустя ещё два подхода, последний из которых даётся сложнее всех предыдущих. Прогресс определённо есть. Варианта два, либо местная каша заваривается на хороших таких стероидах, либо повышенная характеристика силы начала работать.
Тренирующиеся продолжают спарринг. Бросаю попытки утомить себя на турниках, делаю растяжку и решаю провернуть парочку акробатических трюков.
Если кто-то бы увидел киллера, делающего растяжку, он бы наверняка улыбнулся. Особенно, если воспитан на фильмах и сериалах с участием моих вымышленных коллег, которые занимаются исключительно растяжкой своего тела в постели по утрам.
А если и нисходят до тренировок, то тренируют только красивых и недоступных женщин, любимое упражнение коих — шпагат. Садятся они на него охотно, особенно если их страхует мой коллега, предлагая для посадки самую интеллектуально развитую часть своего тела. Которой ещё так любят меряться наёмные убийцы с другими коллегами киллерами.
Правильно, мозг…
А не то, что многие могут подумать.
Растянувшись, встаю в базовую стойку и проделываю парочку крутящих движений руками.
Капоэйра, которым я занимался пару лет в летнем спортивном лагере в национальном парке Йосемити, отлично помогает укрепить баланс и почувствовать связь тела и мозга.
Снимаю разгрузку и футболку, чтобы ощутить лёгкое дуновение воздуха и температуру. Это не нужно, просто мне так куда приятнее.
Перекатываюсь спиной назад, встаю на руки, а затем плавно перетекаю на ноги. Далее базовая стойка, ноги полусогнуты, одна рука вытянута, ладонью книзу, вторая согнута до уровня локтя первой. Дышу и делаю парочку ударом по воздуху, быстро сменяя ведущие ноги и стараясь поймать ритм для свободного дыхания.
Затем три шага для разгона, прыжок с разворотом, двойное параллельное земле вращение в воздухе и удар по предполагаемому противнику.
Повторяя хорошо заученные комбинации, я так увлёкся, что не заметил появления зрителя.
Из равновесия и гармонии между телом и разумом вывели лёгкие хлопки.
— Браво, отлично, — произнесла откуда-то взявшаяся Регина. — Я проходила мимо, а тут такое шоу, ты не против?
Совсем забываю следить за окружающей обстановкой. Обрадовался возможности внести в этот хаос частичку чего-то знакомого и приятного, и напрочь потерял контроль окружающего пространства.
— Нет, — лениво отвечаю я, хоть и не понимаю причину её такого пристального интереса.
— Это какое-то боевое искусство? — хлопает она глазами.
— Можно и так сказать.
— Как называется?
— Капоэйро. Но оно больше предназначено для разминочных комплексов, медитации, тренировки контроля движений, и моторики тела. В реальном бою девяносто процентов связок не дееспособны, никто не даст шанс на выполнение такой атаки.
Регина понятливо кивнула. Я надел майку. Девушка разочарованно сжала губы.
— Разбираешься в боевых искусствах? — спросила она.
— Не особо, — честно признался я. — У меня в арсенале только несколько видов армейской рукопашной школы, сухая эффективность, а это скорее для себя.
— А разве что-то подобное может быть не для себя? — удивляется она, сделав акцент на конце фразы.
— Бывает, — я поморщился. — Когда служишь на благо своей страны.
— Так ты бывший военный? — она удовлетворенно кивает, будто выведала что-то тайное.
— Я этого не говорил.
Пытаюсь быстро откреститься.
— Не важно, — Регина делает пару шагов, приближаясь настолько, что я чувствую её горячее дыхание у себя на подбородке — Покажешь пару приёмов? Особенно интересует, как выходить из удушающего приёма. Когда тебя берут, вот так…
Она берёт мою руку и поворачивается спиной, резко прижимаясь всем телом. Несколько секунд контакта и вот Регина уже снова стоит на расстоянии вытянутой руки.
И так невинно похлопать глазками. Зачем ей это? Решила зачем-то меня соблазнить? Или боится, что кто-то её придушит? Причин отказывать нет, поэтому решаюсь на демонстрацию.
— Хорошо, я покажу
