– Откуда вы, родимые? - с придыханием поинтересовался у голубцов Трифон. Это был второй, но отнюдь не последний риторический вопрос за сегодняшний вечер.
Голубцы, естественно, не отвечали.
«Бывают в жизни чудеса!» - справедливо решил наш герой и, здраво рассудив, что сытость никогда не бывает лишней, принялся поглощать удивительное блюдо. Управившись с голубцами, он хотел было отправиться в гостиную - общаться с диваном и трудом по картофелеводству, но потом решил, что настолько судьбу испытывать не стоит, и потому помыл посуду незамедлительно. И даже гусятницу почистил остатками пасты «Пемолюкс». К тому же кухня - удивительно чистая и свежая, как шестнадцатилетняя невеста, - словно благословляла его на сей подвиг посудомойства.
Однако наш человек не был бы нашим человеком, если б не глодал его извечный вопрос «Кто виноват?». В данном случае кто виноват в этой сверхъестественной чистоте Трифоновой квартиры? Кто, понимаешь, ликвидировал неприятные остатки вчерашнего застолья, почистил ковер, стер многолетнюю пыль с книжных полок, разобрал завал из старых газет и папок на письменном столе, взбил диванные подушки и даже носовые платки на елке завязал элегантными бантиками, этак по-европейски? Может, братья по разуму? Гуманоиды из какого-нибудь Магелланова Облака или, к примеру, созвездия Гончих Псов? Хочу поверить! Но что-то не верится. Это к спецагенту ФБР Фоксу Молдеру, возможно, на Рождество прилетает погостить братва на серебристых сфероидах - барбекю там устроить, в бейсбол сыгрануть, Дэйну Скалли пособлазнять, ну и заодно по хозяйству помочь. В рамках вселенской братской-по-разуму помощи.
А нашему человеку братья по разуму не помощники. Потому как, в отличие от вышеупомянутых знаменитостей из ФБР, у нашего человека братья по разуму - тараканы. А помощники из них, как известно, еще те.
«Может, у меня домовой завелся?» - лениво подумал Трифон, с максимальным удобством (диванная подушка под левой рукой, картофелеводческий трактат - под правой) располагаясь на диване. Версия, конечно, была неправдоподобной, но возможной. Заводятся же у народа всякие неврастенические барабашки, духи усопших предков, начинают хулиганить с посудой, надписи неудобочитаемые на стенах выводить, на магнитофонную пленку ругательства многообразные записывать…
«А вдруг это и есть предупреждение? - на миг испугался Трифон, вспомнив свой сон. - Ведь недаром тетя Капа говорила мне про опасности от злобной моей родственницы. И руку эту еще подсунула! Ерунда, конечно. Злые духи родственников, проклятия и вещие сны… Просто какой-то сериал «Замороченные»! Хотя… Должно же быть всему этому правдоподобное объяснение!» Еще раз окинув взором зал, он решил:, что такая чистота даже его родственнице была бы не по силам. Тут явно работала более талантливая женская рука…
Что?
Трифону показалось, что створка окна в гостиной приоткрылась. Иначе откуда бы взялся этот порыв морозного и жгучего воздуха со странным запахом меди?
А этот звук, немного напоминающий царапанье ногтей по обоям в коридоре?
Трифон выронил книгу и сжался на диване настолько, насколько ему позволяли сжаться габариты его тела.
Перед его носом, примерно в полуметре от пола, в воздухе элегантно парила рука, игриво шевеля прелестными тонкими пальчиками.
И вот это Трифону уже не казалось.
Аэропорт «Шереметьево», Москва,
Россия
8 января, четверг, 8:29
– Знаешь, Молдер, ведь мы так и не придумали себе правдоподобной легенды. Нас могут взять прямо у трапа. И будут правы. А мы пойдем на русскую каторгу лишь потому, что Скиннеру приспичило отправить нас с новым заданием в эту страну оленей!
– Скалли, страна оленей - это Скандинавия. Похоже, у тебя обострился топографический кретинизм. И кстати, каторги у русских уже нет. У них тюрьмы.
– Это у нас тюрьма, Молдер! А у русских все равно - каторга. И ты меня не переубедишь!
– Дамы и господа, самолет идет на посадку. Просим вас не курить, пристегнуть ремни и вернуть стюардессе стаканы из-под водки.
– Мисс Скалли, а что, если нам представиться семейной парой, приехавшей в Россию к своим дальним родственникам? - застенчиво предложил Чарли. Он до сих пор находился под впечатлением от перелета, его глаза сияли детским восторгом и гордостью - лучшие агенты ФБР взяли его на задание!
– Нет, дорогой Чарли, этот вариант не пройдет. Как мы, например, представим тебя?
– Давайте изобразим киноактеров! - осенило Молдера. - А что? Мы приехали в Россию снимать фильм «Миротворец-два». Например. А Чарли тогда можно легко представить как дублера Джорджа Клуни.
– Что ж, - кивнула Скалли. - За неимением времени на другие фантазии остановимся на этом варианте. О, шит! Когда мы наконец приземлимся! Мне надоело это облако за иллюминатором!
– Скалли, мы уже сели. - Молдер усмехнулся. - И это не облако, а огромное количество русского снега. Называется sugrob.
– Да? Никогда не слышала. Итак, запомните, мы - актеры.
– А какая киностудия?
– Пусть будет «Нью лайн синема». Говорят, русские просто без ума от таких фильмов.
– Ну-ну, - скептически сморщил нос Молдер.
Аэродром встретил их чудовищной метелью.
– Деммит! - воскликнула Скалли, как только смогла отплеваться от снега, моментально набившегося в рот. - Молдер, почему ты не предупредил меня, что здесь такой адский холод?!
– Я предупреждал.- Молдер подхватил напарницу под руку и ринулся вслед за остальными пассажирами к терминалу. За ними шагал Чарли, наслаждавшийся удивительным морозным воздухом. - Я тебя предупреждал. Но ты заявила, что в этом пальто ты ездила на Аляску и, следовательно, тебе никакие холода не страшны.
– Да, но на Аляску я ездила летом!
Молдер попытался пожать плечами:
– Эту деталь ты как раз и упустила. Но если сейчас мы поторопимся войти в помещение, то мгновенная смерть от переохлаждения тебе не грозит. Соберись с силами и не забывай, что ты актриса.
Спецагенты ФБР были непревзойденными мастерами по части маскировки и имели способности растворяться в любой толпе, не привлекая к себе внимания. Но так было до тех пор, пока Скалли и Молдер не прилетели в Россию.
Едва перед ними распахнулись двери аэропорта, как оказалось, что их уже ждут.
– Нас вычислили, о, шит! - приглушенно взвизгнула Скалли и вцепилась в рукав напарника. Чарли растерянно застыл рядом.
Агенты стояли у входа в огромный зал. Он примерно наполовину был заполнен народом, который никуда не спешил, держал в руках плакаты и сиял приветственными улыбками. Впереди толпы стоял здоровущий, пузатый мужик с перепачканной физиономией и одетый в грязно-синий комбинезон. Рядом красовалась пышнотелая красавица в национальном русском костюме и головном уборе, который Молдер назвал «cocoshmk». В руках красавица держала накрытый длинным полотенцем поднос, а на подносе обреталось нечто вроде русского варианта биг-мака. Молдер шепнул Скалли, что это явный «rassteguay».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
