Она заговорщицки понизила голос, но в этом не было никакой нужды – в баре царил такой шум, что можно было говорить в полный голос, не опасаясь, что тебя подслушают. Миранда ухмыльнулась, вспомнив их первое собрание Отряда Дамблдора в «Кабаньей голове» – как они тогда беспокоились о секретности этой встречи и как сильно в итоге просчитались…
– О, значит, он тебе тоже нравится! – радостно воскликнула Симона, сделав собственные выводы из этой улыбки. – Я так рада! Вы очень красивая пара!
От необходимости отвечать Миранду избавили парни, вернувшиеся с бутылками.
– Подходим, налетаем! – весело сказал Оуэн, сгружая свою ношу на стол. – Просьба не толкаться и соблюдать живую очередь!
– За знакомство и первые выходные в Хогсмиде! – предложил тост Игнотиус, который все с энтузиазмом поддержали.
Следующие два часа пролетели незаметно. Пиво в бутылках подходило к концу, Миранде было тепло и умиротворенно. Компания легко нашла общий язык и теперь активно обсуждала прошедший этим летом Чемпионат мира по квиддичу. Миранда расслабленно откинулась на спинку стула и в разговоре почти не участвовала, но старалась слушать. Когда Игнотиус по общему решению отошел за новой порцией пива, она вдруг спросила:
– Оуэн, твоя фамилия ведь Бэгшот, верно?
– Верно, – кивнул он и улыбнулся. На щеках обозначились очаровательные ямочки. – Я знаю, какой будет следующий вопрос, поэтому сразу отвечаю: да.
Миранда рассмеялась.
– Значит, ты и в самом деле родственник Батильды Бэгшот.
– Я ее четвероюродный внучатый племянник, причем самый любимый, – охотно поведал Оуэн и взлохматил самому себе каштановые волосы, сделав вид, будто задумался. – По правде сказать, я ее единственный четвероюродный внучатый племянник… Но я все равно самый любимый.
– И хвастливый, – добавила Симона, нежно ему улыбаясь.
– Есть немного, – и не подумал отпираться он.
– А ты сам историей магии интересуешься? – поинтересовалась Миранда.
Тот виновато покачал головой.
– Боюсь, что нет. Слишком скучно для меня, я предпочитаю действие изучению древних фолиантов… Хочу после школы пойти в ликвидаторы заклятий.
– Ого, – с уважением протянула Миранда. – Но это же сколько ЖАБА нужно сдать!
– Но едва ли больше, чем целителю, – усмехнулся он, и Миранда понимающе улыбнулась. – У меня только Нумерология вместо Травологии, а в остальном тот же набор, что у тебя. Защита от Темных Искусств и Чары мне всегда давались, так что, надеюсь, справлюсь…
– На этой работе много путешествовать придется, – заметила Миранда, вспомнив рассказы о Билле Уизли, старшем брате Рона.
– Так к этому я привык, – Оуэн рассмеялся. – Это я только в школе привязан к одному месту, а летом мы с семьей ездим постоянно! По Европе много ездил, особенно по восточной ее части. Был в Румынии, Венгрии, Болгарии, Албании. С осторожностью, конечно – не хотелось бы столкнуться с Гриндевальдом и его сторонниками…
В следующий момент произошли сразу две вещи: к столу вернулся Игнотиус с новой порцией сливочного пива, и в это же время открылась дверь, с улицы дохнуло октябрьским ветром, и на пороге показался Реддл в компании Малфоя. В пабе было полно народу, и их появление осталось практически незамеченным. Зато с Миранды разом слетела вся ленивая расслабленность, она села прямо и с подчеркнутым вниманием уставилась на Игнотиуса и Оуэна, вернувшихся к обсуждению прошлого матча между Гриффиндором и Когтевраном. Но все их слова пролетали мимо ее ушей, поскольку ее внимание теперь было целиком сосредоточено на столе слизеринцев. Помедлив секунду, она слегка подвинула свой стул поближе к Игнотиусу, сместившись таким образом влево, чтобы лучше видеть компанию по соседству – глаза Симоны стали как два галлеона, и она одобрительно подмигнула, но Миранда этого даже не увидела. Делая вид, будто увлечена темой самых скоростных метел и вратарских способностей Дэвиса, краем глаза она теперь пристально следила за соседним столом.
Это не было обычной блажью или желанием найти новые приключения на свою голову. Проведя несколько дней над изучением «1000 волшебных растений и грибов», Миранда все же нашла то, что искала, и теперь могла с уверенностью сказать, что Реддл перешел к активным действиям. Упускать его из виду теперь было попросту опасно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Реддл и Малфой тем временем направились к прочим слизеринцам. При их приближении все молодые люди машинально выпрямились, перестали обмениваться шуточками, а ухмылки сползли с их лиц.
– Эван, ты достал то, что я просил? – осведомился староста. Он выглядел расслабленным, и посторонний наблюдатель в жизни бы не заметил ничего странного, но Миранде слишком заметен был контраст в поведении его друзей до появления Реддла и после.
– Конечно, Том, – Розье извлек из внутреннего кармана мантии какую-то небольшую папку. Реддл принял ее без слов, без «Спасибо», даже не кивнув.
– Отдыхайте, господа, – сказал он спокойно. – Только не опаздывайте обратно в школу.
– Э… Том, – позвал его Лестрейндж, когда тот уже собрался уходить. Реддл слегка вздернул одну бровь, давая понять, что он слушает. – Мы хотели попросить… Этот грязнокровка, Мортимер, который оскорбил меня на прошлой неделе, сейчас в Хогсмиде. Мы можем… поговорить с ним?
Темные глаза чуть прищурились.
– Поговорите. Но только возвращайтесь без опозданий, и, надеюсь, о вашем разговоре с ним потом больше никто не вспомнит. Феликс, ты меня слышал? Мне очень не понравится, если по школе опять поползут слухи о твоей… несдержанности.
– Конечно, Том, – пробормотал Эйвери чуть слышно. На последней фразе старосты кровь отхлынула от лица молодого человека, и он стал похож на вампира.
– Абраксас, Антонин, проследите, – приказал Реддл, на что те только склонили головы.
– Хорошо, Том.
Потеряв к ним всякий интерес, Реддл отступил назад и уже собирался уходить, но в последний момент все же обвел глазами помещение. Миранда почувствовала, как сердце пропустило удар, когда он заметил ее. Она притворилась, будто полностью поглощена разговором с друзьями, но понятия не имела, удалось ли ей его провести. Если Реддл понял, что она подслушивала… Каждой своей клеточкой она ощущала направленный на нее внимательный взгляд и совершенно не представляла, какие мысли сейчас блуждали в голове этого ангельски красивого парня, под чьим прекрасным обликом скрывалось что-то опасное и зловещее. Но вот он перестал рассматривать ее и взглянул на Игнотиуса. Миранда сидела так близко к Пруэтту, что постороннему сразу было понятно, что они пришли как пара. Реддл негромко усмехнулся и вышел из паба.
Миранда глубоко вздохнула, чувствуя, как уходит напряжение. Голоса в пабе словно сразу стали громче, она снова ощутила сладкий запах медовухи и тепло горящего камина. Мерлин, как этому человеку удается подавлять ее одним своим присутствием? Да и не только ее, если быть откровенной. Миранда снова кинула взгляд на слизеринский стол. Друзья Реддла заметно расслабились и теперь вели себя как обычные подростки семнадцатилетнего возраста. Хотя какие они, к черту, его друзья? Меньше всего эта компания в его присутствии была похожа на дружескую. Он отдавал им приказы, а те не смели ослушаться. Хорошенькая дружба… А что за папку вручил ему Розье?..
Мысли перескочили на подслушанный разговор. Словно в подтверждение услышанного, слизеринцы начали подниматься из-за стола и надевать теплые вещи. У Миранды же только звучала в голове фамилия «Мортимер». Поспорить можно было на что угодно, что просто «поговорить» с грязнокровкой в планы этой компании не входило. А если так, то этот Мортимер в большой опасности. И действовать нужно было быстро.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Прости, ты не против, если я ненадолго отойду? – спросила она нежно у Игнотиуса и мягко ему улыбнулась. – Нам скоро возвращаться, а я бы хотела еще заскочить в книжный, купить себе одно пособие по трансфигурации.
– Я могу пойти с тобой! – немедленно вызвался Пруэтт, но она покачала головой и улыбнулась.
– В этом нет необходимости. Я знаю, какая книга мне нужна, так что я только туда и обратно! А потом ты мне расскажешь, чем закончился тот матч между Перу и Италией. Хорошо?
