Читаем без скачивания Младший близнец, или Спасённая 'Лесным демоном' - Оксана Чекменёва

сам, но близняшки от него шарахнулись, и он отступил, - я забралась следом и увидела, что все три девочки расположились на сиденье против хода кареты. Точнее - первой туда села Джуни, а близняшки к ней присоединились. Место на той скамье ещё оставалось, и я пристроилась туда же.

Поузи тут же соскользнула на пол и втиснулась между мной и Суози, поначалу оказавшейся рядом со мной. Та даже не пикнула, просто молча подвинулась.

Оборотень забрался последним, уселся на противоположное сидение, окинул нас тяжёлым взглядом и предложил:

- Зачем вам тесниться, вот есть место, - и показал на кусок сиденья рядом с собой.

- Спасибо, нам нормально, - ответила я за всех, потому что сёстры дружно посмотрели на меня, а Суози продолжала смотреть в пол.

Действительно, карета была просторной, сиденье, рассчитанное на то, чтобы двое взрослых сидели с комфортом, вполне вмещало нас, четверых. И сидеть рядом с незнакомым - а для кого-то и просто страшным, - мужчиной никто из нас не захотел.

Росс пожал плечами, дёрнул за шнурок с кисточкой, висящий у стены возле его плеча, раздался негромкий звон колокольчика снаружи, и карета тронулась.

Несколько минут мы сидели молча, в полной тишине. Джуни смотрела в окно, Суози - в пол, Росс на своих дочерей, Поузи, нахмурившись и выпятив нижнюю губу - на него. Ну а я на них на всех.

Потом Поузи начала раскачивать ногой. Сначала не сильно, потом - стукаясь пяткой обо что-то, находящееся под сиденьем, может, о чемодан, может, ещё обо что-то. Звук был глухой, не как от удара по дереву, но каждый раз Суози вздрагивала и всё сильнее вжимала голову в плечи.

Наконец я не выдержала и, положив ладонь на колено сестрёнки, тихонько попросила:

- Поузи, не нужно.

- Мне скучно! - взвыла та в ответ. И я очень её понимала. И тут не только в скуке дело, малышка нервничала, её жизнь слишком сильно изменилась - отец, сестра-близнец, потеря дома и всего привычного, поездка в неизвестность. Но она не знала, как это выразить, смогла облечь лишь в слово «скучно».

- Хочешь сесть у окна? - предложила я.

- Там ничего интересного нет! - надулась она ещё сильнее.

- Хочешь, я вам почитаю, - предложила Джуни, а я мысленно стукнула себя по лбу. Вот же дурында, сама же книгу сказок для малышек в дорогу взяла!

- Хочу! - Поузи спрыгнула на пол и залезла на сидение между Джуни и Суози.

Та снова молча подвинулась, вообще никак не реагируя на то, что её всё время отодвигают. А я мысленно вздохнула. После нашего разговора Поузи уже не проявляла открытую неприязнь к сестре, сознательно не обижала её, даже делилась одеждой и игрушками и принимала в игру. Но вот такие моменты показывали, что никуда её ревность не делась и время от времени бессознательно прорывалась наружу.

Сутки - слишком небольшое время, чтобы проникнуться сестринскими чувствами к внезапно появившейся «конкурентке». Я это понимала и не стала одёргивать сестрёнку или вновь вести с ней «серьёзные разговоры» - не то место и время, да и не готова она сейчас что-то воспринимать.

Поэтому я встала - благо, дорога была довольно ровной, а рессоры у кареты отличными, нас почти не трясло, - молча усадила Суози на своё место и велела Джуни пересесть так, чтобы оказаться между близняшками. Самой мне места уже не хватало, пришлось всё же сесть возле оборотня, который наблюдал за всеми этими перемещениями молча, с каменным выражением лица.

Джуни начала читать сказку по выбору Поузи, про трёх котят, заблудившихся в лесу, потому что, не слушались кошку-маму, и если бы не суровый дворовый пёс, которого они прежде очень боялись, их бы съела лиса. Всё, конечно же, закончилось хорошо, котята больше от мамы не убегали и подружились с псом, который оказался совсем не злым, просто шерсть у него на морде так росла, что он всё время казался хмурым и недовольным.

Поузи обожала эту сказку, знала её наизусть и готова была слушать каждый вечер, несмотря на то, что в книге было ещё около двадцати разных сказок. Суози тоже заинтересовалась, подняла голову и с любопытством стала рассматривать яркие картинки.

А я смотрела теперь в окно и первой заметила, что заморосил дождик. Пока редкий, но кто знает, когда он ливанёт сильнее?

- Остановите карету, я с Крофом поменяюсь, - попросила я Росса.

- Не растает, - недовольно нахмурился оборотень, тоже выглядывая в окно. - Не дело это, если парень под крышей будет прятаться, а девушка его работу делать.

- Он ещё мальчик, - возразила я. - И дело не в том, что я девушка, а в том, что сильный стихийник, а Кроф совсем слабый. Он сильный дождь не удержит, промокнет, простынет, вы, что ли, его лечить будете? Да и козы с цыплятами намокнут, а сейчас не лето! Остановите сейчас же! Или я спрыгну!

- Да останавливаю, успокойся, - рыкнул Росс и снова подёргал за шнурок.

Карета остановилась. Бросив наставление: «Поузи, не хулигань», я спрыгнула на дорогу, и подбежала к так же остановившейся телеге.

- Да я в порядке, - отмахнулся Крофф. Он установил над собой купол от воды, а животных накрыл подстилкой, на которой мы планировали ночевать. Как потом будем спать на мокром, он вряд ли подумал.

- А если сильнее ливанёт? - поинтересовалась я, усаживаясь рядом и отбирая вожжи. -Удержишь?

- Нет, - вздохнул братишка и отправился в карету.

А я накрыла куполом не только себя и животных в телеге, но и нашу кобылку, раз уж дождь всего лишь моросил. Если же припустит сильнее - прости. Дымка. Потерпишь, ты всё же покрепче здоровьем, чем я или цыплята.

Мы ехали так ещё около получаса, к счастью, сильнее дождик не стал, в грязь дорогу пока не размыл, но если так продлится ещё час-другой - ехать будет уже сложно. Размышляя над этим, я обернулась, чтобы погладить почему-то забеспокоившуюся Белку, и тут услышала свист стрелы, вскрик Литса и крик из-за подступивших к самой дороге деревьев:

- Кошелёк или жизнь!