Трое мужчин одновременно изумленно вздохнули.
– Во всяком случае, место было в горах Орган, на востоке, рядом с тропой Святого Августина – там еще есть источник, который называют родником Святого Духа, и пещера под названием Куэрса-Вегас. – Жоли излагала свою историю словно хорошо заученный урок. – Так вот, неподалеку от этой пещеры, как сказал испанец, есть высокий утес. Под ним-то и нужно копать, и наткнешься на… как это по-английски… золотоносные жилы. Через несколько дней старый испанец умер. А вскоре после этого разразилась засуха, людям угрожал смертельный голод… И тогда падре Ла Рю собрал народ и рассказал легенду старого испанца. Решено было идти искать золото en masse… то есть всем миром. Остаться означало умереть от голода, а так по крайней мере у людей был шанс выжить. Через пару дней они пришли на место, и один из них обнаружил несколько кусочков золота. Падре Ла Рю понял, что испанец не обманул, и решил поселиться в тех местах навсегда. В качестве жилища для себя он облюбовал меловую пещеру рядом с родником Святого Духа. Индейцы же высекли себе жилища в скале, некоторые построили хижины из глины, и поиски начались. В конце концов им удалось наткнуться на золотую жилу в таком месте, где никто бы их не обнаружил. Там был построен тоннель. Благодаря этому золоту народ жил безбедно на протяжении многих лет. Падре Ла Рю был… как это по-английски… чем-то вроде казначея – он следил за тем, чтобы люди брали лишь столько золота, чтобы покупать еду в ближайших селениях, не больше. Он не хотел, чтобы о золоте узнали все…
– Где же они его прятали? – не вытерпев, спросил Эймос.
Жоли неодобрительно взглянула на чернокожего, словно говоря: «Ты, кажется, обещал не прерывать!», – и продолжала:
– В пещере, где жил падре. Вскоре вокруг поселения была воздвигнута неприступная каменная стена. Шли годы, количество золотых слитков в пещере старика все росло, но он понимал, что нужно быть очень осторожным: если кто-нибудь узнает его секрет, их общине конец. Но как это бывает: все тайное в конце концов становится явным. В Мексико-Сити заинтересовались падре Ла Рю и решили разыскать его. Целый год прочесывали весь район Лас-Крусес, прежде чем наконец нашли селение, – в таком недоступном месте основал его старый священник. Человек, возглавлявший экспедицию, некто Максимо Миллиано, заявил, что он-де официальный представитель Церкви и падре Ла Рю обязан отдать все золото ему. Падре отказался показать вход в тайник, заявив, что золото принадлежит его народу, а не Церкви, и, разумеется, был убит.
– «Разумеется»! – возмущенно воскликнул Джордан. – Ну и нравы! Одного лишь не пойму – к чему ты все это рассказываешь?
– Имей терпение, Жордан! – Девушка кинула на капитана строгий взгляд. – Я продолжаю. После этого индейцы надежно перекрыли вход в тайник, а золото спрятали в нескольких тайниках в горах – не в тех, где оно было раньше, а в тех, которые на языке белых называются Орган.
– Она хочет сказать, в Сан-Андресе! – возбужденно пояснил Гриффин. – Ведь там ты нашел свой слиток, Эймос, не так ли?
– Ты можешь провести нас туда, Жоли? – в нетерпении спросил негр.
– Нет. Отсюда туда нет дороги.
– «Отсюда туда»… – проворчал Джордан. – Не держи меня за идиота, Жоли! Нарисуй лучше карту.
– Карту я рисовать не буду.
– То есть как это? – Глаза Джордана округлились.
– Я провожу вас туда, – спокойно добавила девушка. – Но при одном условии.
– Каком еще условии?! – рявкнул Джордан, но Эймос толкнул его локтем, и тот, присмирев, добавил: – Хорошо, при каком?
Девушка подняла на него взгляд, невинный, как у ребенка, и сказала:
– Я возьму тебя, Жордан, если ты будешь сидеть со мной.
– Сидеть с тобой? – переспросил Джордан. – Да ради Бога! В чем дело, Эймос? – удивился он, заметив, что негр многозначительно покачал головой.
– Дело в том, Джордан, – откашлявшись, произнес Эймос, – что «сидеть с женщиной» на языке индейцев означает… короче, то, что мы называем спать с ней.
– Что?! – возмущенно воскликнул Джордан. – И слушать не хочу! Что за бред? Что может эта малолетка знать об этом?!
Жоли посмотрела на Джордана, и по ее глазам он понял, что эта на вид совсем юная девушка, можно сказать, девочка, знает о том, что предлагает ему, гораздо больше, чем можно было ожидать.
Глава 7
Жоли терпеливо ждала, пока Джордан успокоится, не сводя с него своих огромных зеленых глаз. Уперевшись локтем в коленку, а подбородком в ладонь, она с любопытством наблюдала за перепалкой между Джорданом, с одной стороны, и Эймосом и Гриффином – с другой.
– Я протестую! – в запальчивости кричал Джордан. – Ни эта чертовка, ни кто другой на свете не может заставить меня делать то, чего я не хочу! Это шантаж!
– Спокойно, Джордан, не кипятись! Что тебе стоит немного, – Эймос сделал неприличный жест, – скажем так, поиграть с ней?
– А если я не хочу с ней «поиграть»?
– Что ж, – пожал плечами Гриффин, – вольному воля. Никто тебя не держит, можешь спокойно развернуться и ехать домой, послав к чертям все наши планы…
– И золото тоже, – добавил Эймос.
– Еще бы, его ведь там целые тонны, тащить неудобно, стоит ли связываться, – съязвил Гриффин.
– А красивая, черт побери, была идея! – мечтательно произнес негр. – Ты-то что собирался сделать со своей долей, Гриффин? Надеюсь, поделился бы с мамочкой? Для нее наверняка золотишко оказалось бы нелишним!
– Бедная мама! – притворно вздохнул паренек. – Она ведь столько лет только и делала, что обо мне заботилась, а я даже не смогу ее как следует отблагодарить!
– Прекратите! – Джордан решительно скрестил руки на груди. – Я знаю, вы хотите сказать, что, когда мы были почти у цели, из-за моего упрямства… Не выйдет, господа! Я не стану «сидеть» с какой-то малолетней дикаркой, которая, поди, и сама-то толком не знает, как это делается!
Жоли прижалась плотнее к Джордану. В долине уже было темно, и на небе ярко горели большие звезды. Положив голову Джордану на грудь, она слушала ровное биение его сердца. Этот звук был таким успокаивающим, таким убаюкивающим…
Сам же Джордан чувствовал себя весьма неуютно. И так он уже достаточно поступился принципами, позволив этой чертовке лежать рядом с ним. Но «сидеть» с ней он не станет и за все золото мира! Он будет терпеть эту дуреху, пока их поход не закончится, но потом сразу же пошлет ее ко всем чертям.
Джордан скосил на Жоли глаза из-под полуопущенных ресниц. Ворот его рубахи был распахнут, и там, где разметавшиеся по его груди волосы девушки касались кожи, он ощущал приятное щекотание. Джордан с трудом преодолевал искушение дотронуться до этих мягких шелковистых волос. Сквозь ткань рубашки он чувствовал прикосновение губ Жоли. Девушка явно наслаждалась их близостью. Самому же Джордану сейчас хотелось оказаться где-нибудь за тысячи миль отсюда.
