– Достаточно, – прогудел низкий хрипловатый голос. – Вы приняты в школу мордобоя, леди. А от тебя, Ник, я ожидал большего.
В дверях стоял немолодой широкоплечий человек. Короткий ежик седых волос, загорелое лицо, прорезанное глубокими морщинами, кривой, неоднократно переломанный нос, твердый подбородок и острый, недобрый взгляд светлых глаз – Вельш Костолом выглядел настоящим воином. Поверженный ученик запротестовал:
– Это был нечестный бой! Она ударила кнутом!
– Когда на тебя нападут по-настоящему, ты тоже будешь следить за тем, чтобы все было честно? – скривился хозяин школы. А я считал тебя одним из лучших.
Ноздри Ника раздулись, как у разозленного быка, на скулах заиграли желваки, зубы сжались чуть не до скрежета. Я сочла нужным вмешаться:
– Он прав, наставник. Это действительно был нечестный бой. Светлые брови Костолома вопросительно приподнялись:
– Вот как?
– Да, наставник. Орки от природы гораздо сильнее людей, а еще мы рождаемся воинами и с детства учимся драться. Только я знала об этом, а ваш ученик – нет. Он продержался очень долго. Немногие смогли бы сделать больше.
Вельш неопределенно хмыкнул, Ал восхищенно присвистнул, помянув Тира с Белионом. Освободив ноги от хлыста, Ник поднялся и уставился на меня, словно прикидывая, ринуться ли снова в драку, невзирая на запрет Костолома, или подождать до следующего раза. Я разрешила его сомнения, сделав шаг вперед и протянув руку. Немного помявшись, он ответил пожатием.
– Обучение в школе мордобоя стоит пять золотых, леди, – произнес Вельш.
Кивнув, я отвязала от пояса мешочек с деньгами и сунула туда пальцы. Пальцы наткнулись на что-то гладкое, издающее легкий шелест при прикосновении. Я вытащила наружу уже изрядно помятый белый конверт и протянула Костолому:
– Да, чуть не забыла. Это вам.
Тот развернул письмо, оставленное мне Свиртлом, и быстро его просмотрел. Поднял на меня глаза, внимательно изучил с головы до ног, затем снова углубился в чтение.
– Пойдемте в мой кабинет, Мара. Есть разговор.
Костолом резко развернулся и вышел. Подхватив фламберг и лук, я последовала за ним. Ученики проводили нас удивленными взглядами. Мы поднялись на второй этаж, Вельш толкнул неказистую дверь и пропустил меня вперед, следом зашел сам. Его кабинет был так мал, что, когда мы оба оказались внутри, стало тесно. Сразу видно было, что здесь живет воин. Ничего лишнего: обстановка не богаче, чем в шатре орка. Только вместо шкур, на которых у нас принято спать, здесь стоял узкий топчан. Кроме него и еще квадратной лавки больше в комнате ничего не было. На постоялом дворе, где я ночевала, и то имелось больше предметов, которые люди называют мебелью. Зато оружия хватало. Стены украшали мечи разных размеров и форм: от огромного, в полтора раза длиннее, чем мой фламберг, двуручника, до короткого узкого меча, больше похожего на длинный кинжал. Одноручные мечи, бастарды, сабли и непонятные длинные тонкие штуки, при виде которых я усмехнулась. С таким мечом против ятуна – одного вздоха не продержишься.
– Шпаги, – пояснил Вельш, проследив за моим взглядом. Он уселся на топчан, указав мне на лавку.
– Итак, – он заглянул в письмо, – Мара, я ошибся…– он немного помолчал, ожидая моего вопроса. Его не последовало. Одобрительно кивнув, Костолом продолжил: – Я ошибся, называя плату за обучение. По просьбе моего старого друга я буду заниматься с тобой бесплатно.
Такая щедрость меня удивила. С чего бы? Ведь это его заработок. Поэтому опять промолчала, чувствуя, что Костолом еще не все сказал. И точно:
– Но с одним условием… – снова затянувшаяся пауза, после которой Вельш хохотнул. – В искусстве переговоров тебе нет равных. Условие таково: после окончания школы ты пойдешь служить к тому, на кого укажу я сам.
Странное требование. С одной стороны, вроде бы оно мне ничем не угрожало. Наоборот, я и сама надеялась, что после обучения хозяин школы замолвит за меня словечко. Он в городе, как я поняла, личность известная и уважаемая. Его даже стражники на улицах знают. Так что плохого в том, что он сам выберет мне работу? С другой стороны, именно то и настораживало, что Костолом выделил это отдельным условием. Зачем ему? Понятно было бы, если бы он, обучая меня бесплатно – в долг, скажем так – потом потребовал отдавать часть заработка. В первый год службы, например. Что там за работа такая? Может, на нее никто идти не хочет? Почему?
– Ты ничего не подумай, – пояснил мой будущий наставник, – кстати, служба телохранителя не так опасна, как принято считать. Чаще всего она сводится к защите подопечного от мелких грабителей, воров и перепившихся бродяг. Сама понимаешь, если человека захотят устранить серьезные люди, они наймут мага. Некроманта, например. И никакой телохранитель не спасет. Поэтому в домах богатых торговцев обязательно живет чародей, распознающий враждебную волшбу и изготавливающий охранные амулеты. А нашими услугами пользуются больше для солидности. Или тогда, когда угроза невелика, чтобы не беспокоить по пустякам мага. Поняла? Я спокойно кивнула.
– Хорошо. Часто к нам обращаются наниматели, у которых свои, особые требования. Я стараюсь подыскать им подходящего телохранителя. В разумных пределах, конечно. К примеру, в прошлый раз один купец заблажил: хочу, мол, чтобы охранник был немой! Я попытался объяснить ему, что у нас все ребята не из болтливых, но тот уперся – не сдвинешь. Нашел я. Такие наниматели платят больше, лишь бы их условия были выполнены. Случается, что торговцы желают, чтобы у телохранителя не было ни семьи, ни родственников в Мизаре. Им кажется, что тогда он будет лучше нести службу. Я не спорю, зачем отказывать уважаемым людям?
Костолом замолчал. Я раздумывала над его словами. Вернее, над тем, чего он мне не сказал. А не сказал он, как я решила, следующее. Дело не в том, конечно, что у меня нет родственников в городе, и не в моем умении молчать. Просто орки в империи – большая редкость. Они наезжают раз в году, выменивают коней на оружие, необходимые вещи и еду и возвращаются в свои родные степи. С людьми не общаются, не дружат, держатся особняком. Так что наверняка найдется какой-нибудь торговец, которому покажется забавным нанять в телохранители здоровенную орку. Хотя бы для того, чтобы похвастаться перед другими. А за редкий «товар» хозяин школы получит неплохое вознаграждение. Ну, а мне-то что до этого? Главное, я получу работу. Дальше подумаю. В конце концов, если мне не понравится, уйду, да и все. И никто не сумеет меня остановить.
– Я согласна.
Мне показалось или нет, что Вельш излишне напряженно ждал моего ответа? Конечно, он ничем не выдал своего волнения, но после моих слов его взгляд неуловимо изменился. В нем читалось облегчение. Вот мне и новая пища для размышлений…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
