подхватила вилкой кусочек цыпленка и собралась его надкусить, да так и застыла – господа изволили на нее пялиться, точно она музейная редкость.
Две пары глаз горели таким искренним любопытством, что Нель повертела в руках вилку с цыпленком. Может, он заколдован? А милорды, как сумасшедшие ученые из Академии магии только и ждут, когда их подопытная начнет превращаться в древесную каракатицу?
«Нель!» - Мысленно одернула себя девушка и отправила цыпленка в рот. Глаза ди Гиля пристально сощурились, а по губам пробежала усмешка.
«Какие у нее волшебные губы. Нежные, мягкие…»
«Чокнутый! Хватит на меня пялиться!...»
- Эр, тебе не пора домой?
- А? – Маркиз запоздало откликнулся, не совсем понимая, о чем его спрашивают. – Нет, я заночую в твоей гостевой комнате. Ты же не против?
- Хорошо, - пожал плечами ди Вирш. – Людвиг, ты подготовил комнату для леди?
Дворецкий, с невозмутимым лицом, коротко кивнул, даже не повернув головы.
- И будь добр, постели маркизу в гостевой на первом этаже. Он любит простыни из камбирийского батиста. Не забудь открыть окно, его светлость не терпит спертый воздух.
Ди Гиль недовольно покосился на друга, но промолчал.
- Леди Нель, пойдемте, я вас провожу. Спокойной ночи, Эрлай.
У дверей комнаты, куда ее проводил граф, они остановились.
- Леди, наш разговор состоится завтра утром. Прошу, не делайте скоропалительных выводов и верьте, что я вполне заслуживаю вашего доверия. То, что я узнал о вас, уже склоняет меня на вашу сторону. Возможно, мне еще рано делать такие заявления, но… Будьте благоразумны. Вы не можете всю жизнь прятаться в личине. Понимаете меня?
Нель растерялась. В голосе незнакомого ей мужчины прозвучало беспокойство о ней. Его слова были так искренни, что к горлу невольно подкатил комок. Девушка кивнула и, стараясь не выдавать волнения, пожелала ему спокойной ночи.
Комната была небольшой, но уютной. На кровати – бархатное покрывало, вдоль стен светлая изящная мебель, подобающая для благородной леди. Странно.
- Чья это комната? – Проговорила она и подошла к трюмо. На его полке стояли фарфоровые статуэтки кошечек, птичек, влюбленной парочки. В небольшой шкатулке, украшенной инкрустацией, Нель обнаружила набор элегантных заколок для волос.
Первой мыслью, возникшей после обследования комнаты, была о том, что королевский дознаватель женат. Вполне возможно. На вид, ему можно дать лет тридцать или чуть больше. Хорош собой, с густой копной светлых волос, у него немного крупноватый нос, который его совершенно не портил и выразительные голубые глаза.
Там, в сквере, у нее сложилось впечатление о нем, как об уверенном, не терпящем возражений человеке. Здесь же, в стенах своего дома, он оказался обходительным и даже мягким. Женщины обожают таких мужчин и уж точно не оставили бы завидного холостяка в покое.
Нель тихонько присела на кровать. И только тут заметила аккуратно свернутую ночную рубашку. Скорее всего, по распоряжению хозяина, ее приготовил для нее дворецкий.
- А где жена? – Хмыкнула Нель, быстро переоделась и забралась под одеяло.
О, Небо, какое наслаждение. Как давно это было в ее жизни – простыни из саркского сатина, удобный матрас, мягкие пуховые подушки. Будто она вернулась в детство в заботливые руки нянюшки и двух служанок, своей заботой доводящие ее до истерик. Нель свернулась клубочком и сомкнула веки.
Только она это сделала, как перед мысленным взором возник образ маркиза ди Гиля, сидящего в свободной позе на стуле и не сводящего с нее глаз. Какая бесцеремонность! Нель распахнула глаза и сердито повернулась на другой бок. Красавчик. Сразу видно дворцового ловеласа, утонченного ценителя женских прелестей, гуляку, пижона…
Нель резко тряхнула головой по подушке, стараясь избавиться от навязчивого образа. О, Провидение, о чем она думает?! Одна, обманутая, оклеветанная, оставшаяся без надежды и поддержки, с неясным будущим, закрытым от нее мрачными тучами. А она думает о нахальном незнакомце, который наверняка считает ее замухрышкой, оттого и пялился, будто она заморское чудо в павлиньих перьях.
Девушка с тоской уставилась в темноту, по ее щеке прокатилась слеза, а в груди защемило от боли и безысходности.
*
Гостиную заливало яркое утреннее солнце. Дворецкий разлил господам свежий чай и привычно застыл у дверей.
- Кстати, с чего ты вчера решил, что я предпочитаю спать на камбирийском батисте? Кевин, не ожидал от тебя такой мелкой занозы. Обычно, твои пакости куда как масштабней.
Граф, аккуратно намазывающий свежее масло на булочку, бросил на друга удивленный взгляд, впрочем, не скрывая ехидной ухмылки.
- Твои предпочтения изменились, и ты уже не любишь камбирийский батист?
- Кевин, зачем об этом говорить при незнакомой леди?
- Ну-у, - потянул ди Вирш и тут же повернул голову к дворецкому. – Людвиг, ты разбудил нашу гостью?
- Да, ваша светлость, через пять минут она спустится.
- Вот видишь, она спустится, и я попрошу у нее извинения, что затронул такую деликатную тему о простынях, на которых спит мой друг Эрлай.
- Я тебя побью! - Маркиз сердито склонился над столом.
- А вот и леди Нель, - как ни в чем не бывало, поприветствовал девушку граф. – Как спалось?
- Благодарю, хорошо, - сдержанно ответила она.
Едва скользнув взглядом, девушка подумала, что молодые люди наверняка привыкли к тому, что их знакомые леди появляются перед ними в новых платьях, а не в одной и той же рубахе и штанах. Смутившись, она уткнулась в тарелку.
- План таков, - бодро заявил ди Вирш. – Мы плотно завтракаем. Потом состоится наш неизбежный разговор, а после этого…
Из холла послышался звонок дверного колокольчика и граф посмотрел на дворецкого, указывая одним взглядом, чтобы тот проверил – кто этот незваный гость.
Нель замерла, уставившись на графа с немым вопросом. Тот же, как и маркиз, сидел совершенно расслабленным.
- Если Людвиг скажет, что ко мне пришли с визитом, накиньте личину, леди. Это будет не лишним.
Девушка кивнула, удивившись его выдержке. Хотя, о чем ему беспокоиться, это же не его ищут по всему королевству.
Послышались шаги, и в гостиную вновь вернулся дворецкий, держа в руках объемный пакет.
- Посыльный, милорд. Вам бумаги.
- Завтракайте, друзья. Я же вас оставляю.
Маркиз сосредоточенно проводил его глазами и продолжил ковырять вилкой в омлете, думая о чем-то своем. И неожиданно спросил:
- Вам мое имя ни о чем не говорит?
Нель напряглась, но не показала вида.
- Нет. А должно?
Лицо Эрлая было серьезным. Без насмешки в глазах и колкой ухмылки.
