Вот теперь стало ясно, что янггарлы попали в западню, причем почти все бумеранги и копья они побросали в Варренби. Вместо воинственных криков они испустили испуганные вопли, когда увидели по обе стороны долины появившихся из-за травы людей, которые стали забрасывать врагов копьями и бумерангами. Пришельцы кинулись бежать из этой ловушки, но летящие со свистом копья и крутящиеся на лету бумеранги укладывали их на месте. Лишь одному удалось добежать до перешейка, однако и его Варренби, неутомимо продолжая преследование, догнал на отмели и прикончил копьем.
Люди ларумбанда проявили по отношению к янггарлам столько же милосердия, сколько получили бы от них, и поэтому, находя раненых, били их по головам нулла-нулла, пока не убили всех и не бросили на дно глубокой протоки.
После наводнения и последовавшей за этим битвы янггарлов осталось совсем немного. С тех пор они ни разу не выступали против нас. В наши дни на Морнингтоне живет лишь несколько янггарлов.
Старики считают, что не стоило тогда уничтожать всех янггарлов, потому что их родной остров Форсайт расположен между Морнингтоном и материком, и когда племя янггарлов было многочисленным, они преграждали путь племенам с материка, совершавшим набеги на острова Уэлсли из-за женщин. После битвы с Варренби племя яниюла из Буралула стало часто вторгаться на плотах на остров Форсайт.
Когда я был еще совсем молодым, один старик рассказал мне, как однажды он и еще несколько лардилов разбили лагерь на Форсайте, куда ездили по торговым делам. Как-то ночью люди яниюла потихоньку прокрались на своих валпа к острову и неожиданно напали на них. Двое товарищей старика погибли, пронзенные копьями. Ему же удалось убежать. До рассвета он прятался среди скал, а потом на плоту добрался до острова Денхэм. Яниюла захватили всех женщин и увезли на материк.
Прослышав об этом, лардилы очень разгневались и решили отомстить. И когда яниюлы вновь пришли на их территорию, люди ларумбанда объединились с балумбанда и в большой схватке на острове Форсайт убили многих яниюла. Это произошло незадолго до прихода белых людей.
Старик рассказывал еще и о том, как впервые увидел корабль белых — небольшое судно, команда которого состояла всего лишь из нескольких человек. Вероятно, это был люгер[24].
Однажды, приехав на остров Форсайт навестить своих родственников из племени янггарлов, он увидел корабль, входящий в пролив Варакоруниал («Место морской капусты»). На шлюпке люди подошли к берегу и набрали пресной воды. В благодарность за то, что им разрешили воспользоваться колодцами, белые оставили жителям острова соленое мясо.
Корабль простоял на якоре в проливе всю ночь. Поздно ночью люди, наблюдавшие за ним с берега, увидели, как белые выкидывали куски соленого мяса в море. Тем самым они нарушили закон, запрещающий бросать земную пищу в море. Аборигены решили, что Тувату, змей-Радуга, разгневается за это на белых.
Ранним утром жители острова увидели странную картину; корабль неожиданно накренился и пошел ко дну. Рассказывают, что только две собаки выплыли на берег. Старики копьями прикончили их и съели. Они были уверены, что Тувату утащил корабль под воду и убил людей за то, что они нарушили обычай.
Когда мы охотимся на дюгоней и черепах близ острова Форсайт, я часто думаю о старом времени, когда племена нападали друг на друга и не доверяли друг другу. Даже могучий Варренби и тот в конце концов был убит, правда, не янггарлами, а лардилами северного ветра. Они обозлились на Варренби из-за женщин. Почти всегда женщины были причиной драк среди мужчин.
Как-то раз Варренби вышел поохотиться с копьем на рыбу. Тут к нему незаметно подобрались люди джирргурумбанда. Варренби сражался до последнего вздоха. Когда нашли его тело близ Гадманджилла-Пойнт, возле него лежало еще четверо убитых. Похоронили Варренби в песчаных дюнах за Дулгарнун, неподалеку от того места, где у нас состоялась великая битва после наводнения. Его имя и поныне живо в памяти людей.
Обычно перед началом корробори мы исполняем свои любимые песни, такие как Маргура Варренби, Тарабаи, Маргура Варренби тарабаи, Бинди-бе Бинди-бе. Как и во всех наших песнях, эти несколько слов гармонично повторяются снова и снова. В пеоне поется о первой жене Варренби — Маргуре, чье имя означает «Маленький валлаби, живущий на побережье». Она подшучивает над своим мужем, великим воином, называя его мальчиком, не прошедшим инициации, хочет уйти от него и вернуться домой, чтобы вновь увидеть, как поднимается дымок над горящей травой бинди.
Каждый раз, когда наступает время муссона, мы вспоминаем Варренби и великую битву. Мы надеемся, что такое наводнение никогда больше не повторится. Самое большое наводнение, которое мне довелось видеть, произошло в 1948 году. Рассказывают, что его вызвал человек из племени ларумбанда по имени Шиллинг. Это он совершил церемонию наводнения, чтобы свести счеты с миссионером — священником Маккарти.
Все началось со скандала между Шиллингом и его женой. Она вела себя дерзко, и Шиллинг изрядно поколотил ее нулла-нулла. Таков закон племени, и все было бы хорошо, не пойди она в больницу миссии и не покажи медицинской сестре раны на голове. Священник Маккарти ужасно рассердился, увидев следы побоев, и пошел поговорить с Шиллингом. Они поскандалили, и все кончилось тем, что Шиллингу пришлось неделю отработать в саду миссии.
Сад находился за миссией, в старом русле соленой реки. Несколько лет назад миссионеры построили стену, перегородив рукав реки, чтобы их не заливало во время приливов. Прошли годы, дожди вымыли соли из почвы, и она стала пригодной для выращивания овощей и фруктов, таких как пау-пау и дикие яблоки. Мы никогда особенно не любили работать в саду, а Шиллинг просто возненавидел эту работу еще и потому, что считал наказание несправедливым. Каждый муж имеет право побить жену, если она дерзит. Поэтому пока старина Шиллинг целую неделю работал на солнцепеке, у него зародился план отмщения миссионеру.
Закончив работу, Шиллинг собрал свои копья и ушел в лес. Он сказал всем, что пошел на охоту, а на самом деле отправился в родные края, к месту проведения церемонии наводнения. Он сходил в Мудуву за особой глиной, принес ее в Лил-Лилта-Пойнт и жил там до тех пор, пока не наступил отлив и можно было спокойно добраться до проходов в кораллах, чтобы провести церемонию наводнения.
Когда Шиллинг вернулся в миссию, которая находилась примерно в двадцати милях западнее Лангу-Нарнджи, то никому и словом не обмолвился о том, что вызвал наводнение. И лишь через несколько недель, когда появились первые признаки надвигающегося циклона, старый Шиллинг оказал людям, чтобы они ушли на возвышенность, так как он побывал в Биджайайлнарви, в недобром месте.
