а количество углекислого газа, наоборот, превышало допустимую норму. Здешний воздух для меня – яд, но он позволит скафандру собирать газы, необходимые для поддержания жизни в нем, неограниченное время. Уже хорошо!
Я подошел к роботу-собаке и положил руку на её корпус, надеясь собрать лут. И мне повезло второй раз. «Вы получаете добычу – 20 энергокредитов, ракетную установку «Радуга» и 17 ракет к ней». Закинув все в инвентарь, я кинулся прочь от капсулы. Ну, как кинулся, сначала кинулся, но тут же упал, потому что ноги слушались плохо, все-таки около десяти лет я пробыл в криосне. Поэтому я «со всех ног» побрел в сторону горной гряды в надежде там спрятаться. Кто знает, что за враждебная техника может прийти к месту падения спасательной капсулы?
На перемещение к горам у меня ушли остатки дня, подходил я к ним уже в сумерках. Спрятался в неглубокой пещере, из неё было видно место моего приземления. В скафандре был тепловизор, в который я и смотрел в сторону капсулы. А там было не менее трех теплых точек, суетившихся вокруг. От греха подальше я спрятался поглубже в пещере.
Вообще пустыня была странная, много что в ней было неправильно. Она – слишком прохладная: температура ночью минус три, а днем плюс 8 по Цельсию. Или вот почему здесь множество горных хребтов? Насколько я помнил, их в пустынях не бывает.
До утра было время подумать. Больше всего меня интересовал вопрос: «Почему я оказался на четвертой планете, хотя мы летели к третьей?». У Алисы должны были возникнуть серьезные причины для изменения первоначального плана. Это я понимал и ожидал худшего.
Группа зачистки пришла на место падения только ночью, значит, днем у них меньше возможностей для поиска и боя. Это нужно учитывать при планировании дальнейших действий.
Я достал ракетницу и закрепил ее на правом плече, к скафу она подошла идеально. Компьютерная система не только опознала её, но и интегрировала в информационную панель. Я теперь мог силой мысли отправить ракеты к цели: одновременно можно было выпустить восемь штук, которые сами начнут преследовать цель. Наводить их на цель будет система прицеливания скафандра, и пусть ракеты были небольшие, с легкой боевой частью, но повредить любого робота они точно смогут. Возможно, придется добивать цели из винтовки. В случае атаки на меня нейтрализовать подобные ракеты тоже будет просто, достаточно скрыться от атакующего робота.
Я рассмотрел режимы боя своей винтовки. Самый слабый – это заряд из свинцового шарика, разогнанного до очень высокой скорости. Таким зарядом я выстрелил вчера, и он оказался для робота-собаки фатальным. А еще был второй вариант – залп из пучка заряженных частиц. И третий режим – максимальный заряд, состоящий из сгустка плазмы, но скорость полета его была невысокая, только для статичных или медленных целей. Картриджа, если стрелять только плазмой, хватало на сотню выстрелов, свинцом – уже на семьсот зарядов, то есть, учитывая мой запас, с боекомплектом у меня был полный порядок.
Утром я решил отправиться в погоню за теми, кто приходил на место моей жесткой посадки. Где-то должна находиться их база, а там, наверняка, можно найти все необходимое для жизни. В пустыне я долго не протяну, бродить по планете можно бесконечно и безрезультатно. Бой с местными обитателями был неизбежен.
Мне удалось немного поспать перед рассветом, так что утром я бодро отправился обратно к спасательной капсуле. Организм мой уже восстановился и обратную дорогу я осилил за несколько часов. Как начинающий следопыт, я обследовал место посадки и пришел к однозначному выводу: ночью приходили не менее трех кибернетических собак, и ушли они точно на север. Ну, тогда и я пойду на север.
Активировав усиление мышц и экзоскелет скафа, после пары-тройки часов быстрого бега я увидел впереди несколько серебристых куполов. Слева от них выглядывали из песка группы скальных гребней, оттуда я и решил зайти, чтобы атаковать базу. Еще полтора часа у меня ушло на перемещение к скалам, и, наконец, я смог рассмотреть базу вблизи.
Три купола из серебристого металла располагались в ряд, между ними были переходы из такого же материала. На вершине одного из куполов заметил пять тарелок спутниковой связи. Вопреки моим ожиданиям, охранные роботы вокруг базы не ходили. Там совсем никакого движения не наблюдалось.
Очень хотелось туда уже ворваться, но без разведки я так делать опасался. Роботы сейчас где-то скрывалась и попасть под их огонь на открытом пространстве очень не хотелось. Прежде, чем врываться, я осторожно перемещался вокруг базы, пытаясь найти стражей. И нашел! Атаковали роботы меня внезапно. Песчаный бархан рассыпался фонтаном песка, и оттуда выскочили сразу четыре собаки. Изумительно! Я отпрыгнул назад, одновременно запуская восемь ракет и переводя винтовку в режим выстрелов плазмой. Мне повезло запнуться и упасть с края дюны, по которому я шел, четыре их ракеты прошипели над моей головой. Мои же ракеты ударили по роботам чётко. Одной собаке оторвало лапу, и она завалилась на бок. Другой повредило голову, и она ослепла, но вместо того, чтобы выйти из боя, она бесцельно запускала в разные стороны ракеты из боекомплекта.
Я скатился с дюны вниз и побежал вдоль этой низменности подальше от места схватки. За спиной раздавались множественные взрывы. Решив, что достаточно отбежал, я пополз на вершину ближайшего бархана, чтобы рассмотреть последствия быстротечного боя. На их бархане я увидел трех разорванных взрывами роботов, у одного точно рванул боекомплект, так как его разметало на десятки метров. Четвертой собаки нигде не было видно. Блин, я быстро развернулся и направил винтовку в низину, из которой только что выполз сам. Через несколько секунд оттуда выпрыгнул робот, которому я и засадил плазмой прямо в железную башку. Он кувыркнулся и сполз по песку вниз.
Я, подхватив винтовку наперевес, кинулся за ним, чтобы добить. Но все было кончено, робот не подавал признаков жизни. Я взял с него лут – 12 ракет для «Радуги» – и осторожно пошел к обломкам остальных собак.
Сам не понимаю, как мне удалось так быстро среагировать, – промедли я хоть долю секунды, их ракеты разорвали бы меня в клочья. Реально повезло удачно упасть! Добравшись до их бархана, я понял, что под ним их база – в песке обнаружил ворота шлюза во внутренние помещения. Взяв с роботов еще восемнадцать ракет и две пусковые установки, я попытался открыть электронный замок двери.
Но дверь оказалась не заперта. С осторожностью вошел внутрь, преодолел длинный
