Но этот вариант Руслана больше не устраивал.
* * *
Флора стояла у квартиры Руса с замирающим сердцем.
Трубачев не звонил ей почти два дня – и вдруг приглашение: явись, дорогая, пред ясны очи, у меня для тебя сюрприз.
С недавних пор Апельсинка не особенно любила сюрпризы, но, конечно же, пришла.
Трубачёв открыл дверь еще до того, как младшая Карц решилась нажать на кнопку дверного звонка.
– Я жду, жду, а тебя всё нет, – проворчал он, насупившись. – Пойдем!
Рус отвел ее прямиком в гостевую комнату, которая за последние несколько суток сильно преобразилась. Исчезла кровать, шкаф, но вместо этого появились полки для книг, огромный чертежный стол с поднимающейся столешницей, даже удобнее того, который папа приобрел для нее. А монитор… Всем мониторам монитор! С таким работать – сказка!
– Разрешение бомбическое… – принялся рекламировать покупку Рус.
– Ты это всё для меня? – выдохнула Флора.
– Ну, другой художницы-дизайнера у меня нет! Только моя Апельсинка… Теперь ты переедешь ко мне?
Ей ничего не оставалось, кроме как кивнуть.
Глава 25. Трусики на столе в гостиной
– Флора, ты сведешь меня с ума… – зарычал он, почувствовав, как ее губы движутся от его груди к животу и ниже.
– Терпи! – безжалостно потребовала она.
И он терпел…
Руслан лежал на кровати на спине, а Апельсинка забралась на него сверху и ласкала своим сладким ротиком, нежными пальцами.
Стоило ему почувствовать, как девчонка трется грудью о его член, как снова взмолился:
– Флора, я не выдержу!
Одновременно желал, чтобы она продолжала ласки, и безумно хотел уложить ее на спину, раздвинуть ноги как можно шире и войти до упора. Чтобы наглая соблазнительница стонала громко, ритмично, с чувством…
– Еще раз пожалуешься, и никакого утреннего секса! – вдруг отрезала малышка Карц. Хищно улыбнулась и продолжила: – Рот на замок и лежи спокойно, ты обещал мне безграничную власть…
Так и есть, обещал. Хотя вчера он пообещал бы ей всё что угодно, настолько ему хотелось ласкать ее везде без ограничений, даже там, куда она еще не пускала.
Однако Рус не предполагал, что расплата придет так скоро! Кроме того, не ожидал, что Флорины ласки окажутся такими чувственными. Видит бог, не ожидал… До того, как он начал отношения со своей апельсиновой девушкой, минет ему делали довольно часто. Однако никогда раньше ему не хотелось кончить сразу же.
От одной только мысли, что Флорины губы касались его члена, тот мгновенно был готов к подвигам. А тут это происходило в реальности! Кроме того, рыжая нахалка принялась играть язычком. Рус боялся, что семя прыснет, как только она возьмет головку в рот. Он ведь не мог так опозориться! В конце-то концов, он же не шестнадцатилетний подросток, ни разу не спавший с женщиной.
И Рус терпел, хотя от сладкой пытки хотелось уже кричать в голос.
Приказал себе: «Надо продержаться хоть пару минут!»
В этот момент для него и Флоры мира не существовало, только он и она. Никаких других звуков, лишних мыслей… Чтобы продлить удовольствие, Рус отвернулся от Флоры. Вид обнаженной девушки, хоть и накрытой до пояса пуховым одеялом, взбудоражил бы и святого.
Трубачёв-младший повернулся к двери и вдруг заметил, как двигается ручка…
«Кто-то входит!» – эта мысль взорвалась в голове световой гранатой.
Всё, что он успел, – это рвануть одеяло и накрыть Флору с головой.
На пороге возник Трубачёв-старший и ошарашенно уставился на сына.
– Кхм… – Он резко выдохнул, отвернулся от кровати, пробасил хрипло: – Рус, мог бы и сказать, что ты не один!
– Я не слышал, как ты вошел… – прохрипел тот, разочарованный донельзя. – Отец, какого лешего ты так вламываешься!
– Я не вламывался! – тут же принялся оправдываться Кирилл. – Я звонил в дверь, но у тебя, похоже, сломан звонок… Я стучал! Я вообще подумал, что тебя нет!
Руслан мысленно закатил глаза:
– Па, выйди!
– Да-да, конечно… И пусть девушка не беспокоится, ничего, кроме торчавших из-под одеяла пяток, я не видел! – усмехнулся Трубачёв-старший и покинул комнату.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Мне конец… – нервно зашептала Флора и бухнулась лицом в подушку.
– Да тихо ты… – успокоил ее Рус. – Он тебя не видел, сама слышала… Давай так, я сейчас его уведу куда-нибудь на завтрак, а ты соберешься – и к себе. Я позвоню, когда гроза минует.
– Да! Так и сделаем! – громко выдохнула Флора и опять спряталась под одеяло. – Как он вообще вошел…
– У него есть ключи!.. Которые надо отобрать…
Трубачёв-младший выпрыгнул из кровати и, кое-как совладав с членом, который до последнего продолжал стоять колом, начал одеваться.
– Я пришлю тебе сообщение, маленькая, до этого из спальни не высовывайся!
С этими словами Руслан вышел в гостиную, где его ждал отец и… дядя Натан!
– Говорил же, надо было позвонить парню! – ворчал тот, разглядывая живописно разложенное на столе Флорино белье: ярко-красные паутиноподобные трусики и бюстгальтер. Это Рус с нее стащил вчера вечером, когда вернулись домой из кино. Еще не успели убрать, а тут гости пожаловали.
– Подумаешь, Рус с девушкой ночевал, что тут такого? – пожал плечами отец. – Мы с тобой в свое время тоже куролесили… – Он похлопал дядю Натана по плечу, а потом снова обратился к сыну: – Пусть твоя девушка собирается и уходит, а я закажу еды, посидим, поболтаем, а потом мне еще по делам нужно скататься. Собственно, за этим и приехал – важная встреча, заодно решил навестить. Я у тебя остановлюсь на ночь, Руслан, а завтра домой…
– А дядя Натан тоже на встречу?
– Дядя Натан за компанию.
– Я с вами посижу совсем немного, – тут же подал голос глава семейства Карц. – Я к дочери хочу попасть, надеюсь, у нее меня не будет ждать такой сюрприз, а то придется кое-кого кастрировать…
Седовласый мужчина улыбнулся, но глаза при этом остались абсолютно серьезными. Руслана от этого взгляда аж передернуло.
– Так, мои дорогие, пойдемте поедим в кафе неподалеку. Обалденное место…
– Что такое? Твоей девушке не хочется показываться нам на глаза? – усмехнулся отец.
– Она у меня стеснительная… – пожал плечами Рус.
– У тебя? Хочешь сказать, что… э-э-э… завел отношения? – нахмурил брови отец.
– Да какие отношения могут быть в двадцать два? – махнул рукой дядя Натан. – У меня в этом возрасте была записная книжка с таким количеством номеров, что даже телефонный справочник тихо завидовал! Серьезнеть надо ближе к тридцати… Надеюсь, ты успеешь как следует нагуляться прежде чем остепенишься, Руслан!
* * *
– Флорочка, ты чудно выглядишь! – приветствовал ее Кирилл Трубачёв. – Правда, сынок, Флора чудно выглядит?
Руслан оглянулся в сторону, откуда направлялись к их столику Апельсинка и ее отец.
За последние месяцы Трубачёв-младший видел Флору разной: в коротких платьях, узких джинсах, даже спортивных костюмах, которые облегали ее как вторая кожа. Однако в этом мешковатом комбинезоне «а-ля фигуры нет» лицезрел, пожалуй, впервые. Косметики ноль, рыжая грива собрана сзади в хвост. Хотя… Девчонка нравилась ему всякой, а стоило сосредоточить внимание на ее губах и вспомнить, что она вытворяла сегодня утром…
«Стоп…» – приказал он себе, почувствовав, как в штанах становится тесно.
– Да, Флора великолепно выглядит! – кивнул он и подал дяде Натану руку для приветствия.
Тот улыбнулся, отодвинул для дочери стул.
После того как все расселись по местам и заказали на ужин стейки, салаты, немного поговорили о новом контракте, который Трубачёв собирался подписывать с питерскими партнерами. Затем дядя Натан принялся на все лады расхваливать свою дочь:
– Флорочка у меня молодец! К сессии готовится! Правда, совсем бедняжка из сил выбивается, старается… Доченька, я так тобой горжусь, ты не представляешь! Не разменивайся по мелочам, будет еще время для свиданий, учеба сейчас главное…
