— Это была отличная ночь. Спасибо тебе.
Она скорее почувствовала, чем услышала, как Рорк вздохнул, а потом обнял ее в ответ.
— Ночь еще не закончилась.
Впрочем, он не сделал ни малейшей попытки вернуться в кровать. Похоже, что он первый из всех ее мужчин сумел понять, что дело не только в сексе.
Рорк еще раз вздохнул и слегка оттолкнул ее от себя.
— Пойдем завтракать.
Через десять минут они уже в обнимку шли к такси. Его крепкие руки пришлись как нельзя кстати, ведь вчерашняя слякоть успела покрыться корочкой льда, и передвигаться на десятисантиметровых каблуках было совсем не просто. А спустя еще пару минут они уже были на Пятой авеню.
— И что мы здесь забыли? — уточнила Элизабет, разглядывая жилой дом, перед которым они вышли из такси.
— Завтрак.
— Что-то не похоже на ресторан.
— Потому что это не ресторан.
Рорк уверенно повел ее за собой внутрь здания, кивнув швейцару, и они поднялись на самый верхний этаж, а потом Рорк вошел в квартиру, как к себе домой.
— Кто здесь живет?
— Миссис Миот, она за всем здесь присматривает, — пояснил Рорк, щелкая выключателем, и Элизабет с замиранием сердца увидела вокруг себя настоящую выставку произведений искусства.
— А эта самая миссис Миот позвонит в полицию, если узнает, что мы сюда залезли? — уточнила Элизабет, останавливаясь перед одной из картин. — Это Моне.
— Ага, — согласился Рорк и слегка подтолкнул ее вперед. — Кухня там.
Но Элизабет уперлась пятками в пол, отказываясь двигаться.
— Я ни шагу не сделаю, пока ты не объяснишь, кому все это принадлежит.
— А где же жажда приключений? — усмехнулся Рорк.
Элизабет лишь молча подняла брови.
— Это все мое, — наконец признал он.
Еще один недостающий кусочек мозаики под названием Рорк Блек со щелчком встал на свое место, вот только картинка от этого яснее не стала.
— Твое? Но ты же живешь в Сохо.
— А здесь я вырос.
Алые обои, старинная мебель, камин из резного мрамора — все это было просто восхитительно и разительно отличалось от обстановки в той квартире, которую они только что покинули. И, глядя на мраморных львов, охранявших вход в гостиную, Элизабет сразу поняла, откуда у Рорка такая любовь к древностям и истории.
— А почему ты тут не живешь?
Рорк едва заметно дернул бровью, но Элизабет все же поняла, что он далеко не так спокоен, как хочет показать.
— Потому что в Сохо мне нравится больше.
— Тогда почему ты не продашь эту квартиру?
— А хочешь, я устрою для тебя экскурсию?
Так, он еще раз отказался отвечать на прямо заданный вопрос. Рорк принялся с улыбкой рассказывать о знакомых с детства вещах, и в его словах слышалась непритворная любовь к этому месту, но Элизабет все же смогла уловить в нем легкую грусть.
И она прекрасно могла его понять, ведь все ее воспоминания о сестре омрачала мысль, что она больше никогда не увидит лица Стефани и не услышит ее смех.
— А это моя спальня.
Элизабет только сейчас поняла, что, задумавшись, пропустила часть его слов мимо ушей.
— Очень мило. А тут всегда так было?
Большая комната с темно-коричневыми обоями, большой кроватью с золотистым балдахином и мраморным камином, на ее вкус, мало годилась для детской.
— Думаю, с тех пор, как мой дедушка купил это место, здесь ничего не менялось.
— Не совсем в твоем вкусе, верно?
— Нет, но кровать вполне удобная. — С этими словами Рорк подхватил ее на руки и повалил на кровать. — Подростком я часто представлял, как буду валяться здесь с девчонками.
Рорк повалился на нее сверху и так страстно поцеловал, что у нее из головы сразу же вылетели все мысли.
Они совсем недавно оторвались друг от друга, но Элизабет чувствовала, как в ней вновь всколыхнулось желание, а вот Рорк, похоже, был готов довольствоваться неторопливыми поцелуями, старательно ее изучая. Вчера Элизабет решила, что сможет оставить все между ними на уровне физиологии, ведь когда дело доходит до чувств, то все становится куда опасней.
За последние пару дней она поняла — Рорк не просто ее хочет, она действительно ему нравится. И именно поэтому перестала бороться с той силой, что неудержимо влекла их друг к другу. И теперь вся трудность заключалась в том, что он все сильнее и сильнее начинал ей нравиться. А это грозило настоящими неприятностями.
— Добро пожаловать домой, Рорк, — раздалось где-то над ними.
Этот сухой голос разом остудил все желание Элизабет, и она уже хотела оттолкнуть от себя Рорка, но он сам оторвался от ее губ и прижался лбом к ее лбу.
— Здравствуйте, миссис Миот.
— Я слышала, что ты обручился. — Таким тоном обычно предлагают чашечку кофе. — Надо полагать, это и есть счастливица?
— Да. Элизабет, я хотел бы тебя познакомить с миссис Миот. Миссис Миот, это Элизабет, я как раз показывал ей дом.
— А начать решил со своей спальни? И как, ей понравилось?
— Лучше у нее спросите.
— Здесь очень мило.
— Надеюсь, все остальное вам тоже понравится.
Элизабет ткнула Рорка под ребра, но он лишь усмехнулся, даже и не пытаясь с нее слезть.
— Я в этом тоже уверена.
— Приготовить вам завтрак?
— Через часок, — отозвался Рорк.
— Хорошо, — ответила миссис Миот и ушла, постукивая шлепками по паркету.
Он же не собирается возвращаться к прерванным поцелуям, пока миссис Миот варит им кофе? Вот только его губы вновь накрыли ее, и Элизабет поняла, что ошиблась.
— Прекрати, — запротестовала она, пытаясь оттолкнуть Рорка.
— Она не вернется.
— Не важно.
— Тогда что тебя не устраивает?
От такого вопроса Элизабет наконец-то отпихнула его и села, а Рорк перекатился на спину, и в его глазах и ухмылке плясали чертики. И тогда она поняла, что Рорк просто дразнится. Глупая шутка.
— Чашка кофе бы сейчас мне не помешала. Ты правда думаешь, что миссис Миот пошла варить кофе?
Элизабет поднялась с кровати и попыталась привести себя в порядок, но Рорк обнял ее со спины, мешая поправлять одежду.
— Не стоит, ты мне такой даже больше нравишься.
— А я не для тебя стараюсь, — возразила Элизабет, выворачиваясь из его рук.
— Тогда для миссис Миот?
— Я это делаю для того, чтобы…
— Произвести хорошее впечатление.
Черт, он прав.
— Не волнуйся, — прошептал Рорк, ведя ее за собой. — Ты ей понравишься.
— Мне не важно, понравлюсь я ей или нет, я же не собираюсь выходить за тебя замуж.
— Тогда тем более, зачем ты так волнуешься?
— Я… — Элизабет вполне могла бы ответить на этот вопрос, вот только Рорку знать этого ответа не следовало. Так что вместо этого она спросила: — Это твоя мать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
