Противник, воспользовавшись плохой погодой и тем, что линия Дальнего рубежа (по р. Альма) оказалась занята лишь частично, форсировал ее и вышел в тыл частям, охранявшим Дальний рубеж. Но п. Кача он не захватывал, равно как и советские позиции в районе устья Качи. Были захвачены переправы через р. Альма в районе д. Ханышкой, и к вечеру «передовой отряд Киршнера» вышел к р. Кача в районе д. Ак-Шейх (совр. Краснозорье).
По данным донесения 54 корпуса в штаб армии, движение 132-й и 50-й ПД происходило «…без соприкосновения с противником».
В этот день основные боевые столкновения между противоборствующими сторонами произошли в районе Бахчисарая, на шоссе Симферополь – Севастополь. Именно эти бои можно считать первыми боями за Севастополь, хотя они и происходили на бахчисарайской земле.
Сначала произошел утренний бой бригады Циглера на линии Дальнего рубежа с 16-м батальоном морской пехоты в 4 км перед Бахчисараем. Батальон был сформирован накануне из трех рот:
– роты ст. л-та Тимохина, состоявшей из личного состава береговой батареи № 29[112] и личного состава роты 271-й СД, прикрывавший эту батарею на Ишуни;
– роты, прибывшей с Тендровского боевого участка (командир ст. 1 ст. Яровенко);
– сводной роты ЧФ.
В качестве командира батальона традиционно указывают капитана И.Г. Львовского[113], но воспоминания этот факт не подтверждают. В воспоминаниях в качестве командирна батальона указан капитан Н. Ушаков (военком – политрук Левицкий).
Накануне вечером к батальону отошли остатки расчетов взорванного у ст. Альма бронепоезда «Войковец» и личный состав разбитого немецкой авиацией у ст. Крман Кемельчи бронепоезда «Орджоникидзевец».
По версии Г.И. Ванеева, они влились в состав батальона, но воспоминания этот факт тоже не подтверждают. Расчеты бронепоездов уже вечером 1.11.41 г. находились уже в Севастополе, где 2.11. из них был сформирован «Отдельный минометно-пулеметный батальон». Так или иначе, в 7 утра (8 по декретному времени) 16-й батальон принял бой.
Путем опроса людей, на тот момент проживавших в Бахчисарае, на рубеж в 4 км перед городом было выдвинуто лишь боевое охранение: одна рота с двумя станковыми пулеметами, основные силы батальона были выгружены на ст. Бахчисарай. Косвенно такая расстановка подтверждается немецкими документами.
Из журнала боевых действий бригады Циглера: «Группа фон Боддина около 7 часов начала свое движение из ст. Альма. На полпути между Альмой и Бахчисараем группа столкнулась с противником, занимающим полевые позиции»[114].
Немецкие части рассекли боевые порядки боевого охранения надвое, прорвавшись по дороге к Бахчисараю. Охранение артиллерии не имело и остановить продвижение немецких штурмовых орудий, двигавшихся в колонне, не могло. Из документов немецкого 54-го АК: «01.11.42 в 12.30 донесение от Циглера о захвате Бахчисарая, 150 пленных».
В этих документах противник отмечает очень тяжелый бой перед Бахчисараем и на станции. Подтверждают этот факт и советские данные. Из воспоминаний Г.М. Воинова: «В 8. 00 со стороны Бахчисарая послышалась артиллерийская стрельба, а затем оружейная перестрелка. Среди зданий железнодорожной станции Бахчисарай были видны разрывы снарядов и мин»[115].
Как указывает противник в своих документах: «В тяжелом бою противник был отброшен к Бахчисараю. В 12.30 город был захвачен с боем». В донесении 54-го АК в штаб 11-й армии указано: «В тяжелейшем бою захвачен Бахчисарай, создан плацдарм перед предместьем Азис, против позиций противника, в районе русла Качи. Позиции противника поддерживают 3 батареи, в том числе одна тяжелая»[116].
В ходе боев за станцию Бахчисарай была окружена и частично уничтожена разведгруппа батальона ВМУ БО им. ЛКСМУ. Из воспоминаний ветерана батальона ВМУ БО Г.М. Воинова, которые были составлены в том числе с использованием журнала боевых действий батальона: «1 ноября 1941 г. Разведка была выслана в два часа ночи. В состав разведки входили 20 курсантов во главе с капитаном Н.Н. Ершиным и его помощником лейтенантом Л.А. Ашихминым… В 11.30 в штаб вернулись из разведки курсанты Василий Платонов, Клементий Исялович и Стецук и доложили, что на рассвете, в 3–4-х километрах севернее Бахчисарая наша разведка обнаружила вражескую колонну с танками в количестве 10 штук, двигающихся к Бахчисараю. Замеченная противником наша разведка вступила в бой. При попытке оторваться от противника и возвратиться к своим, по-геройски погибли все разведчики, в том числе капитан Н.Н. Ершин и лейтенант Д.А. Ашихмин»[117].
Достаточно интересно упоминание об оборудованных позициях и артиллерии. По советской версии, ни того ни другого не было. Традиционно принято писать о том, что батальон ВМУ БО выдвинулся на неподготовленные позиции и якобы копал окопы штыками, т. к. не было шанцевого инструмента. Однако о подготовленных рубежах говорится не только в немецких документах, но и в докладах бывшего главного инженера УВПС № 1 С.И. Кангуна и бывшего сотрудника УВПС Я.М. Балицкого. К примеру, Я.М. Балицкий указывает, что «…в районе Симферопольского шоссе был оборудован промежуточный рубеж вдоль р. Кача, с выносом укреплений на ее правый берег»[118].
Эту информацию подтверждает и обследование местности, сделанное автором. На холмах правого берега реки обнаружены следы двух дзотов, командного пункта, траншей, ходов сообщений. Построить эти укрепления за два дня невозможно. Утверждения о неподготовленности оборонительного рубежа вызваны, скорее всего, были вызваны тем, что на этом участке строительные работы завершены не были. Однако утверждать, что рубеж был полностью необорудованным, было бы не верно.
Достаточно интересна информация об артиллерии. К этому времени батальон подчинил себе 702-ю зенитную батарею (70-й ЗенАД 122-й зенАП), роту 262-го СП 184-й СД (бывшая НКВД), минометную батарею Черноморского флотского экипажа (командир ст. л-т Мезенцев), ему же были приданы 3 танкетки.
Сам батальон имел в своем составе моторизованную учебную 3-орудийную 76-мм батарею (№ 213). Тяжелых батарей, поддерживавших курсантский батальон, не выявлено, но батальон ВМУ БО поддерживали доты Дуванкойского узла (могли вести огонь двумя 130-мм орудиями и одним 100-мм).
1 ноября Боевые позиции батальона ВМУ БО им. ЛКСМУ. Расположение рот батальона, роты НКВД, 702 зенитной батареи (122 ЗенАП ЧФ, 70-й дивизион), 213-й учебной батареи училища
Достаточно противоречива информация по авиации. Из воспоминаний Г.М. Воинова: «В 9.00 раздалась команда «Воздух!». Все укрылись в окопах. В небе появился немецкий самолет-разведчик в сопровождении двух истребителей. Разведчик на небольшой высоте облетел боевые порядки курсантского батальона, покружил над зенитной батареей и улетел. Скрылись истребители. Зенитная батарея не стреляла. В 10.45 вражеская авиация в составе 11 пикирующих бомбардировщиков и 10 истребителей совершила налет на зенитную батарею. Артиллеристы замешкались и открыли огонь тогда, когда на батарею уже падали бомбы. Под взрывами вражеских авиабомб было сделано всего несколько залпов. Орудия одно за другим были разбиты, загорелись ящики со снарядами и стали взрываться. Личный состав батареи был выведен из строя»[119]. И далее: «Передышка длилась недолго: 11 бомбардировщиков под прикрытием 10 истребителей совершили налет на боевые порядки батальона…»
Затем автор описывает, как прибывший на станцию Сюрень состав с 17-м батальоном попал под налет. Отчет немецкого 4-го авиакорпуса использование авиации 1 ноября на данном участке не подтверждает.
В отчете немецкого 4-го авиакорпуса (составлен 2.11.41 г., по событиям 1.11.41 г.) отмечены:
– налет восьми Не-111 из авиагруппы I./KG27 на советские части по дороге из Карасубазара на Феодосию, в результате которого уничтожено 30 грузовиков;
– налет десяти Не-111 из авиагруппы I./KG27 по гавани Севастополя помимо бомбового удара, который был отражен зенитной артиллерией было разбросано 22 тыс. листовок;
– налет двенадцати Не-111 из авиагруппы III./KG27 на Керчь и дороге в районе Грамматиково;
– налет 17 Ju-88 из KG51 по Владиславовке и Грамматиково (в том числе удар по станции 500 кг бомбой и разброс 20 тыс. листовок). Уничтожено 50 грузовиков. Вышло из строя 3 «Юнкерса» один из-за отказа мотора на старте, второй из-за отказа мотора во время операции, третий, подбитый зенитной артиллерией сел в Николаеве;
– налет 8 Ju-87 III/St.G.77 на Севастополь в результате которого атакованы боевой корабль и транспорт 6 тыс. т[120]. Более никакой активности в отчете 4-го авиакорпуса за этот день не отмечено. Разведка авиации в указанном районе есть. Ударов авиации нет.
Напротив, историк Г.И. Ванеев пишет о высокой активности советской авиации: «28 истребителей Севастопольской авиагруппы штурмовали войска противника в районе Бахчисарая и ст. Альма»[121]. Ситуация с действиями авиации не совсем понятна.
