– Утром он поймал у реки фермера. Мы нашли его в пещере. Он тоже был мертв. Дьяна теснее прижалась к нему.
– Любимый…
– Нет, ничего. – Ричиус смотрел, как Шани неуверенно ковыляет вокруг них, подбирая веточки и пробуя их на вкус. Он уже перестал пытаться отучить ее от этой привычки. Теперь он просто следил за тем, что она ест. – Карлаз задержался, чтобы его похоронить. Видела бы ты его, Дьяна! Он был убит горем. Я помню, как потерял коня, когда вернулся домой в Арамур после первой войны. Мой отец уже погиб, я был растерян и испуган. Но Грома мне подарил отец, и он был для меня всем.
– Что случилось? – спросила Дьяна.
– Как-то утром мы поехали верхом. Накануне ночью шел снег. Мы ехали через лес, когда на нас напала стая волков. – Его голос звучал все тише. – Они убили Грома. Они выволокли его из-под меня и убили.
– Ричиус…
– Этот конь был для меня всем, – продолжал Ричиус. – Он был одним из моих лучших друзей. Наверное, так же было и с Карлазом. Это все равно что потерять друга. – Он крепче обнял Дьяну. От нее пахло морем. – Мы оба так много потеряли, Дьяна, – сказал он. – Я не хочу новых потерь. Я не хочу, чтобы с вами что-то случилось. Ты можешь это понять?
– Конечно…
– Прости, что я злился, но если что-то случится… Она поспешно заставила его замолчать.
– С нами все хорошо. Мы все здесь в безопасности, Ричиус. С нами ничего не может случиться.
– Ты ошибаешься, – возразил Ричиус. – Бьяджио не человек. Он дьявол. И он по-прежнему силен, какие бы слухи к нам ни приходили. В Наре его все боятся. И его Рошаннов.
– Он сейчас никто, мой любимый, – сказала Дьяна. – Он сломлен, он в изгнании.
– Ах если бы! – невесело засмеялся Ричиус. – Но он не таков. Так легко он от трона не откажется. И его агенты всегда ему верны. В Наре есть поговорка: «Рошанны повсюду». Говорят, что по распоряжению Аркуса Бьяджио поместил по одному Рошанну при всех дворах нарских правителей, чтобы следить за ними и держать их в страхе. Они действительно повсюду. И они могут достать нас даже здесь.
– Ричиус, прошло уже так много времени! И если он борется за трон, то зачем ему думать о нас? По-моему, ты беспокоишься понапрасну. Не думаю, чтобы мы были ему так важны.
– Но ему важен был Аркус. Он любил старика, и он винит в его смерти меня. Меня послали сюда, чтобы я нашел магию, которая спасла бы Аркуса. Бьяджио никогда не простит мне того, что я не оправдал их доверия.
– Он слишком занят епископом, – возразила Дьяна. – Это ведь епископ, да? Ричиус пожал плечами.
– Не знаю, – с горечью ответил он. – Боже, мы здесь так слепы! У меня не было никаких сведений с тех пор, как лиссцы отплыли воевать с Наром.
Одного упоминания о Лиссе было достаточно, чтобы Дьяна вся напряглась.
– Давай не будем о них говорить! – попросила она. – Пожалуйста! Только не сегодня.
– Не сегодня? И не завтра? Тогда когда же? Дьяна закрыла глаза:
– Никогда.
– Дьяна…
– Пожалуйста, Ричиус! Я этого не вынесу. Я знаю, что ты хочешь к ним присоединиться, но я надеюсь, что они никогда за тобой не вернутся.
Ее любовь была нестерпимой. Он прижался губами к ее лбу и запечатлел на нем нежный поцелуй, гладя ее спину и пытаясь ее утешить. Лисе был темой, которая постоянно вызывала у них разногласия, а последние слухи о том, что островная страна наконец начала нападать на Нар, сделали Дьяну еще более пугливой. Теперь она называла их пиратами – так же, как Бьяджио. Она ненавидела их, забыв обо всем, что они сделали для Люсел-Лора во время его войны против империи. Дьяна перестала видеть в них союзников. Для нее они превратились в поджигателей войны, которым надо было отнять у нее мужа.
– Прошло уже много времени, Дьяна, – сказал Ричиус. – Я даже не надеялся получить такую передышку. Я же говорил тебе, что когда-нибудь уеду.
– Когда-нибудь, – ответила она. – Тогда это казалось таким далеким.
Но именно так и должно было случиться. Для Ричиуса альтернативы не было. Он безуспешно пытался убедить ее в этом и теперь понимал, что никогда не убедит. Но это ничего не меняло. Его сердце по-прежнему жаждало мщения: за его попранную родину и за Сабрину, которая все еще порой являлась ему в снах с отчаянными криками. Они убили ее – его первую жену – просто потому, что ненавидели его. Этот приказ отдал Бьяджио. Аркус мертв, и Блэквуд Гэйл тоже. Но золотой человек Нара все еще жив. И пока он живет, им грозит опасность.
– Тебе здесь плохо, – сказала Дьяна. – Я пыталась. Я надеялась, что нас с Шани будет достаточно. Я думала, время тебе поможет. Но ты не хочешь мира.
Это были ужасные слова, но Ричиус почувствовал их справедливость.
– Мне очень жаль, – мягко проговорил он. – Но так уж обстоят дела.
– Нет, – возразила Дьяна. – Дела обстоят так, как ты ими распоряжаешься. Если Пракна вернется за тобой и ты уедешь с ним, это будет твоим решением. Не называй это судьбой, Ричиус. Ты хочешь отомстить. Ты позволяешь этому желанию разрушать тебя… и нас.
– А чего ты от меня хочешь? – вспылил он. – Допустить, чтобы Арамур навечно остался под пятой Нара? Жить как трусу, пока лиссцы за меня воюют? Я – король Арамура. Дьяна медленно высвободилась из его объятий.
– Арамура больше не существует. Он – часть Талистана. И тебе этого никогда не изменить. Лисе не поможет тебе получить его обратно.
– Но они сражаются, – возразил Ричиус. – Они защищают свою честь!
– Они воюют только ради мести, – сказала Дьяна. – Нар им больше не угрожает, тогда зачем им понадобилось на него нападать? Потому что их сердца полны яда, как и твое. Ты хочешь отомстить за смерть тех, кого ты любил, но тебе их не оживить. А если ты присоединишься к лиссцам, ты оставишь нас с Шани одних. – Она отвела взгляд. – Это заставляет меня сомневаться, когда ты говоришь, что нас любишь.
Ричиус вскочил.
– Никогда не сомневайся в этом! Ради тебя я отказался от всего. Я люблю тебя, Дьяна. И Шани тоже. Больше всего на свете.
– Не считая мести. – Она встала, стряхнула пыль с платья и направилась туда, где Шани завороженно наблюдала за сверчком. – Мы уходим, – бросила она через плечо. – Ради тебя мы запремся у себя в спальне.
В ее голосе было столько холода, что Ричиусу оставалось только дать им уйти. Когда они скрылись в крепости, он устремил взгляд на океан. Где-то там под парусами плыл флот Лисса. Его шхуны были вооружены и готовы взять дань с Черной империи. Возможно, на одном из этих кораблей находится Пракна. И, возможно, лисский командир думает о Нарском Шакале.
4
Железный круг
Бьяджио решил, что предзнаменований было достаточно. Он просто не обращал на них внимания.
Рошанны – «Порядок» Бьяджио – за много месяцев до смерти императора предупреждали его. Ослепленный своим стремлением спасти Аркуса от старости, Бьяджио не заметил возвышения Эррита, пока не стало уже слишком поздно. Еще до того, как император погрузился в маразм, Эррит уже строил планы совместно с Форто и убеждал аристократов Нара присоединиться к нему. Уверенный в том, что Аркус никогда не умрет, Бьяджио позволил епископу вести опасную игру. В этом он винил себя – и больше никого. Нар попал в руки фанатика, и Черный Ренессанс начали уничтожать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
