— Мне жаль, — прошептала она, — но я по-прежнему не понимаю, о чем вы говорите…
— Ладно, Ленора! — заключил я раздраженно. — Я не собираюсь все это рассказывать Нельсону! Ваш маленький секрет останется со мной!
— Нельсон знает! — В ее глазах появилось отчаяние. — Уверена в этом, хотя он ничего не говорил на эту тему. Но все равно убеждена — знает, вне всякого сомнения. Помните, как он кричал в домике Таланта? — Ее лицо исказилось от сдерживаемого рыдания. — «Вы не становитесь моложе!» А потом еще высказал эту очаровательную мысль о психических отклонениях старой девы и о сексуальных фантазиях?
— Помню.
— Я стала его любовницей еще в первый год нашей жизни в Европе, — призналась она с какой-то мечтательной гордостью в голосе. — А вернувшись, мы вместе переехали в тот дом в Палисаде. Но когда я привезла Таланта на санаторной машине и потом заехала сюда, в офис, чтобы забрать кое-что, то обнаружила, что все мои вещи: одежда, драгоценности, книги, чемоданы — одним словом, все свалено в кучу у моего стола. На столе лежала записка, в которой говорилось, что все замки в доме заменены, и если я когда-нибудь посмею хоть словом заикнуться ему об этом, то буду выброшена с работы так же, как из его постели.
— Жестоко, — оценил я поступок Нельсона. — И все-таки разорвать отношения, которые длились три года, вот так, одним ударом, — это неожиданно даже для него, не так ли?
Губы Леноры горестно искривились.
— К этому все шло давно! С того дня, когда он встретил Джино Амальди и Каролу Руссо. Я наблюдала за его лицом, когда он разговаривал с итальянкой, и поняла! А выбросить меня из своей жизни — для Оскара то же самое, что просто провести домашнюю уборку. Он освободил место для новой квартирантки. Только не думаю, что она когда-нибудь его займет.
— Из-за Амальди?
— Возможно, — ответила она напряженно. — Но прежде всего дело в самой девице. Карола не выносит Оскара Нельсона! Это видно по глазам итальянки, когда он входит в поле ее зрения. Думаю, она даже могла бы покончить с собой, если бы он оказался для нее единственным вариантом. — В светящихся глазах Леноры мелькнула смутная надежда. — Или, вполне вероятно, сама бы его убила.
Вечером я надел на пояс кобуру с кольтом 38-го калибра. По-моему, единственной причиной, по которой Нельсон потребовал моего присутствия при его сделке с бывшими компаньонами, была его забота о дополнительной охране для Каролы Руссо. На тот случай, если Брюнхофф и Мартель попытаются что-нибудь затеять.
Дом сиял огнями, когда я подъехал к нему в начале десятого. Даже бассейн был залит светом, словно намечался какой-то большой праздник. А может, хозяин немного нервничал и считал, что свет не позволит никому подкрасться незамеченным. Только этим можно было объяснить столь необычную освещенность пространства примерно на двадцать футов во все стороны от дома. А дальше, за этими пределами, стояла непроглядная тьма, в которой могла спрятаться хоть целая армия, зная наверняка, что разглядеть ее невозможно.
Как всегда, дверь мне открыл Тино и заявил, что я приехал рано. Причем произнес это таким тоном, которым разговаривают с нежелательными и докучливыми визитерами.
— Где все? — спросил я его.
— На задней террасе. — Он неопределенно указал куда то в глубину дома. — Там. Но все серебро пересчитано!
— В таком случае займусь ювелирными изделиями и сейфом, — пообещал я, — если, конечно, после вас осталось хоть что-нибудь ценное.
— Просто не могу дождаться момента, когда здесь появится Лу Мартель, а вы продолжите свои шуточки. — Темные глаза Тино злобно смотрели на меня. — Лу — парень с крутым характером, Холман. Он оторвет вам голову так быстро, что вы даже не успеете сообразить, что произошло, пока ваш подбородок не ударится о землю!
— А я-то думал, Мартель собирался приехать сюда поговорить с Нельсоном. Но не стану спорить, если вы считаете, что он желает встретиться со мною. Ведь вы, Тино, связаны с Лу проводом. И у вас всегда есть возможность поболтать с ним о старых временах, когда возникнет такое желание, правильно?
— Попробуйте сказать это при Нельсоне, — прошипел он, — и я вырежу ваше сердце!
— Как-то неожиданно вы потеряли то очаровательное хрупкое чувство юмора, которое проявили однажды, Тино, — произнес я с сожалением. — Почему бы вам не пойти поискать его, пока я буду искать дорогу на террасу?
Всякими замысловатыми переходами мне удалось пройти через дом и возникнуть на задней террасе. Оскар Нельсон отделился от небольшой группы людей, стоящей на краю бассейна и, видимо, восхищающейся его иллюминацией, и направился ко мне.
— Вы рано, Рик!
— Знаю, — буркнул я. — Тино сказал мне это, когда открыл входную дверь.
— Это хорошо, мы можем поговорить до приезда Брюнхоффа и Мартеля. Знаете, почему я хотел, чтобы вы были здесь сегодня вечером?
— Для дополнительной охраны Каролы на случай, если они что-нибудь затеют?
— Примерно так, — кивнул Нельсон. — Хочу, чтобы Тино был в доме все время, пока мы будем совещаться. Иначе Лy может протащить своих людей, пока я буду увлеченно обговаривать проценты! Тино знает дом как свои пять пальцев, а также знает большинство уловок, которые Лу может попытаться применить. Так что вы здесь только для одной цели, Рик! Охранять Каролу и ни на секунду не выпускать ее из виду. Я уже сообщил остальным, для чего вы здесь, и попросил, чтобы все вы остались на этой террасе, пока моя встреча с этими двоими не закончится. Ну вот, вроде сказал вам все.
— Что заставило вас передумать и принять мой совет?
— Логика отрицания! — Нельсон тихо хихикнул. — Я упомянул в той записке, которую оставил у Леноры, что цена поднялась?
— Упомянули. Теперь заплатите целых двадцать центов?
— Думаю, вы будете полностью удовлетворены, Рик, когда все закончится и увидите мой чек, — непринужденно сказал он. — Может, пойдем к остальным? — Нельсон посмотрел на часы. — Теперь только четверть десятого. Они не появятся раньше, потому что не захотят показаться чересчур взволнованными.
— А на самом деле?
— Когда я позвонил Сэму и предложил встретиться, чтобы обсудить сделку, то отчетливо слышал, как бьется его сердце на другом конце провода! — Он снова хихикнул. — Ну, все это мы с вами увидим чуть позже.
У бассейна стояли три человека. Третьей была Ленора Палмер. Она выглядела очень элегантно и чувствовала себя совершенно свободно, оживленно разговаривая с Джино Амальди. Карола Руссо между тем уставилась на воду с выражением полнейшей скуки на лице.
— Ну, вот и мы! — объявил Нельсон своим прекрасным басом. — Вы, конечно, со всеми знакомы, Рик. Позвольте, принесу вам что-нибудь выпить?
— Отлично! — отозвался я на его предложение, и он отошел, жужжа что-то себе под нос.
— Привет, Рик! — весело сказала Ленора.
На ней было платье из дорогой парчи, блестевшей и переливавшейся в ярком свете. Высокий воротник и узкий покрой подчеркивали все преимущества ее фигуры; нельзя было не заметить длину стройных ног, полные груди и тонкую талию. Бриллиантовые сережки сверкали каждый раз, когда Ленора поворачивала голову. Короткие светлые волосы каким-то образом придавали почти надменный аристократический вид ее прекрасному овальному лицу.
В сравнении с ней Карола Руссо, одетая в простое черное платье, казалось, должна была остаться незаметной. Но миниатюрная женщина, похожая на рыжеголового беспризорного ребенка, с полными чувственными губами, надутыми словно в обиде, с неожиданно большой грудью над прямой линией платья, привлекала внимание и властно удерживала его безо всяких усилий.
Амальди, воспользовавшись короткой передышкой в болтовне Леноры, посмотрел в мою сторону, кивнул мне и что-то сказал Кароле по-итальянски. Она равнодушно пожала плечами, однако повернула голову ко мне.
— Папа Джино хочет знать, почему сумасшедший так быстро вернулся?
— Разве Нельсон не объяснил — почему? — удивился я.
— Он объяснял, но папа Джино не слушал. Ваш последний залп сегодня утром заставил его навсегда повернуться спиной к английскому языку!
Нельсон подошел и подал мне рюмку.
— Осталось пять минут.
Его мягкие синие глаза смотрели прямо на Ленору. В ее взгляде, который она тут же отвела в сторону, мелькнул панический страх.
— Определенно, ты сегодня выглядишь блестяще, Ленора! — непринужденно произнес Нельсон. — Веселая жизнь незамужней девушки, очевидно, тебя устраивает? Имела возможность осмотреть дом? В твоей комнате перекрашивают стены. Она станет намного ярче, по-юному веселой, когда работа будет закончена. В прежнем виде она действовала на меня так угнетающе, что я всегда думал: у нее вид женщины средних лет. А ты?
Ленора нервно закусила нижнюю губу, потом покачала головой: видимо, не могла ручаться за себя, свое благоразумие и предпочла промолчать.
