свою молодость, он получил благосклонность Аида! Если бы это было не так, он не смог бы спасти Асистеса».
«Давос, один из моих братьев тоже был ранен, как и Асистес, он горит и находится без сознания, надеюсь, я смогу получить твою помощь!».
«У меня тоже ранен один из моих людей!».
«И у меня!».
В маленьком дворе толпы людей отчаянно машут руками, кричат, как нахлынувший прилив, и машут все выше и выше.
Перед лицом вышедшего из-под контроля инцидента все слегка нервничали, но только взгляд Давоса оставался неизменным.
Как кадровый работник, который в своей прошлой жизни был продвинут с самых низов, неважно, в каких городах, уездах или поселках, он много раз видел массовые петиции. Даже когда он был старостой деревни, он однажды проводил собрание в городе и был настигнут крестьянами, которые окружили городское правительство, чтобы обсудить экспроприацию земли, лидеры спрятались, в то время как только он встал и столкнулся с мотыгами и палками в руках страстных крестьян, он изо всех сил пытался убедить их отступить. Этот небольшой инцидент, произошедший на его глазах, ему трудно игнорировать, кроме того, это приносит ему пользу.
Он поднял руку и крикнул: «Всем молчать!».
«Тихо!». — Антониос тоже помогал успокоить толпу.
Люди постепенно успокоились.
«Я благодарен всем за доверие!». — с волнением сказал Давос: «Мы все товарищи, которые вместе сражались и встретили смерть! Мы братья, способные доверить свое плечо для защиты! Если кто-то из нас будет ранен, я возьму с собой Герпуса и мы сделаем все возможное, чтобы спасти и никогда не бросим раненого!».
Герпус был в восторге, услышав свое имя.
Услышав это, солдаты во дворе были еще более благодарны.
«Спасибо, Давос, ты наш спаситель!».
«Давос, чего бы ты ни пожелал в будущем, я постараюсь сделать для тебя все возможное!».
В эту эпоху очень часто солдаты получают ранения, заражаются и умирают, что также является кошмаром, который мучает армию, теперь же Давос дал им надежду. И этот человек великодушен и добр, как они могут быть не тронуты.
«Давос! Давос! Давос!». — Их крики раздавались над лагерем Мено.
Глава 16
Когда Давос и Герпус обсуждали, как эффективнее лечить раненых, охранник Мено подозвал Давоса к себе.
Как только он вошел, Мено гневно крикнул: «Я сказал: «Если у тебя есть новые идеи, дай мне знать первым!» И ты согласился. Но ты обманул меня! Ты нарушил свое обещание!».
«Что я сделал не так?». — недоумевал Давос.
«Ты способен спасти коматозных солдат и сделал это тайно, не предупредив меня заранее!».
После того, как Давос услышал его слова, он развеселился: «Ситуация была срочной, а спасение людей — важным делом, если бы я сначала сообщил тебе, а потом организовал людей для лечения, Асистес бы погиб».
Давос с сарказмом добавил: «Кроме того, это не новая идея, это медицинский навык, переданный от моего предка. Я пришел сюда, чтобы стать наемником, а не рабом, которому нужно получать твое разрешение, чтобы лечить людей».
Мено не смог ответить. Только что солдаты выкрикивали имя «Давос», что заставило его смутиться от ревности, и, не подумав, сердито позвал Давоса, что привело его в замешательство.
Он просто сказал: «Мне не хватает охранника. Отныне ты будешь отвечать за охрану моей безопасности и не сможешь уйти без моего приказа».
Он догадывался, что Давоса нужно было отделить от солдат, чтобы избежать дальнейшего влияния на них и тем самым ослабить его контроль над наемниками.
«Мне жаль, но мне больше подходит быть обычным солдатом, чем охранником. Кроме того, командир моего отряда не согласится». — Давос догадался о намерениях Мено, и, конечно же, не согласился.
Мено нахмурился от злости из-за неожиданного прямого отказа: «Я твой командир! Кто посмеет не согласиться с моими приказами?».
«Я не согласен». — С этими словами Антониос вошел внутрь.
«Я тоже». — За ним следовал Капус, затем несколько командиров наемников.
Давос с облегчением увидел, как Антониос кивнул ему: теперь он в безопасности. Конечно, он не знал, что когда стражник угрожающе окликнул его, Иелос почувствовал что-то неладное и тут же побежал сообщить Антониосу, вот почему Антониос и остальные появились здесь так скоро.
«Кто тебя впустил? Где мой стражники?!». — Мено был встревожен и рассержен. Ему было не по себе от того, что несколько командиров пришли без предупреждения.
«Командир, раненые в лагере все еще ждут, пока Давос их вылечит, мы не можем медлить». — Антониос спокойно выслушал слова, наполненные скрытой истерикой, что заставило сердце Мено затрепетать от страха, а холодный взгляд толпы заставил его почувствовать себя еще более нерешительным.
В конце концов, он сдался и произнес: «Что ж, я очень рад, что Давос использовал свое медицинское мастерство, чтобы спасти раненого и потерявшего сознание солдата. Поэтому я позвал его к себе и хочу назначить его лекарем лагеря, чтобы он мог лечить больше солдат».
«Я хочу лечить наших раненых братьев, но будь то врач или охранник, о которых вы говорили, я не соглашусь. Я просто хочу быть солдатом». — возразил Давос.
Хотя он был бы в безопасности, будучи лагерным лекарем, но это не соответствовало его планам. Кроме того, он не желал принимать компромисс Мено теперь, когда они вступили в конфликт.
Мено было неловко получить отказ от рядового солдата низкого ранга на глазах у всех, и он тут же закричал: «ДАВОС!»
Как только его слова покинули рот, снаружи внезапно раздался шум: «Верните Давоса нам и дайте раненым возможность жить!».
«Мено, если ты не позволишь Давосу выйти, мы войдем внутрь!».
Это был крик бесчисленных солдат, заставивший Мено задрожать от страха.
«Давос, возвращайся». — сказал Антониос.
Давос кивнул и громко сказал: «Спасибо за помощь, братья!».
Услышав это, Мено тут же перевел свой возмущенный взгляд на командиров.
После ухода Давоса он сразу же сказал: «Антониос, Капус, вы тоже начинаете выступать против меня?».
«Мено, ты наш командир, и, конечно, мы должны слушаться твоих приказов. Но Аид благосклонен к Давосу, и солдаты были свидетелями многих чудес, которые он сотворил. Боги наблюдают за нами на небесах и благословили нас, чтобы мы могли спокойно вернуться домой из чужой земли, и ни малейшее богохульство не допускается». — Антониос ответил уклончиво.
Мено определенно услышал его намек, что-то вроде: «Мы можем следовать твоим приказам, но когда дело касается Давоса, мы будем его защищать».
Он хотел сказать что-то, чтобы сохранить свое достоинство лидера, но Аминтас, который больше всех среди офицеров недолюбливал его, сказал: «Послушай, Мено, когда наша миссия закончится, мы не
