Асклепий был явно восхищен и смотрел на меня с какой-то алчностью, как будто я сокровищница или приз. А вот король выглядел скорее встревоженным. Раздумывать мне было не когда.
Я подошла к королю и попросила.
— Ваше величество, протяните мне руку
Король вытянул вперед руку, и я стала аккуратно завязывать ему на запястье красно-золотую нитку, полученную из ковра. При этом я старалась не коснуться его случайно пальцами.
Нитка в моих руках неожиданно стала удлиняться, я наматывала ее ему на запястье. А потом стала вязать узел. Как только я связала нить у него на запястье, она стала впитываться в кожу.
— Сеннех! — выругалась я привычным словом.
Кончик нити дернулся в моих пальцах, притягивая их к руке короля. И я скользнула подушечками пальцев по его руке. Это продлилось всего мгновенье, прежде чем я успела отдернуть руку.
Нитка-магия полностью растворилась и следа не оставив на запястье короля. Мантикора на ковре успокоилась, и вот уже на наших глазах ковер снова стал меняться. Мантикора уходила в глубины его ворса, как бы прячась в высокой траве. А поверхность ковра стали снова покрывать красно-золотые квадраты.
А я подняла глаза на короля.
Король хмурился. Что это он? У нас же получилось? Может быть он не понял? И я поспешила объяснить.
— Ковер перенастроен на вас, Ваше величество. Вы смело можете обратиться к нему за помощью, и он выполнит одно ваше желание, особенно если от этого будет зависеть ваша жизнь.
— Я это понял, луция Далия. И я благодарен вам за помощь.
Только вот лицо его при этом радостным не было. Но, в конце концов, это не мое дело. Свою работу я выполнила и я справилась. Никто, я уверена, и не заподозрил во мне не настоящую гиану. А настроение короля меня не касается. Да и не знаю я его, чтобы судить о его настроении. Может быть он всегда такой?
Но недоумение на лице луций Асклепий подсказывало мне, что король и в самом деле ведет себя необычно.
— Это был долгий день, и если вы не возражаете, я бы хотела вернуться в свои комнаты, — решила я нарушить тишину.
Король очнулся. Все это время он рассматривал то меня, то ковер за моей спиной, как будто силился что-то понять.
— Да, разумеется. Вас проводят, — король отвернулся, и как мне показалось, потерял к моей скромной персоне интерес.
А я поспешила покинуть комнаты.
Я шла к себе и думала о том, что разговор двух мужчин наверняка будет очень интересным. И удастся ли мне его подслушать с помощью нити, что я оставила привязанной к стулу?
Глава 6. Когда пианино покатилось по лестнице, грузчик тщетно пытался воспользоваться педалями
— Твое настроение поднять?
— Нет, пусть там валяется.
Гарем не спал. Меня к моему огромному удивлению встречали. Что это они? В одной из комнат мне на встречу поднялась одна из красоток, что приходила ко мне в комнаты. Подойдя ко мне и лениво накручивая на палец светлый локон, она произнесла.
— Что, не получилось заинтересовать короля? Так быстро? Даже на ночь не оставил?
А. Вот оно что. Они всегда ждут, когда кого-то на ужин приглашают? Чтобы потом оценить соперницу или поехидничать. Ну, со мной этот номер не пройдет.
— Ужин был прекрасен. Все остальные вопросы к Его Величеству, — и я пошла дальше.
Мне нечего с ней делить и уж тем более обсуждать. Девушки считали иначе, потому что мне вслед то и дело летели вопросы и комментарии. Обсудили все. Особенно им не давали покоя мои платки. Рост, по их мнению, слишком высокий. А походка чересчур прямая, как будто я кол проглотила. А еще у меня большие ступни. Хм. А мне казалось нормальные ноги? Хотя ценилась тут миниатюрность во всем. А я миниатюрной не была.
Я открыла дверь в свои комнаты и выдохнула. Все-таки это серьезное испытание вот так идти сквозь толпу. Особенно, если это совсем не толпа почитательниц твоего таланта или способностей.
Я стянула с себя платок.
Лу вскочила с кресла в гостиной, как только я вошла и подбежала ко мне.
— Луция Далия? Вы как? Бледная вы очень. Король был груб как наш угольщик Зуфля? Он ужасно грязный. И руки грязные и лицо. Но хуже всего его язык. Вот как начнет…
— Лу, по-моему, не самая удачная идея сравнивать короля и угольщика. Ты не находишь? И нет. Король был любезен. Просто вечер был сложный.
— Ой. Вы устали? Чаю забадяжить?
— Заварить, Лу. Нет. Не нужно. Возможно, позже я сама заварю. Лу, ты так и просидела весь вечер в кресле?
— А то, как же. Переживала я больно.
— Сильно. Здесь уместнее слово сильно. Лу, иди спать. Поздно уже.
Лу что-то еще собиралась мне поведать, но я отрицательно покачала головой. Лу закивала головой, что поняла и ушла к себе. А я села в кресло, подобрала ноги под себя и откинув голову на спинку потянулась к моей привязанной нити.
Я так прежде не делала, и мне было интересно все и сразу. И попробовать в работе новую магию, и проверить свои силы. Вообще так можно? Было интересно узнать, о чем говорят мужчины после моего ухода.
Я не сильно рассчитывала на успех. Но, как ни странно, сосредоточившись, услышала голоса.
— Ты уверен, что это сработает?
— Это родовая магия Красных Мантикор. Сработает. До этого не был уверен, но теперь, когда у меня есть и магия ковра гианы, у меня все выйдет.
— Мы по-прежнему не понимаем, как она выжила.
— Она изменилась.
— Да. И вспомни. Ее приглашали и раньше. Каждый раз она решительно отказывалась, ее можно было вытащить из комнаты только применив силу. А сейчас она согласилась сама. И я не уверен, что прежняя гиана помогла бы тебе. А у этой все получилось. Но тебя ведь еще что-то беспокоит? Что?
— Я странно на нее реагирую. Чувствую ее рядом. Мне все время хочется до нее дотронуться, я с трудом это контролировал сегодня. А она шарахается от меня. В саду я сразу ощутил на себе ее взгляд. Ее и видно-то не было. А я почувствовал.
— Почему она боится твоих прикосновений?
— Не знаю. Сегодня она поразила меня уже тем, что открыла лицо. Но то, что она дергается, стоит мне протянуть к ней руку, сильно нервирует. Я хочу ее. Хочу завладеть, присвоить и не отпускать. А как это сделать, если она руку отдергивает? Мне страшно представить, что
