Приказчики подошли ко мне и заявили, что служить у меня больше не будут.
— Я не боюсь ваших привидений, — заявил мне Смитт Коптоун, — но нюхать подобные гадости не желаю. На этом месте вас преследует какой-то злой рок и будет лучше всего, если вы перейдете в другое помещение. Там к вам пойдут и хорошие служащие, а здесь вы вряд ли просуществуете при подобных условиях и неделю.
И оба ушли, пожелав мне всего хорошего…
Терехов снова замолк.
Шерлок Холмс слушал его с напряженным вниманием, видимо, очень заинтересованный этим рассказом.
Подлив вина в стакан, он подал его Терехову, и, когда тот выпил, спросил:
— Чем же кончилась вся эта история?
— Тем, что жена моя, узнав про последний случай, стала еще сильнее просить меня сменить магазин, — ответил Терехов. — В конце концов я сдался и взял то самое помещение, которое оставалось в Главном доме свободным.
— Ну, и что же? — полюбопытствовал англичанин.
— Как только я очистил прежнее помещение, я стал следить за ним. Призрак, видимо, пронюхал о моем уходе и забастовал. После меня помещение некоторое время пустовало, но потом его снял какой-то грек Алферакки, торгующий оптом и в розницу восточными сладостями и фруктами.
— А у него как дела?
— Ни о каких привидениях он до сих пор не знает и в глаза хохочет надо мною, когда ему рассказывают про мои несчастья! — со злостью ответил Терехов. — Я и сам не верю в сверхъестественное, хотя то, что происходило в моем прежнем магазине, и было сверхъестественно. Но скорее можно подозревать чьи-нибудь проделки. Одним словом, я совершенно сбился с толку и когда узнал о вашем присутствии в Нижнем Новгороде, решил обратиться к вам за советом. Сверхъестественно это или нет, но я хочу знать все определенно и готов заплатить пять тысяч рублей.
Шерлок Холмс улыбнулся.
— Это, кажется, составляет пятьсот фунтов стерлингов?
— Совершенно верно.
— В таком случае я к вашим услугам. Мы, англичане, пересчитываем каждый шаг и момент на деньги и, конечно, несмотря на живейший интерес, который вы вызвали у меня рассказом, я не стал бы терять времени даром. Потрудитесь написать обязательство и… кто знает? Может быть, мне удастся возвратить вам ваше прежнее помещение, но только без нечистой силы.
И подойдя к столу, сыщик и купец стали составлять условие.
IV.
Прошло несколько дней.
Был поздний вечер 27-го июля.
Магазины давно уже закрылись, и ярмарка погрузилась в пьяный угар, которым издавна славился Нижний Новгород.
Теперь прежние времена уже канули в вечность, арфянки давно уж забыты, но тогда было иначе.
Лишь только запирались магазины, купцы спешили в рестораны, где звучали арфы и раздавались женские голоса.
Под взвизгивание полупевиц-полупроституток совершались торговые сделки, после которых в ярмарочных ресторанах шел пир на весь мир, бились в пьяном угаре тысячные зеркала и раздавались плюхи, которыми тогда еще совершенно дикие купцы усердно награждали оплошавших лакеев.
В этот вечер погода выдалась скверная.
Весь день дул сильный северный ветер, и дождь, не переставая, лил как из ведра.
Все живое давно уж спряталось под крыши ресторанов, тем более что было около полуночи.
В это-то отвратительное время из правого ресторана, помещающегося в парке перед Главным домом, вышли двое мужчин и направились мимо Флачной часовни к пристани на Оке.
Несмотря на ливень, собеседники не особенно торопились, видимо, занятые серьезным разговором, который вели между собою так тихо, что слов нельзя было расслышать на расстоянии пяти шагов.
Вслед за ними, держась в приличном отдалении, из того же ресторана вышел еще один человек, закутанный в непромокаемый плащ, с головой, покрытой капюшоном.
Это был не кто иной, как Шерлок Холмс, сыщик из Лондона. Три дня и три ночи, проведенные им на ярмарке, не остались без результата.
Он успел кое-что подметить и теперь не упускал из виду двух мужчин, шедших впереди.
На пароходике он сел сзади них, стараясь вслушаться в их разговор, но это ему мало что дало.
Незнакомцы, хотя и говорили между собой, но разговор их касался лишь ярмарки и установившихся цен на некоторые товары.
Выйдя у Кашинской пристани, они простились, причем Шерлоку Холмсу удалось уловить фразу, сказанную одним из них:
— Итак, поздравляю с началом работы! До свидания.
В эту минуту темная фигура приблизилась к сыщику.
Это был доктор Ватсон, повсюду сопровождавший Шерлока Холмса.
— Ну, что? — спросил он тихо.
— Пойдемте, мне надо поговорить с вами, — ответил англичанин.
— А эти? — спросил доктор.
— Эти никуда не денутся. Порознь они мне мало интересны.
Взяв извозчика, Холмс и Ватсон поехали в «Почтовые номера».
Запершись в комнате на ключ, они стали делиться добытыми сведениями.
— Я лично почти ничего не нашел. Я даже не знаю фамилий тех господ, за которыми вы следите! — печально произнес Ватсон. — По вашему совету я две ночи провел в кабачках Бентакуровского канала. Могу сказать, что среди их посетителей очень много подозрительных типов. Я сидел в трактире Тараканова, когда в него вошли двое мужчин. Что меня смущает, так это то, что фигурами они страшно напоминают тех, которые только что приехали с ярмарки и за которыми, как я заметил, вы следили…
— А какова была их наружность? — перебил Шерлок Холмс.
— Один брюнет, другой рыжеватый. Оба худощавы, носят усы и бреют бороды.
Англичанин быстро вскочил с места.
— Они, они, черт возьми! — воскликнул он с волнением. — Прошу вас, продолжайте и не думайте, будто ваша работа малоценна!
— Итак, они сели за соседний со мной столик, потребовав очень хорошую марку марсалы, — заговорил снова Ватсон. — Этой марки в трактире не оказалось и, по настоянию пришедших, за вином было послано в другой трактир. Говорили они все время о том, что надо скорее начинать какую-то работу, так как иначе можно прозевать куш, предназначенный для ярмарки. В этом не было ничего подозрительного. Но когда принесенная бутылка была уже выпита, один из них произнес: «Лишь бы пробил начало! Дальше мы сами, а его… тово!» И после этого они заговорили очень тихо, но я успел расслышать несколько раз произнесенные слова «Бентакуровский канал». Вы знаете, мистер Шерлок Холмс, что этот канал пользуется плохой славой. Он проходит по захолустью ярмарки, вдоль его берега стоит целый ряд самых низкопробных трактиров, и в водах канала полиция нередко находила трупы людей. Воды канала бесследно скрыли не одно преступление.
— Да, ваше сообщение имеет для меня огромное значение, — задумчиво произнес Шерлок Холмс.
Он некоторое время сидел молча, барабаня пальмами по столу.
По сдвинутым бровям и нахмуренному лбу видно было, что он обдумывает что-то очень важное.
Но вот, наконец, Холмс поднял голову.
Ватсон, ожидавший, что тот расскажет ему о своих похождениях, насторожился.
V.
— Я вам скажу очень немногое, — проговорил сыщик после долгой паузы. — Слепой случай обратил ваше внимание именно на тех людей, за которыми следил и я.
— И эти люди?..
— Англичанин Смитт Коптоун и грек Алферакки…
— Как! — воскликнул пораженный Ватсон. — Тот самый Алферакки, который снял в Главном доме бывший магазин Терехова?
— Он самый, — кивнул головой Холмс. — Я начал следить за обоими, вскоре мне удалось заметить, что между хозяином магазина и приказчиком без места существует тесная связь и дружба. Это открытие было для меня очень важно. Если бы Смитт Коптоун действительно нуждался, то, конечно, его приятель Алферакки устроил бы его у себя, тем более что грек нанял себе приказчика с очень скверной репутацией. Но раз он не взял Коптоуна, следовательно, последний, несмотря на то, что долго был без места, не нуждался в заработке.
— Черт возьми, ваши наблюдения очень интересны! — воскликнул Ватсон.
— Постойте! — остановил его знаменитый сыщик. — Итак, рассказ Коптоуна о нужде есть чистейший вымысел. Из их постоянного таинственного общения я сделал заключение, что у них есть общее дело. Теперь сопоставьте следующие четыре факта: привидения у Терехова, поступление к нему Коптоуна, появление одновременно с этим ужасного запаха, чтобы заставить очистить магазин и… занятие магазина Алферакки, хорошо знакомого с Коптоуном…
— Действительно!
— Итак, я рисую себе картину последних происшествий таким образом, — заговорил Шерлок Холмс. — Алферакки и Смитту Коптоуну зачем-то понадобился магазин Терехова. Конечно, тут скрыта какая-то тайна, и в конце концов нам удастся узнать ее. Думается, что мы накануне какого-то грандиозного преступления.
— Вы полагаете? — перебил Ватсон.
— Я уверен в этом. Итак, они решили выжить во что бы то ни стало Терехова и для этого стали проделывать в его помещении какие-то чудеса. Я еще не осматривал магазин, но уверен, что явления, происходившие там, были оптическими и, вероятно, эти люди очень учены. Воздействуя на суеверность, они заставили бросить службу приказчиков, но упорство Терехова продолжалось. Тогда к нему поступил Коптоун, который и вызвал последний скандал, заставивший Терехова освободить помещение.
