Да, Эджил прав. У меня нет друзей. Но у меня есть соратники.
***
— Значит, со временем всё стало только хуже, — вздохнула я, поставив чашку чая на стол.
— Именно, — призналась Ханна, кивая головой. — Сейчас всё стало ещё сложнее, чем раньше. После того как тебя выдали замуж… многие решили даже не предпринимать попыток достучаться до своих близких. Сама прекрасно знаешь, что слово женщины в нашем мире ничего не значит. Особенно если она не замужем.
Ханна Фолки является дочерью графа, а также одним из членов моей свиты. Графство Фолки находится на окраине королевства Эйдос с восточной стороны. Даже во внешности девушки было что-то восточное — миндалевидные карие глаза и густые чёрные волосы.
Так как графство Фолки находится довольно далеко и путь до академии неблизкий, отец Ханны остался в своём поместье, чтобы исполнять свои прямые обязанности, и ни разу не сталкивался с Мэрит. Именно поэтому он является одним из тех немногих, которые абсолютно не поддерживают короля и не понимают, к чему всё идёт.
И таких семей достаточно. Однако есть и те, кто перешёл на сторону Мэрит, признавая её следующей королевой. Теперь даже академия разделилась на две фракции — одни поддерживают принца и дочь барона, а другие против их союза.
Но проблема в том, что Ханна права: голос женщины практически не имеет силы, если за ней никто не стоит. Девушка не может унаследовать титул и получает его только после замужества с соответствующим человеком, и только тогда её слова могут чего-то стоить. Ровно настолько, насколько силён авторитет супруга. Да и то лишь до той поры, пока супруг соглашается со словами жены. Если в какой-то момент он скажет нет, то любые слова женщины, даже самые разумные, будут подобны пустому звуку, сотрясающему воздух.
И как быть незамужним девушкам в академии, где практически все юноши очарованы Мэрит и поддерживают её во всём?
— Должна признаться, что я завидую, — злилась Ханна. — Я не понимаю, как она это делает, но с такой силой можно было бы изменить мир! Сделать его лучше! Но она тратит всю силу на…
— … на пополнение своего гарема и очарование ещё большего количества мужчин, — закончила за девушку, на что та резко опустила руку с чашкой чая и расплескала содержимое по столу.
При этом даже не заметила произошедшего, а ведь наверняка испачкала форму. Служанка Ханны, которая стояла молча за её спиной, мгновенно начала действовать, и уже через минуту всё на столе было прибрано.
— Если бы только тебя не выдали замуж за того человека… — продолжала Ханна. — Ты должна быть королевой, Диана! Ты лучшая из нас, но… Но!..
— Всё уже позади, Ханна, — с улыбкой произнесла я. — И должна признаться, что мне ещё повезло. Большинство голосовало за казнь, но меня лишь выдали замуж.
— Но за кого? За демона из королевства Астрал?! За этого дикаря и чудовище?! За нашего врага?! — возмущалась она. — Разве такая благородная леди, как ты, заслуживает такого отношения?
— Хм… — задумалась. — Я родилась дочерью герцога. Принцессой. А теперь являюсь герцогиней и до сих пор сохраняю статус принцессы королевства Эйдос. Думаю, не так сильно всё изменилось.
— Но ты должна была быть королевой! — почти кричала Ханна. — А, в итоге, даже твои родители и Эрик…
— Ах, мой прекрасный брат… — улыбнулась я, вспоминая о нём. — Как же поживает наследник семьи Хэлстейн?
На это Ханна неожиданно замолчала, отводя взгляд в сторону и мрачнея с каждым мгновением. Ханна, будучи моей одноклассницей, была пылкой, страстной и храброй натурой. Но, похоже, даже её происходящее порой сбивает с толку. И, вспоминая свой сон, понимаю, что её опасения не безосновательны. А ведь, если не ошибаюсь, ранее мой брат ей даже нравился. Ну… до того момента, как он лишился разума.
— Диана, — обратилась ко мне девушка. — У тебя же должен быть план, верно? Ты смогла пройти столько всего и вернулась в академию. У тебя должен быть план. Ты лучшая во всём. Прошу тебя, скажи, что ты знаешь, как действовать дальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да, план у меня есть, — продолжала улыбаться. — Но он тебе не понравится. Мой план заключается в том, чтобы дождаться окончания трёх лет моего брака, а после развестись и покинуть королевство Эйдос с деньгами в виде компенсации. Как-то так.
— Ч… что?.. — ахнула темноволосая девушка, не сдерживая своего возмущения. — Так просто? Ты, Диана фон Хэлстейн, предпочитаешь просто сбежать?! Я не узнаю тебя!
В тот момент со стороны коридора послышались женские крики, вопросы, шум, какой-то грохот, а после сильные топающие шаги, за которыми последовал глухой удар в дверь. Двери резко распахнулись, впуская незваного гостя на частное женское чаепитие.
— Поверь мне, это не так просто, — всё так же мягко отвечала Ханне, не оборачиваясь, так как прекрасно знала, кто пришёл. — Главное тут — выжить.
— Диана! — прозвучал грозный мужской голос. — Ядовитая ты змея! Как посмела вернуться в академию?!
Сделав очередной глоток чая, аккуратно поставила фарфоровую чашку на стол и обернулась через плечо, встречаясь взглядом с разгневанным, но прекрасным юношей, который был больше похож на ангела, нежели на парня. Высокий рост, длинные — по пояс — светло-пепельные волосы, завязанные в хвост, и раскосые глаза бледно-красного оттенка.
Хм… А он совсем не изменился.
— Здравствуй, брат. Давно не виделись.
Глава 6. Отворотное зелье
— Брат…
— Шевелись!
— Брат, постой…
— Я сказал: шевелись!
— Брат, мне больно.
— Чёрт!.. — выругался он, после чего наконец-то отпустил мою руку, когда мы вышли в цветущий розовый сад, который находился немного в стороне от женского общежития.
Эрик фон Хэлстейн. Сводный брат, который к тому же мой ровесник. Хоть мы и отдалённые родственники, должна отметить, что общее сходство во внешности всё же присутствует. Это не только светлые волосы, но и некоторые черты лица. Кровь семьи Хэлстейн даёт о себе знать. Нос, форма глаз, губ… у нас довольно много общего. Для тех, кто не знает подробностей, мы выглядим как минимум как родные брат и сестра.
Отличается лишь оттенок волос, так как если мои были белыми, словно только выпавший снег, то его имели более пепельный тон. То же самое касалось и цвета глаз. Мои были холодно-голубого цвета. У Эрика же — светло-красные.
В детстве мы мало общались как семья. Не потому что не хотели. Думаю, это естественно — испытывать любопытство к другому ребёнку независимо от его пола. Мы хотели узнать друг друга, но всё никак не получалось: у каждого свои занятия, свои уроки и минимум свободного времени. Хотя иногда мы всё же узнавали тайны друг друга. Например, именно он знал, что я сделала с учительницей по танцам. Знал, так как видел, как я мастерила ловушку. Он знал, что я периодически избавлялась от тех, кто мне был немил.
Знал, но молчал. Даже слова ни говорил.
Как и я. Я прекрасно знала, что он делает. Знала, что так же решает проблемы в высших кругах, используя власть и имя семьи, но молчала. Зачастую он наживал себе врагов, так как уже в четырнадцать лет мог заработать крупную сумму денег не совсем честным путём. Он делал это не потому что был стеснён в средствах — это было его хобби. Ему нравились азартные игры. В основном те, в которых можно предугадать ходы. Также нравились дураки, которые велись на его провокации и теряли всё.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы научились общаться без слов. Одними глазами. Знали друг о друге всё, но не мешали и не вмешивались. Эрик всегда был проницательным и азартным человеком. Но его интересовали не сами игры или деньги, а люди. Он наблюдал за ними, осознавая, что человеческая алчность способна сгубить каждого.
Однако парень никогда не демонстрировал свою тёмную натуру аристократам. Для высшего общества он должен был быть примером. Идеалом, на который может положиться не только наследный принц, но и король страны. Я никогда в нём не сомневалась. Эрик всегда знал черту, которую нельзя пересекать.
