- Хорошо, я подумаю. Ладно, мне пора, - буркнул Егор и отключился.
«Новый год, ага. Можно подумать, мне сейчас до праздников? Тем более что мать наверняка начнёт выносить мозг. Ещё и отца подключит… Интересно, куда пропал ролик? Главное, так вовремя появился и не менее вовремя исчез…»
Размышляя, что бы это значило, Егор повернулся, рассеянно скользнул взглядом по экрану телевизора. И уже отвёл глаза в сторону, как вдруг осознал, что там показывают Аню!
Сглотнув, он бросился к пульту, прибавил громкость.
«…водитель скрылся. К счастью, жертвой стала только коляска, ребёнок и мама не пострадали, отделались лёгким испугом. Будьте внимательны на дорогах! С вами Мария Понаронская. Итоговый выпуск «Губернских новостей».
Камера бесстрастно запечатлела, как двое мужчин – явно простые прохожие – помогают Анне выбраться из сугроба, как она плачет, прижимая к себе голубой конверт с младенцем. А потом картинка пошла в сторону и остановилась на расплющенных остатках коляски.
Судя по цвету, той самой, которую он пару раз наблюдал на фото из отчётов…
Чёрт, а он полностью снял наблюдение! Решил, что больше не имеет смысла…
- Аня! – побелевшими губами пробормотал Егор и бросился к телефону.
Он раз за разом набирал номер, но Анна не отзывалась.
«Заблокировала? Внесла в ЧС? Попала в больницу? – в панике бормотал Горин. – Или… спит? Конечно, легла спать и выключила телефон – у неё же грудной ребёнок! Диктор сказала, что никто не пострадал, значит, с Мишей и Аней всё в порядке. Наберу её завтра, а если не ответит, то сам к ним приеду…»
Ночь прошла отвратительно – он долго не мог успокоиться, а когда это наконец случилось, Егор сразу попал в полный кошмаров сон.
То ему снилось, как машина давит коляску, то как Анна целуется с Дивиным. Или видел себя на свадьбе, где на крики «горько» невеста поворачивала голову, тянула к нему вытянутые трубочкой губы, и он отшатывался, потому что это была Олёна.
По закону подлости его вырубило уже утром – на этот раз без сновидений. И Горин проспал до часу дня.
Наверное, спал бы и дальше, да разбудила незваная гостья.
- Я так и знала, что сам ты не соберёшься, - сквозь сон пробивался возмущённый голос матери, – поэтому приехала за тобой. Хорошо, что у меня были ключи, до тебя невозможно ни дозвониться, ни достучаться! Собирайся!
- Куда? Зачем? – спросонья он не понимал, что от него хотят.
Но проще было подчиниться, чем остановить мать. И он покорно поднялся, привёл себя в порядок и поехал с ней в родительский дом.
А там завертелось – Римма Евгеньевна, словно что-то подозревая, ни на минуту не оставляла сына без присмотра. Кое-как он отбился только вечером, пригрозив, что уйдёт, если мать не сбавит обороты.
- Подумаешь, какие мы нежные! – фыркнула родительница. – Ладно, иди и переоденься, через час приедут гости.
- Какие ещё гости? – опешил сын. – Ты говорила, что встречать будем по-семейному.
- Так и есть, семья: то есть, мы, Горины, и наши будущие родственники. Что так смотришь? Разумеется, это Таловы. А ты как хотел – совратил девочку и в кусты? Нет, милый мой, за свои поступки придётся отвечать! Мы со сватами не допустим, чтобы ребёнок рос без отца! И только посмей расстроить Олёну или испортить нам Новый год!
Он влетел в комнату, захлопнул за собой дверь, со злостью ударил кулаком в стену.
Боль слегка отрезвила.
В конце концов, он не мальчик, чтоб его дрессировать! Хочет мама встречать с Таловыми – на здоровье! А он, Егор, не желает этого, поэтому сейчас оденется и просто уйдёт.
«Поеду к Ане – мелькнуло в голове. – Не прогонит же? А если она не одна… Что ж, нам всё равно надо поговорить».
Он вызвал такси и отключил сотовый, как только сел в машину.
- В «Галерею Чижова»!
За час он оббежал половину ТЦ, набрал подарков для Ани и Миши – не с пустыми же руками к ним ехать! Даже если Анна не одна, даже если с ней любовник и отец ребёнка, он, Егор, не станет портить праздник.
Приметы говорят, что нельзя в новый год тянуть старые долги. А он крупно задолжал Ане и Мише! Им давно надо было поговорить. Тогда, возможно, он сможет её окончательно отпустить, а то не жизнь, а мука…
И ругаться или кулаками махать он не станет, нет. Ведь как Новый год встретишь, так его и проведёшь.
«Мы прожили вместе пять лет, - бормотал он себе под нос, пока такси везло его к съёмной квартире. – Она должна меня выслушать и понять! Я погорячился, да, но кто бы на моём месте удержал эмоции? Мне надо убедиться, что с ними всё в порядке, и тогда я смогу закрыть эту страницу».
Весь обвешанный пакетами, он вошёл в подъезд и позвонил в дверь.
На звонок никто не отреагировал.
Егор позвонил ещё. Прислушался – тихо.
Потом постучал.
Снова ничего.
- И чего ты тут гремишь? – из соседней двери выглянула пожилая женщина. – Нет никого, съехали они.
- Куда? Когда?
- Вчера. Или позавчера? Дмитрий вещи выносил, я видела. А куда – не знаю. Позвони хозяину.
- Номер! У вас есть его номер?
Соседка продиктовала.
- На московский автобус их посадил, - недовольным голосом ответил хозяин квартиры. – Звони ей, я ничего не знаю!
«Господи, зимой, с грудным малышом! Одна! На автобусе. И телефон по-прежнему… Аня в сети!!!»
Пакеты посыпались на лестничную площадку, но Егору было не до них.
Трясущимися пальцами он ткнул на вызов. Пошли гудки.
Один. Три. Пять.
- Алло!
От невозможного облегчения у него подкосились ноги – жива! Цела! Ответила!
- Анюта! – вымученно прошептал Горин. – Пожалуйста, не бросай трубку!
Глава 9
- Анюта! - почти простонал Егор. – С вами всё в порядке? Вы где?
И она растерялась, не зная, что ответить.
- Аня? Это ты? – насторожился бывший муж. – Скажи хоть что-нибудь!!!
- Это я, - прошелестела Анна. – Что тебе от нас нужно?
- С вами всё в порядке? – повторил Егор. – Вы где?
Хотелось ответить в рифму, но Аня сдержалась.
- В Москве.
Лгать не имело смысла. То, что она купила билет на автобус в столицу и села в него, Горин установит в два счёта. Даже вечером тридцать первого декабря.
- Я видел сюжет по Новостям, - невпопад произнёс Егор. – Чуть не умер, пока ты не заговорила.
- А… что за сюжет? – абсурдность этой беседы зашкаливала.
- Как вас, - Горин запнулся и рвано выдохнул. – Как коляску раздавил автомобиль. Я подключил людей, мерзавца скоро найдут.
И следом разразился очередью вопросов:
- Ты к нему уехала из Воронежа? Почему не сразу, а только теперь? Он рядом? Как Миша?
- Ты сошёл с ума? – осторожно поинтересовалась Аня. – К кому я уехала, тебя больше не касается, но я отвечу, чтобы ты больше меня не доставал.
- Анюта, я…
- Рядом со мной только Миша, и он спит, - продолжала молодая мать. – Больше мужчин в моей жизни нет. Миша в порядке. Месяц назад ты выбросил нас из своего дома и жизни, к чему сейчас этот спектакль? Если это всё, то отключаюсь.
- Постой, Аня!!! – взмолился Горин. – Я сам не понимаю, что несу… Хотел сказать, что не верю этим тестам. Просто тогда на меня всё давило – результаты эти, мать и… В общем, я сорвался и очень об этом жалею. Пожалел почти сразу, но мама сказала, что не из-за чего беспокоиться, мол, ты у своего любовника.
- Что-о?!
- Она показала мне ваши фото. В общем, сейчас это не имеет значения, но тогда я не мог мыслить логически.
- А сейчас прозрел? Вдруг…, - хмыкнула Анна. – Ладно, я рада за тебя. Прощай!
И хотела сбросить вызов, но сотовый разразился умоляющими воплями:
- Аня, подожди! Не отключайся! Выслушай меня, прошу!
- А меня ты выслушал? – горько уронила она. – Говори, у тебя пять минут.
- Аня, я осёл! Но, пожалуйста, не прогоняй, не бросай трубку, я хочу всё исправить!
- Стереть мне память?
- Разреши приехать к вам! Невозможно разговаривать, не видя глаза друг друга.
