Другими словами, вы можете взять ДНК чего угодно на нашей планете и полностью на основе неживых веществ создать ранее не существующие организмы.
Учёные создают новые формы жизни, но в то же время мы создаём такие формы жизни, которые иммунная система человека и мир вокруг никогда доселе не встречали[91].
В связи с этим вновь встаёт извечный вопрос о значимости жизни — что такое жизнь, почему она так важна и какую роль должны играть люди в её будущем.
Синтетические гены были введены в бактерию, из которой была удалена её собственная первоначальная ДНК. Такие ДНК и РНК заменители носят собирательное название «ксенуклеиновая кислота» (КсНК).
Одна из примечательных характеристик КсНК состоит в том, что они не поддаются биохимическому разложению. Исследователи также разработали энзимы, которые могут синтезировать КсНК из ДНК-матрицы, а также и другие энзимы, которые могут провести «обратную транскрипцию» КсНК в ДНК. Это означает, что они могут хранить и копировать данные точно так же, как и ДНК.
Эксперты подвергли молекулу КсНК искусственному естественному отбору в лабораторных условиях, введя в генетический код мутации. Позволив разным версиям молекулы конкурировать между собой за присоединение в другой молекуле, команда исследователей в результате получила форму, которая связывалась с целью очень точно и специфически — точно так же, как ожидалось бы от ДНК в тех же условиях. Таким образом, КсНК стала единственной известной, помимо ДНК и РНК, молекулой, которая способна к эволюции по Дарвину. Наследственность-хранение и передача информации — и эволюция, две принципиальные особенности жизни, теперь выполнимы не только в ДНК и РНК, но и в других полимерах[92].
От евгеники к генетике
На самом деле синтетическая биология — это прямая экстраполяция молекулярной биологии и лишь один шаг в сторону от нашей доброй старой евгеники. Всё это началось с семьи Рокфеллеров.
Инициатива Фонда Рокфеллера в области генной инженерии не была спонтанным решением. Она была завершением исследований, которые финансировались с 1930-х годов. В конце 1930-х, когда Фонд всё ещё активно участвовал в финансировании евгеники в Третьем рейхе, он начал рекрутировать химиков и физиков, чтобы ускорить создание новой научной дисциплины, названной молекулярной биологией, чтобы отличать её от классической биологии.
В 1930-е годы эту идею продвигал Жак Лёб (Jacques Loeb), биолог Института медицинских исследований Рокфеллера, который благодаря своим экспериментам пришёл к выводу, что личинки иглокожих можно химически стимулировать к развитию бесплодия и что наука в конце концов получит контроль над фундаментальными процессами биологии. Люди в самих институтах Рокфеллера и вокруг них видели в этом абсолютное средство социального контроля и социальной инженерии — евгенику.
Заимствуя очень многое из своих работ по расовой евгенике, учёные Фонда развили идею молекулярной биологии, исходя из фундаментального допущения, что почти все проблемы человечества могут быть решены генетическими и химическими манипуляциями.
Исследовательская цель Фонда заключалась в том, чтобы найти способы свести бесконечную сложность жизни к простым, детерминированным и предсказательным моделям. Приверженцы и покровители новой молекулярной биологии в Фонде были полны решимости составить карту структуры гена и использовать эту информацию, «чтобы решить социальные и нравственные проблемы, включая преступность, бедность, голод и политическую нестабильность»[93].
Ещё одним ключевым партнёром и единомышленником, работавшим на Рокфеллеров и участвовавшим в деле сведения проблем человечества до базового общего знаменателя смерти, был доктор Франц Каллман (Dr. Franz J. Kallmann), генетик-психиатр в Институте психиатрии в штате Нью-Йорк. Доктор Каллман также был председателем-основателем новой подставной евгенической организации — Американского общества генетики человека, которая позже спонсировала «Проект Человеческий Геном».
Этот многомиллиардный проект весьма подходяще размещался в том же самом центре Колд Спринг Харбор, который Рокфеллер, Харриман и Карнеги использовали для своего печально известного Бюро учетных евгенических записей в 1920-х годах. Генетика, по определению Фонда Рокфеллера, будет новым лицом евгеники.
Каллман был убеждённым сторонником практического уничтожения или насильственной стерилизации шизофреников. В 1938 году
«…он потребовал принудительно стерилизовать даже здоровых потомков родителей-шизофреников, чтобы уничтожить эту генетическую линию»[94].
В 1960-х и 1970-х годах, пока Джон Д. Рокфеллер III составляли планы уничтожения мирового населения, его братья Нельсон и Дэвид были заняты деловой стороной реализации Века Америки. В этом проекте решающую роль должен был играть американский агробизнес, а развитие генетических биотехнологий позволило бы объединить столь разные проекты семьи в единый согласованный план по достижению глобального контроля над продовольствием способами, просто невообразимыми для большинства[95].
Сегодня, спустя 10 тысяч лет естественных генетических манипуляций селекционного выведения пород, мы наконец получили прямой доступ к генетическому коду, к ДНК. Сегодня мы проделываем с генной инженерией то, что инженеры делают с каменного века: собирают, перерабатывают и меняют упаковку природы так, чтобы было легче изготавливать новые и надёжные веши.
Добро пожаловать в мир синтетической биологии или, по-простому, генетических модификаций. Это рассвет новой революции в молекулярной биологии и генной инженерии.
За последние несколько лет в результате генетических модификаций появились зерновые культуры, устойчивые к средствам борьбы с сорняками и инсектицидам. Поразительнее всего козы, которым привили ген паука, и поэтому они производят шёлк. Однако следующий этап развития синтетической биологии выводит эту область исследований на абсолютно иной уровень, и это только сейчас начинает доходить до общественного сознания»[96].
«Этот этап основан на так называемой рекомбинантной ДНК. Суть состоит в генетическом введении чужеродной ДНК в растения для создания генетически модифицированных организмов. Так или иначе, Фонд Рокфеллера стремится сократить население посредством изменения репродуктивной функции человека, широко распространяя генномодифицированные семена. Это делается при сотрудничестве с Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ) путём негласного финансирования программы этой организации по охране репродуктивного здоровья с использованием инновационной противостолбнячной вакцины.
В сочетании с натуральным хорионическим гонадотропным гормоном человека она действует как своеобразное абортивное средство, предотвращающее беременность, о чём не сообщается женщинам, которым делают прививку. Также ничего не говорится и о Пентагоне, который рассматривает сокращение населения как изощрённую форму биологический войны для решения мировой проблемы голода[97].
По большому счёту речь идёт об обуздании и подчинении природы, её реконструировании и переустройстве, чтобы она служила прихотям господствующей элиты. Не удивительно, что выражение «играть в Господа Бога» всплывает почти в каждом разговоре. А вместе с ней всплывает и стратегическое исторические видение.
А теперь представьте, что будет, если какой-нибудь частный трест или Пентагон завладеют секретом крупного прорыва в области молекулярной биологии, который имеет огромные последствия для человечества? Военно-промышленный комплекс Пентагона может распространить вирус и использовать вакцину, чтобы истребить, называя это словами самого Пентагона, нежелательное поведение человека. Скажете, это из серии научной фантастики?
На самом деле, есть много потенциально тревожных моментов. Теперь мы можем создать вирус из геномов. Нам уже удалось создать синтетический вирус полиомиелита. И, как сообщило британское издание Daily Mail,
«эта методика может быть использована для воссоздания ужасных вирусов из нашего прошлого, подобных Эболе и штамму гриппа 1918 года, который унёс жизни до 40 миллионов человек»[98].
Более того, есть и более простые способы воссоздания микробов. Можно просто добавить правильный ген к близкому родственнику.
Будущее — это настоящее
А что в будущем? Как будет использована эта технология в будущем? Ведь это в конце концов палка о двух концах. Возьмите, к примеру, детей. У родителей будет возможность не просто генетически отбирать или выбирать своих детей, выстраивая их характеристики кирпичик за кирпичиком, но и в процессе создавать новую породу детей — без болезней, с нужным уровнем IQ и т. д., не говоря уже о добавлении к ДНК родителей ДНК других людей, для того чтобы буквально производить на свет новую породу людей. Вопрос в следующем: если мы даём нашим детям гены, которых у нас нет, являются ли они в этом случае нашими детьми?
