ресторанчик и заказал мое любимое блюдо –
букатини[14]
с лимоном – с доставкой на дом. Это паста с добавлением оливкового масла, овечьего сыра пекорино, лимонной цедры и лимонного сока; туда же добавляется немного мяты – для придания мягкости – и острого перца – для придания остроты. (А также крахмальный краситель для придания блюду красоты.) Вот как все это выглядит.
Сделано с любовью: букатини с лимоном
Вкус был выше всяких похвал! Желудок ликовал, душа пела дифирамбы. Когда рядом никого нет, я и в самом деле пою этому блюду хвалебную песнь – так я в него влюблен.
И вот, дойдя до состояния высшего блаженства, я решил не останавливаться на этом, а идти дальше…
И я пошел. Пошел в пиццерию и заказал себе пиццу с тремя сортами сыра и толстой хрустящей корочкой (огромную, как гора Килиманджаро, – так мне, по крайней мере, казалось).
И завершил это пиршество четырьмя – да-да, четырьмя – великолепными, изумительными, сдобными, неземными, чудесными и прямо-таки божественными, свежими, испеченными в масле круассанами с шоколадной начинкой, которые взял с собой. По-итальянски они называются саккотини с шоколадом (не скажу, правда, что я без ума от них, но выглядели они отменно).
Они были такими аппетитными, что я, оглянувшись и убедившись, что поблизости никого нет, съел одну из них прямо на улице. На ходу. Не останавливаясь. С широкой улыбкой на лице.
Я говорил, что я не гуру? И что я прежде всего человек?
Гастрономия – моя слабость, и у меня пунктик по части гастрономических излишеств.
…Самое разумное – это когда всего в меру, включая и умеренность. (Спасибо за этот совет Оскару Уайльду, именно ему приписывают этот совет; кстати, ему же принадлежит и другой, не менее известный афоризм: «Я могу устоять перед чем угодно, кроме соблазна».)
Что я хочу сказать? Только то, что в обществе, где мы чувствуем себя виноватыми, ущербными и униженными, если не совершенны и не удачливы во всем и не успеваем за день выполнить восемьдесят три продвинутые духовные практики и столько же дел на работе, возможно – именно «возможно» – нам удастся добиться мира только с помощью баланса – умеренности и уравновешенности. То есть с помощью Аристотелевой «золотой середины». При этом не чураясь радостей и удовольствий этого мира, если уж возникнет желание насладиться ими. В конце концов, жизнь довольно коротка, чтобы проживать ее как механизмы, строго следуя заведенным правилам, согласны?
Сразу вспоминаешь о древнегреческих марафонцах, умиравших на дистанции от разрыва сердца, и об итальянских старушках, выпивающих на ночь две рюмки граппы[15] и спокойно доживающих до ста и более лет! Иногда я спрашиваю себя, уж не являются ли нейрохимические процессы, возникающие внутри нас, когда мы делаем нечто вроде «чит-мил»[16] – поедания вредных сладостей, что дает нам чувство счастья и ввергает нас в состояние эйфории, гораздо более позитивной доминантой, чем сверхчеловеческая выдержка и обуздание себя, способствующие выработке кортизола, который не только разрушает мышечную массу, но и подтачивает наши жизненные силы и сокращает срок нашей жизни?
Да, в случае с круассанами я немного перестарался, поскольку ошибся в оценке своего состояния и своих желаний. Если бы за месяцы интенсивной работы над книгой я чуть меньше ограничивал себя и чуть больше предавался излишествам, то в описанный мной теплый летний вечер я вполне бы удовольствовался тарелочкой пасты, кусочком или двумя пиццы и, возможно, съел бы на три круассана меньше.
18. Как справиться с неожиданными переменами
Уже более двадцати лет я гуляю в одном и том же лесу.
Лес – это место, где в стрессовые периоды жизни я восстанавливаю свой творческий потенциал, черпаю энергию, вдохновение и возвращаю себе безмятежность духа.
В то время, когда мне пришлось столкнуться с трудностями, пережить трагедию и страдать от сознания собственной несостоятельности, этот лес был для меня монастырем – своего рода кельей или молельней, где я духовно развивался и преображался.
На одной из тропинок (а их немало в этом лесу), возле небольшого пруда, где плавают утки, врыт в землю щит с надписью, которая всегда помогает мне справиться с неопределенностью.
Первая, наиболее важная ее часть гласит:
«Леса восстанавливаются естественным путем посредством природных сил: ветров, пожаров, насекомых и болезней. Эти силы приводят к появлению участков с мертвыми деревьями, на которых вырастает новый лес».
Информационный щит в моем «лесном монастыре»
Как видите, природа подвержена постоянным переменам. Иногда фундамент, на который мы опираемся, должен быть разрушен и заменен новым, более прочным. Обновление невозможно без разрушения. Прогресс невозможен без перемен и переворотов. Рождение нового, лучшего требует смерти старого, знакомого. Подобные неприятные помехи необходимы не только для эволюции, но и для выживания. Как в случае с лесами.
Человек несведущий расценивает крутые перемены как неприятности, относя их к числу темных сторон жизни. Мы ведь хотим, чтобы все оставалось привычным – таким, каким было. Под сенью привычного нам спокойнее и безопаснее. Однако дискомфорт от перемен в процессе развития, несомненно, гораздо лучше, чем иллюзия безопасности. Я говорю это серьезно. Состояние неподвижности крайне нежелательно и очень пагубно для всех, кто стремится стать героем каждого дня.
Развитие лидерских качеств и совершенствование личности невозможно без выполнения сложных задач – как в пословице: «Кто в деле меньше ленится, тот и дороже ценится». Ведь самые важные изменения, которые остаются надолго, происходят в бурные периоды жизни, а не в тихие дни безмятежного покоя.
Святые, мудрецы, пророки, духовидцы – все они понимали, что основная цель человека на пути к пробуждению в том, чтобы, оказавшись среди смуты, хаоса или беспорядка жизни, оставаться мужественным, невозмутимым, безмятежным и свободным. Чтобы, когда, казалось бы, все вокруг рушится и падает, оставаться спокойным. Чтобы создать внутренний стержень, крепкий и в то же время гибкий, чтобы ничто внешнее не смогло его потрясти. Только представьте: несмотря на то что с вами происходит во внешнем мире, ваша внутренняя жизнь остается непоколебимо спокойной, умиротворенной и безмятежной. Поэтому помните: ваша сила зависит не от стабильности в мире, а от вашего изначального героизма.
Когда вы перестанете сопротивляться переменам, затрагивающим вашу личную жизнь, или профессиональную карьеру, или внешнюю среду обитания, и всем сердцем примете новые обстоятельства, ниспосланные судьбой, вы станете расценивать любое изменение в жизни как божье благословение. Как необходимую ноту в творящей симфонии, которая в то же время является и генеральным планом строительства мира. Как тщательно вытесанную ступень эволюционной лестницы, поднявшись по которой,
