Я тебе перевязываю ленточкой твою пропажу, ты мне – черновой вариант загородного дома. А подробную раскадровку и детализацию можно будет доделать в течение месяца. Договорились?
- Ну-у…, - протянул Денис.
А в голове пронеслось: «Без ножа режет, но разве я мгу ему отказать?»
Аверин выгнул бровь, и Видов поспешил дать положительный ответ.
- Договорились.
- Отлично, - кивнул ему генерал. – Потом я свяжу тебя со строителями, ты будешь лично курировать возведение моего особняка.
- Я?! – ужаснулся Денис. – Но…
- Нет, я, конечно, могу приставить своих ребят, - произнёс Сергей Сергеевич, - но ты разбираешься во всём этом намного лучше моих подчинённых. Считаю, что каждый должен заниматься своим делом: полиция – ловить преступников или искать… беглянок, архитектор – создавать проекты и следить за их воплощением в жизнь.
Выдав это, генерал тут же снова стал серьёзным.
- К началу мая и сам дом, и внутри него, равно как и прилегающая территория, должны быть просто вылизаны! Уже говорил твоему начальству – это мой подарок жене на её юбилей. А супруга у меня обладает отменным вкусом и довольно привередлива. В общем, если ты не успеешь или ей что-то не понравится…
И Денис понял, что влип по самое не балуй!
- А… Ну… Хорошо.
А что он ещё мог сказать? Что проектом занималась Василиса, и без неё он, Денис, не справится? Или что сам он сто лет ничего лично не курировал? А может то, что ведущему архитектору уважаемой компании не по чину месить грязь на стройке, проверяя ту ли марку цемента используют рабочие?
Нет, лучше, как те пингвины: улыбаемся и машем.
- Тогда, если у тебя всё и ты не желаешь присоединиться к трапезе, то можешь идти, - Сергей Сергеевич махнул рукой в сторону выхода. – Не забудь прислать информацию – чем быстрее ты её скинешь, тем скорее начнутся поиски девушки.
Скомканно пожелав Аверину хорошего аппетита и заверив, что всё немедленно скинет, Денис попрощался и вымелся из ресторана.
На улице выдохнул:
-Уф! Какой же он… Давящий! И это у него было хорошее настроение! Страшно представить, каков генерал в гневе. Васька, мерзавка, подставила по полной!
Сев в машину, Видов первым делом отправил Аверину всё по Василисе, а потом поехал домой.
С проектом чёртова генеральского особняка надо было что-то решать. И быстро.
- Придётся тряхнуть стариной, - пробурчал он себе под нос, - и посидеть самому? Ещё бы понимать, что именно генеральская жена желает там видеть! И зачем я этот заказ полностью переложил на Ваську? Нет, пусть бы она его делала, но я должен был держать руку на пульсе, чтобы хоть знать, в каком направлении двигаться. Расслабился, идиот… Надо поискать в её записях. Василиса педант и по каждому проекту делает конспект основных требований, пожеланий заказчика и прочей информации.
Вернувшись домой, он снова переворошил все найденные тетради. Сначала бегло, а потом более внимательно пролистал каждую из них, и сделал два вывода.
Во-первых, девчонка на самом деле тщательно прописывала все детали, начиная с запросов будущего владельца проекта и заканчивая описанием самой разработки. Буквально, по каждому изменению или дополнению!
И, во-вторых, ни строчки, ни цифры, ни буквы по проекту генерала не нашлось.
Впрочем, как и по другим текущим и недавно завершённым работам.
И это уже наводило на размышления.
«Или она на самом деле возвращалась и в порыве мести забрала всё с собой. Или уже давно прибирала и прятала в укромном месте все доказательства своего авторства. Да ну, нет! Васька мне в рот смотрела и едва на меня не молилась. Она не смогла бы так притворяться. Я бы обязательно заметил или почувствовал фальшь! Значит, всё-таки возвращалась…»
Повинуясь пришедшей на ум новой мысли, он бросился к сейфу, открыл его и выдохнул – всё на месте!
По крайней мере, не заметно, чтобы тут кто-то лазил.
«Да и пароль я ей никогда не говорил, - напомнил он себе. – Отец учил, что ни одной бабе нельзя доверять. Спасибо, папа, за науку, как же ты оказался прав!»
Глаза мужчины пробежались по стопкам денег: за два последних проекта покупатели расплатились наличкой и принесли её буквально в день отъезда Василисы. Тогда ему было некогда этим заниматься, поэтому он просто сунул деньги в сейф. Но теперь ничто не мешает отнести их в банк и положить на счёт.
Видов протянул руку, потянул за крайнюю пачку и…
- Не понял?
За ней вместо такой же пачки оказалось пустое место.
С плохими предчувствиями он выдернул следующую, потом ещё и ещё… Так и есть – кто-то сложил деньги в «стенку», прикрыв таким образом нехватку пачек. Уже подозревая худшее, Денис извлёк документы и разложил их на столе рядом с упаковками пятитысячных купюр. А затем внимательно просмотрел бумаги и пересчитал деньги, уже не сомневаясь в результате.
Как в воду глядел!
- ДРЯНЬ!!! Сгною! – в порыве гнева он отшвырнул от стола стул. – Как? Откуда ты узнала код?!
В это трудно поверить, ведь Василиса никогда не проявляла повышенного интереса к деньгам, но из песни слова не выкинешь: она таки его обокрала!
Подумать только – глупая влюбленная дура, которая всегда смотрела ему в рот и не смела слова поперёк сказать, внезапно настолько осмелела, что позволила себе демарш!
«Чёрт, надо было назвать её соавтором «Граней», она бы проглотила и ещё благодарна была. И не стоило сообщать о помолвке с Ликой на награждении, - с запоздалым раскаяньем подумал обескураженный Денис. – Пусть бы Василиса поприсутствовала на официальной части, ей этого за глаза и на год вперёд радости. Потом я бы её спровадил домой – отвезти чёртова Дедала. А сам с партнёрами и будущими родственниками отправился бы в ресторан, на банкет. И там-то объявил о грядущей свадьбе на банкете. А потом тихо перевезти Василису в новую квартиру, нагрузить работой, чтоб головы некогда поднять, и аккуратно преподнести ей новость о браке с Ройсман. Дескать, я жертвую собой во имя нашего будущего. Стопудово купилась бы! Жаль, умная мысль пришла поздно. А теперь… Теперь придётся ломать и давить…»
Глава 9
Вынырнув из грустных размышлений, Денис вернулся к текущим проблемам.
Подсчёт показал, что в сейфе не хватало третьей части от лежавших там денег. Вдобавок исчезли все документы Василисы – её диплом, СНИЛС, сертификат владения на однушку в Капотне и остальные бумаги.
Всё это подтверждало его худшие
