— Мои мясные и костяные големы очень сильны! — рявкнул в ответ темный маг.
Он быстро успокоился, но я мысленно отметил себе оговорку про костяных големов. Их мы пока не видели. Некромант продолжил уже более спокойно:
— Хозяева этой кучки глупцов дали им артефакт, который… немного ослабляет меня и моих созданий. К тому же не хочу показывать им свою силу. Тем не менее я попробую помочь вам всем, чем смогу. После того, как мы договоримся, разумеется.
— Награда? — коротко спросил прагматичный гном, придя к выводу, что наше сотрудничество неизбежно. Полуорк промолчал, он доверил переговоры своему товарищу.
— Половина добычи, плюс я забираю артефакт, — деловито ответил некромант. И добавил, не давая гному возмутиться, — дополнительно у меня есть подарок для вашего мелкого товарища.
Он явно имел в виду меня. Поэтому я спросил:
— Что ты можешь мне предложить?
— Мы, некроманты, видим мир и существ немного по-другому, — начала тот издалека. — В твоем теле, Крысеныш, — он выделил имя интонацией, — я вижу две души, одна из которых сейчас подавляет другую. Но иногда и первая может вырваться и взять контроль над телом. Ведь так?
— Возможно, — коротко ответил я, ощущая на себе удивленные взгляды гнома и полуорка. — И что с того?
— Еще я уверен, что ты обладаешь особым взглядом, который позволяет тебе видеть суть других, — продолжил темный маг. — Но ты явно не можешь познать то, что находится в тебе самом. И дело тут не в душевной необычности, о которой я говорил раньше, а в телесной.
Чертов некромант явно намекал на мой доступ к игровой информации о персонажах! И знал, что я не могу ничего узнать о своем Крысеныше из-за его смешанной расы, которая не предусмотрена правилами сервера и приводит к ошибкам при запросах. Но как?
— Я не скажу тебе, откуда я все это знаю, — тем временем сказал наш неизбежный работодатель. — Зато могу наделить тебя способностью видеть не только других, но и самого себя, мой дорогой гость из другого мира.
Голос некроманта резко изменился, теперь он звучал не в моих ушам, а прямо в голове. Я посмотрел на Свонга и Вольгерта: теперь мои союзники явно ничего не слышали.
— А теперь я обращаюсь к тому, кто находится внутри тебя, к Крысенышу. Я видел, как в глубины альмской канализации спустились необычные гоблин и эльфийка. Как они полюбили друг друга — и у них появился ребенок. И еще я знаю, какой была их судьба после рождения сына. Ты хочешь узнать об этом?
Некромант явно намекал на родителей Крысеныша. Но что он реально о них знает? И неужели он думает, что…
Из глубины внезапно прорвалось полудетское сознание, которое отбросило меня в сторону и захватило контроль если не над всем телом, то над нашими общими голосовыми связками.
— Я согласен, — четко произнес Крысеныш.
— Две трети добычи, и мы с Вольгертом согласны, артефакт, так и быть, можешь оставить себе, — похоже, гном продолжал торговаться с некромантом, даже когда мы перешли на мысленное общение.
— Договорились, — подвел итог некромант немного будничным тоном. — Вам две трети добычи, мне треть и артефакт. И дополнительные услуги для Крысеныша.
Закончив говорить, некромант начал отходить вглубь прохода, стало понемногу теплеть.
— Эй, а твоя помощь? — крикнул вдогонку гном.
— Придет, когда будет нужна, — еле слышно откликнулся темный маг, окончательно исчезая вдалеке.
— Не понял, что именно он пообещал тебе, Крысеныш, — сказал мне Вольгерт, — но, надеюсь, для тебя это действительно важно.
— Очень важно, — тихо откликнулись мы с Крысенышем, который постепенно вновь растворился в глубинах нашего общего сознания.
— Хватит трепаться, — рявкнул на нас гном. — Нам надо выковырять наше серебро из этих мясных кусков. Нам потребуется весь металл до последнего карата!
Сам Свонг уже вовсю копался в ошметках головы ближайшего мясного голема, вырезая кинжалом серебряную пулю.
— И пусть меня отправят гулять по доске, если я оставлю тут хоть одну дробинку!
Глава 9. Решающий аргумент
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сервер с непрямым управлением Энигма.
Альм. Локация Стоки, 2-й уровень, Круг костей.
Когда слизни-утилизаторы разделались с трупами големов, работа по извлечению серебряных пуль из останков пошла быстрее. Теперь приходилось лишь копаться в ошметках одежды, которая была на кусках тел, пошедших на изготовление тварей.
Конечно, мы могли спокойно дождаться, пока слизни сделают свою работу, но Свонгу и Вольгерте это не пришло — и не могло прийти — в голову, а я не смог бы объяснить им особенности игровой механики. Вновь сработал бы голосовой фильтр.
Игровые условности выглядели абсурдно. Но еще бредовее смотрелись порой действия персонажей, управляемых нестандартным серверным ИИ “Энигмы”.
Или не только ИИ?
На серверах с непрямым управлением персонажи действовали практически самостоятельно. Игроки могли лишь наблюдать за ними, иногда используя механизмы “вмешательств”, чтобы направить действия или развитие героев в нужную сторону. Но и тут не было никаких гарантий, что “вмешательство” сработает так, как задумал игрок.
Был ли я единственным персонажем на сервере, в которого попало сознание игрока?
Судя по разговору с гоблином-наставником Шмургом — нет. Старый учитель канализационных воров явно намекал на то, что мой случай не уникален. Он сам был первым кандидатом на такого двуединого персонажа.
И еще, возможно, этот чертов некромант — глава Круга костей — чье имя и внешность оставались для меня неизвестными. Вроде бы темный маг вел себя естественно для такой роли — пока не перешел на мысленную речь, не назвал меня “пришельцем из другого мира” и не обратился напрямую к Крысенышу.
То есть запишем и его в подозреваемые в попаданчестве.
Кто-то еще? Свонг и Вольгерт?
Думаю, пиратов я мог вычеркнуть из подозреваемых. Они вели себя абсолютно естественно для персонажей, воспринимая все игровые условности (вроде червей-утилизаторов, боевых кругов, левел-апов) как единственную возможную реальность.
Конечно, в них тоже могло в будущем попасть сознание игрока, но такой шанс я оценил как минимальный.
Однако это было и потенциальной опасностью для меня. Пока персонажи управлялись ИИ в соответствии с изначально заложенными характерами: пираты рвались из канализации к морю, искренне пошли на сотрудничество со мной, кажется, считали меня приятелем или даже другом.
Оставался вопрос с игроками или игроком — если оба персонажа принадлежат одному человеку. Думать в единственном числе почему-то было проще.
Что он думает, наблюдая за происходящим? Как расценивает сотрудничество своих персонажей со странным полугоблином-полуэльфом, считает ли Крысеныша персонажем игрока или особо хитрым напарником-неписем? Как расценивает сотрудничество с некромантом? Считает ли его приемлемым или попробует вмешаться и изменить поведение своих персонажей.
И тогда Свонг, возможно, после некоторых неискренних колебаний, разрядит мне в грудь свою аркебузу, а Вольгерт с криком “На абордаж!” снесет Крысенышу голову тяжелой абордажной саблей.
Ситуация выглядела сложной и абсолютно непредсказуемой. Оставалось только одно: действовать по-прежнему вместе с гномом и полуорком, но реально рассчитывать только на себя и Куска. В верности инфернальной гончей, названной в честь моего реального пса из настоящей жизни, я не сомневался.
Я прислушался к внутренним ощущениям, пытаясь нащупать в общем сознании личность Крысеныша. Когда у меня это получилось, я понял, что тот разделяет мои взгляды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Несчастный и забитый полугоблин-полуэльф отчаянно хотел найти настоящих верных друзей, но боялся обмана и предательства. А потому тоже предпочитал полагаться только на свои силы. И отчасти на адского пса, с которым его — или нас — объединяла какая-то мощная сила.
Мы чувствовали, что дело тут не только в свистке призыва, который когда-то у главаря канализационных бандитов Брайта стащил полуэльф Крист. Но осознать и объяснить свои ощущения мы пока не могли.
