Вошел альфа, при появлении которого, повинуясь воле ментального приказа, Арина покорно встала на колени, опустив руки.
- Какая же, жалкая и ничтожная. Как я мог так ошибиться, покупая тебя, - сказал Дайер.
Подошел и ткнул ногой девушку.
- Даже на коленях стоять не можешь. Придется учить. Мисс Ванесса и мисс Матильда, это, конечно, не ваши обязанности, но проследите за ее подготовкой с азов. Совершенно нет воспитания. В характеристике, которую мне столь любезно представили к договору, не указывали строптивость и тупоголовость моей новой рабыни. Продают некачественный товар, не указывают брак, а стоимость дерут, как за крупный алмаз. Безобразие.
Ванесса и Матильда, кивнув альфе, уткнулись взглядами в стену, рассматривая экзотическую картину. Дайер, еще раз внимательно взглянув на Арину, продолжил:
- Я еще раз подчеркиваю, что каждая вещь должна знать свое место в моем доме. Возомнившие о себе, невесть что, должны спуститься с небес на землю и осознать, наконец-то, свое основное место в жизни.
Вообще, не представляю, как такая грязнуля будет работать в моем доме.
Альфа кинул взгляд на несчастную, и она по приказу зова покорно, не вставая с колен, двинулась в сторону кушетки в красной зоне. Вползла на нее, раскинув руки и ноги у изголовья и изножья кушетки. Дикий закрепил и затянул ремни, основательно растянув конечности девушки. По молчаливому указанию альфы Матильда, красная от смущения, открыла шкаф, взяла баночку масла и обмазала им открытую поверхность тела Арины.
Девушка настолько ушла в себя от переживаемого ею унижения, что о предстоящем наказании уже и не думала. К таким унижениям невозможно привыкнуть, надо научиться их избегать. Она будет старательной ученицей, хотя бы для вида, и при первой возможности обязательно сбежит отсюда. Здесь оставаться нельзя. Это смертельно. Она доведет до Совета стаи о вопиющих нарушениях при проведении аукциона. Один покупатель фактически ее перепродал, какому-то садисту. Она так это не оставит.
Ее мысли прервал ожог от удара по ягодицам и череда ударов, последовавших за ним. Не выдержав боли, девушка, изнеженная в прошлом, тихонько вскрикивала после каждого удара.
- Пять. Всего пять ударов за нарушение инструкции, а столько шума. Для первого проступка достаточно, в следующий раз будет более суровое наказание, – пригрозил Дайер, демонстративно отбросив розги.
Матильда бросилась к девушке и стала мягко наносить это же масло на ушибленные места после порки, а волк Дайера рвался сам загладить вину перед Ариной, укоряя альфу за излишнюю жестокость.
- Каждая рабыня должна знать своего хозяина. Как бы, не сложилась твоя жизнь в будущем, своего первого хозяина ты должна будешь запомнить надолго. И на тебе, как и на любом предмете в этом доме, как на скотине, принадлежащей мне по праву, будет стоять мой знак, клеймо, – продолжил Дайер.
Рука массажистки на мгновение остановилась, а потом продолжила массаж при нанесении масла. Арина, до которой только сейчас дошел смысл слов Дикого, начала вырываться, но путы крепко держали ее. Со стороны казалось, что по телу девушка проходит легкая судорога.
- Нет, нет, только не это, - стала просить Арина – Вы не можете так поступить со мной, я не скотина, в конце концов, и не тарелка из набора посуды! Прошу Вас не делать этого! Обещаю Вам быть послушной во всем!
- Ха! Продолжай! Так, кто же ты? Не скотина, не тарелка, человек что ли? Все мы знаем, что не совсем. Не человек, но уже и не волчица, не оборотень. Особое существо для моих нужд. Только поэтому тебе купил, а не потому, что ты необыкновенная. Не первая игрушка и не последняя. Хорошо, уговорила! Могу обрадовать.
Арина от радости подняла голову и начала, прерывая речь альфы, горячо благодарить его:
- Спасибо, спасибо большое.
- Ну, что ты, дорогая, не стоит благодарить. Просто, напоминаю, что тебе необходимо научиться выслушивать речь своего Хозяина до конца. Так вот, могу обрадовать, на тебе клеймо будет посложней и покрасивей, чем на других предметах и моих четвероногих.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Потом позже с тебя еще наказание за то, что забыла, как надо обращаться к своему Хозяину и Господину. Хозяин, Хозяин! В конце каждого обращения ко мне! До сих пор не выучила. Придется учить пряником и хлыстом! По - другому не поймешь! Теперь уже десять ударов, потом, когда у меня будет время для твоего воспитания. Поставь это на заметку и не забудь напоминать мне об этом при каждой встрече, чтоб я выделил для этого время.
На лице девушки отражался весь шквал эмоций: от недоумения и глубокой ненависти до осознания обреченности.
Дайер, поглядывая на девушку, с удовольствием продолжал:
- Раз ты у нас не человек, не волчица, не оборотень, и, оказывается, и не животное, то, как раз клеймо будет на своем месте для существа в статусе «Лишенная прав и привилегий». Сейчас до тебя дойдет, что это за статус. Разве тебе это не объяснили при вынесении приговора? Странно. Вот еще над этим тоже придется поработать. Эта покупка одно недоразумение, прежде чем воспользоваться, надо воспитывать. Опять за кого-то работу переделывать.
- Прошу, не надо. Не ставьте клеймо! Как мне потом жить с этим? – еще раз попыталась, рыдая, Арина достучаться до альфы.
- Вот так и будешь жить с ним, зная, кто твой первый Хозяин. Всю жизнь вспоминать меня будешь. Тело у тебя чистое и без рисунков, найдется и для другого клейма место при желании следующего Хозяина. Это для твоего блага. Следующий твой покупатель увидит мое клеймо и сразу поймет, подходишь ты ему или нет. Как знак качества.
- Не надо ставить клеймо. Я и так буду всю жизнь помнить Вас.
- Это не обсуждается. К тому же, клеймо покупателя - не моя прихоть, это требование Вольфа – альфы Черных волков, добавленное в типовой контракт при покупке прав на лот аукциона, так что – ничего личного, плюс и моя воля.
Арина уже давно не сдерживала слезы, а услышанная информация об дополнительном условии в контракте, в очередной раз ударила по нервам.
Лишь Ванесса, на каменном лице которой не промелькнуло ни одной эмоции, поправляя очки на носу, спросила:
- Господин Дайер, наше присутствие обязательно? Мы хотели бы удалиться, дел много.
- А для чего я пригласил вас? Если что-нибудь смущает, можете отвернуться или воспользоваться баром. Я не в обиде. Понимаю, что Вы у нас дамы возвышенные с тонкой натурой. Не все происходящее здесь для ваших нежных ушей, но запомнить, то чему стали свидетелями должны. Просто обязаны.
- О, Вы, как всегда, сама галантность.
- Как хорошо, что мы понимаем друг друга с полуслова.
Подруги прошли в фиолетовую зону, подошли к бару и холодильнику и, выбрав, каждая на свой вкус напиток, расположились на диване, отгородившись от происходящего на кушетки.
Дайер поставил стул у изголовья кушетки и закрепил на его спинке эскиз рисунка.
- Вот любуйся на мое клеймо, которое скоро украсит твое тело. Буду работать в несколько этапов. Сегодня одна часть работы, через несколько дней другая. Видишь, жалею тебя, слабенькую такую. Пока же, изучай и запоминай детали. Придется полюбить метку, ведь тебе с ним жить потом. Это и есть настоящее начало твоей карьеры игрушки. Ведь все живые игрушки бывают меченными, разве ты этого не знала?
Нервы Арины не выдержали и она начала плакать, давясь от слез:
- Прошу Вас, остановитесь. Я буду послушной, обещаю!
- Не противься этому и не хнычь. Сопли тут не разводи. Конечно, будешь послушна и с дрессировкой и без. По моему приказу будешь делать все, как велю, но надо было следовать инструкции добровольно и от души. Мне нечего не стоит заставить делать все, что мне взбредет в голову, и ты это уже поняла. Поэтому твои слова ничего не стоят. Не мешай мне сосредоточиться на работе, а то рисунок выйдет кривым и иглу я давно в руках не держал. Скажи спасибо, что работаю не варварским старинным способом с раскаленной кочергой для клеймения, а татуировочку наношу все-таки, цени мое бережное отношение к вещам. Будешь много рыдать, то два клейма поставлю, как непослушной игрушке.
