- Как жили сталинградцы в первые месяцы после битвы?
- Ютились в землянках и подвалах, при светильниках из гильз с фитильками из лоскутов шинели. Питались скудно - по карточкам: хлеб, крупы, хорошо если постное масло. А работали много. Выносили из развалин полуистлевшие трупы врагов, среди груд мусора выбирали каждый гвоздик, целый кирпичик, брёвнышко, лист погнутого железа - всё шло на ремонт и строительство. Труднее всего было раздобыть стекло, подчас для остекления применяли старые зеркала, чудом уцелевшие в чьих-то домах.
Из немецких шинелей женщины шили себе "модные тапочки". Чтобы придать им более презентабельный вид, их "лакировали" сахарным сиропом. А вечерами, после тяжёлого трудового дня, переодевшись из ватных штанов и телогреек в довоенные платьица, бежали на танцы под патефон. Какие-то это были особые люди, невиданной стойкости и жизнелюбия.
Наглядные свидетельства жизни города - в фотографиях, сделанных иностранными корреспондентами в 1947 г.: среди руин виднеются "свежеотстроенные" деревянные павильоны - часовая мастерская, газетные киоски, скромное временное здание вокзала с кассами[?]
- Сегодня нам внушают мысль, что Великая победа досталась нам ценой огромных, подчас бессмысленных жертв, а немцы, мол, воевали профессионально, умело.
- Современные кинематографисты живописуют весь ужас советской передовой, с непременными штрафбатами и заградотрядами, но вот какой показательный факт снова находим среди отзывов о Выставке трофейного вооружения: "20 августа 1942 г. под Ржевом нашей частью был захвачен немецкий склад, - пишет полковник Ёлкин. - В складе, кроме сёдел, постромков, шинелей, было найдено 200 штук никелированных кандалов с миниатюрными замками. Они употреблялись, по показаниям пленных, для оковывания солдат, отказывавшихся стоять на посту в зимнюю стужу. Если этот экспонат будет дан на выставке, то он вызовет огромный интерес советских посетителей[?] Пройдёт много лет, советские граждане будут помнить ярковыраженную веру фашистского командования в технику, не понимая того, что судьбу Победы не может решить техника без людей, спаянных одной мыслью - победить!" В самую точку попал фронтовик! Спаянность армии и народов СССР в единое целое и укрепила дух, вдохновлявший на Победу.
Беседовал Арсений ЗАМОСТЬЯНОВ
Господа, не экономьте правду!
Господа, не экономьте правду!
ТЕЛЕЛОББИ
Окончание. Начало на стр. 1.
Возражал Дондурею и Леонид Парфёнов:
"Мне тоже кажется, что на самом деле никакие "классные дамы" не могут поправить нравственность в эфире. Проблема имеет корни не в испорченности телевизионщиков, которые только и хотят рассказывать про то, как убийца наматывает кишки жертвы на локоть, а в том, что в условиях "чёрный, белый не берите" приходится брать жёлтое. И трудно за это осуждать, потому что всем понятно, что спорить о детях Кристины Орбакайте на телевидении можно, а на общественно-политическую проблематику - нельзя[?]"
Опять президенту морочат голову. Мы - не "классные дамы", но мы помним, кто закладывал основы "желтизны" на голубом экране. При условиях полной свободы слова, когда проблема "чёрный, белый не берите" не стояла. С 1997 года Леонид Парфёнов (тогда генпродюсер НТВ) и "испорченные телевизионщики" продвигали заставлявшие краснеть всю страну передачи "Про это" и "Империя страсти".
Далее Леонид Геннадиевич сказал:
"[?]общественно-политическое вещание основных федеральных телеканалов так или иначе корректируется властью, это, в общем, властный пиар, и огромная доля общественного мнения людей, которые не голосуют за власть на выборах, совершенно не учитывается телевидением, их нет, поскольку телевидение "провластно" просто изначально".
Президент в заключительном слове высказался по поводу "провластности": "На государственных каналах не может не быть влияния государства. А как?"
Действительно, а как? Или Леонид Геннадиевич хочет, чтобы вернулись "пятиминутки ненависти", о которых он так раздражённо говорил одиннадцать с лишним лет назад? Чтобы ящик поносил и шантажировал власть, как при Гусинском и Березовском?
А какие насущные общественно-политические темы не обсуждаются сейчас на телевидении? Кому не дают слова? Конечно, стараются не давать тем, кто не конструктивен и хамоват.
В последнем "Поединке" (посвящённом борьбе с коррупцией, о необходимости конфискации спорили Александр Хинштейн и Александр Починок) участвовал Станислав Кучер. Задавая вопрос Хинштейну, он начал запанибрата, дескать, Сашу давно знает, затем невзначай оскорбил депутата, намекая на его коррумпированность, потом открещивался от этого[?] Когда же он кончит затянувшийся на пять минут вопрос, вроде и про "партию жуликов и воров" ввернул, куда он клонит? Оказывается, к тому, что бороться с коррупцией при нынешней власти бессмысленно. Так что, свергать её? А зачем он тогда вошёл в Совет по правам человека?
На заседании Совета, развивая мысль Парфёнова, Кучер сказал: "[?]существующих законов у нас вполне достаточно для того, чтобы ограничить поток той грязи, которая действительно присутствует на телевидении".
Это, извините, цинизм. Он что, не знает, что московским депутатам по суду не удалось закрыть "Дом-2"? Телевизионщики отбились даже от Закона о защите детей от вредного влияния СМИ, вступившего в силу 1 сентября. Ведь по закону предполагался полный запрет показа передач 16+ в детское время - так происходит во всём мире на всех каналах, находящихся в открытом доступе, - а он чудесным образом выродился в маркировку передач, ориентировку, облегчающую тинейджерам поиск запретных плодов. Издевательство над здравым смыслом.
Но суть самозащиты телевизионщиков на совете высказали, на удивление, не болотные любимцы, а представитель, так сказать, противоположного митинга Максим Шевченко, начал он тоже с неправды:
"Хотел бы присоединиться к Николаю Карловичу (Сванидзе) как представитель телевидения. Вопросы, поднятые господином Дондуреем, по сути, правильные, но эффективных форм контроля за контентом СМИ, честно говоря, ещё не придумано[?]"
Как не придумано? Мы - единственная страна в мире, где давно отработанные "эффективные формы контроля" не задействованы.
А вот и суть:
"Что касается широкой связи с критиками, с телекритиками, с независимыми экспертами, здесь на самом деле есть над чем работать, но придавать этому какой-то официальный статус контроля над СМИ, передавать этот контроль людям, которые не несут ответственности за финансовое, за экономическое развитие телеканалов или радиостанций, - мне кажется, это просто приведёт к уничтожению электронных средств массовой информации как эффективного медийного бизнеса".
Жирным я выделил ключевые слова. Перевожу с политкорректного языка на полемически заострённый. Максим Леонардович фактически заявил: "Не лезьте в наш бизнес! Не мешайте нам зарабатывать деньги".
Хочется спросить: а ваш бизнес делает что-то полезное? Хозяева вашей корпорации на заработанные деньги содержат детские дома, реабилитационные центры? Делают просветительские передачи? Финансируют разумное, доброе, вечное?.. Нет же. Огромные деньги, заработанные на пошлейшей развлекаловке, они тратят на себя и на производство очередного, ещё более пошлого и вредного "продукта". Электронные СМИ не только и не столько бизнес, сколько эффективное орудие, оно стреляет по своим, бьёт по нравственным устоям народа, убивает надежду на возрождение России.
Присутствующий на заседании совета ведущий "Постскриптума", председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Алексей Пушков тоже не стал противоречить коллегам. Возможно, потому что у него было запланировано выступление на другую тему.
Итак, телевизионщики, несмотря на разницу политических взглядов, солидарно выступили против любых форм контроля за электронными СМИ. Какие они правозащитники? Они защитники прав своих работодателей-медиамагнатов.
Корпоративные интересы выше государственных.
В заключение введённый в заблуждение бывшими теленачальниками и ведущими президент сказал: "[?]я бы просил Даниила Борисовича доработать в контакте с коллегами, которые здесь представлены и в нашем совете, работающими в СМИ уже многие годы, поработать совместно. <[?]> я сделаю всё для того, чтобы эти предложения, согласованные со всеми, при разности подходов были реализованы в жизнь".
