Киваю, а у самой внутри сердце словно заполошное. Впервые я разговаривала с мамой в таком тоне. Все ждала, что она сорвется, наорет на меня, поставит на место. А она… Она усмехнулась, похвалила, можно сказать. И так гадко становится. Получается, вот чего она ждала от меня? Такого же неприкрытого цинизма и готовности продавать всех и вся?
- Ты должна быть сильной, Лида, - тихо говорит Власов. - Тогда все получится.
Он прав. Но почему же я себя не чувствую способной на это?
Близость Володи придает сил. Пусть он и преследует свою цель, пусть это не совсем по-настоящему, но рядом с ним мне легче держать удар.
- Спасибо…
Я возвращаюсь на кухню, стараюсь отвлечься ужином, но то и дело вспоминаю его слова. Кручу в голове и так, и эдак.
Сам ужин проходит в молчаливом напряжении. Власов задумчив и немногословен. Я тоже не лезу с разговорами и с трепетом жду, когда наступит момент ложиться спать. Гадаю, как это будет - мы будем просто спать или…
Однако Владимир решает все вопросы довольно просто:
- Я в душ. Я себе в гостиной постелил. Так что спокойно ложись спать.
- Да? Хорошо…
- Не накручивай себя, Лида. Завтра все пройдет как надо - Адам хорош в своем деле. Он не даст тебя в обиду.
- Я понимаю, - отвечаю, а сама чувствую, что вот-вот позорно расплачусь. - Он уже в курсе?
- Да. Приедет с утра. Не волнуйся - он сделает все как надо, и мы вытащим тебя из этой кабалы.
- А ты?
- Что я? Я разберусь с Геной.
- Спокойной ночи, Вова. И спасибо тебе за все…
На мгновение между нами снова начинает звенеть то самое напряжение. Но где-то за окном взрывается писком сигнализация. Власов вздрагивает и резко отводит взгляд, шумно выдыхая.
- Спокойно ночи, Лида.
Мне горько, но я давлю эти ненужные эмоции. Мы партнеры. Ничего личного. Жалею ли я о том, что поддалась моменту и переспала с Власовым? Удивительно, но нет. Мне было хорошо. А то, что у этого не будет продолжения…
Что ж, я уже поняла, что жизнь - это не сказка.
Следующим утром мама присылает СМС с адресом, где будет встреча. Я почти не сплю этой ночью. Стараюсь, но никак не получается перестать думать. Пытаюсь анализировать все, что случилось. Даже придумываю, какие слова скажу маме, настраиваюсь на то, что надо вести себя сдержанно и отстраненно. Цинично. Ведь этого она ждет.
Как сказале Адам - эмоции сейчас самый главный враг. Я не смогу выиграть, если поддамся им.
В итоге утром я не очень выспанная. Сам Штерн, заявляясь даже слишком рано, выглядит бодрым и свежим. Даже каким-то хищным. Словно зверь, который собирается загнать добычу.
- Готова? - спрашивает, едва встречаемся в коридоре.
- Да. Мама уже прислала адрес.
- Знаю. Володя скинул. Место, прямо скажем, не очень удобное, - морщится он.
- Почему? Ресторан вроде.
- Ресторан, - кивает он. - Вопрос только в том, кому он принадлежит. Но ничего - я подстраховался, так что проблем быть не должно.
- Точно? - настораживаюсь я. - Может, тогда лучше перенести?
Мгновенно вспоминаю, как вчера меня затащили в машину. И мороз по коже.
- Нет, все будет нормально, Лида. Главное - веди себя так, как я научил. Никаких истерик. Ты смирилась и приняла их правила игры. В лоб ничего не добиться. Помни об этом. Мы их перехитрим.
Перед выходом Владимир подходит ко мне, когда Штерн уже вышел из квартиры.
- Ничего не бойся, - говорит он тихо. Сегодня мы почти не пересекались - так, перебросились парой слов за кофе, и все. Власов поправляет мне прядь волос. Смотрит так, по сообенному. Совсем как в момент близости. - Я буду неподалеку.
- Зачем?
- Чтобы ты не была одна.
- А разве ты не…
Мужчина не дает мне договорить - неожиданно целует. Прижимает к себе - резко, быстро, жадно. У меня кружится голова. Я совершенно его не понимаю. Ведь вчера вместо того, чтобы остаться со мной, он выбрал иное!
- Иди, - вздыхает и подталкивает к выходу.
Я, ошарашенная, послушно выполняю, слышу, как за спиной щелкает замок. Адам оборачивается.
- Ну? Время идет.
До машины я иду на автомате, совершенно не понимаю куда и зачем. И только спустя несколько минут до меня доходит в полной мере и слова, и посыл Володи. Так неужели он все же… Но я ведь слышала, что он говорил другу!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Ты как вообще? - интересуется Штерн, перестраиваясь между рядами.
- Что?
- Лида, ау! Сосредоточься. У нас вообще-то серьезное дело впереди. Твоя мать не должна ничего заподозрить.
- Да, конечно, - киваю, а у самой мысли-то далеко.
- Слушай, если не готова сейчас…
Фраза обрывается - машину резко дергает в сторону, вслед за этим слышится громкий хлопок, а я чувствую обжигающую боль в области груди.
Последнее, что успеваю осознать - на нас несется еще одна машина…
- 23 Владимир -
Я забыл, как это - волноваться за кого-то. Переживать как за себя.
Когда внутри струна натянута до предела, когда ты дышишь через раз. Когда каждое появление врачей заставляет вздрагивать - ведь они могут сказать то, к чему ты не готов.
Про аварию я узнал быстро. Они даже не успели отъехать далеко. Тот, кто спровоцировал, скрылся, и с этим мне еще предстоит разобраться. Но в итоге в машину Адама въехала другая, и все обернулось настоящим безумием.
Сколько я здесь проторчал? Да черт его знает. Но я не готов уйти, пока не узнаю, как они там. Как там Лида…
Прикрываю глаза, вспоминая вчерашний вечер.
Черт… Мне стоило немалых трудов удержать дистанцию и не поддаться искушению. Когда я играл в благородство? Я уже и забыл. Но рядом с ней хотелось быть лучше, хотелось дать уверенность, что то, что было между нами - не проходное. Я же четко видел, как подобная мысль промелькнула на ее лице, когда Адам расписывал вариант с беременностью.
Лида побледнела. Поджала губы, но никаких истерик или претензий не озвучила.
Сильная девочка, которую заставил повзрослеть столь жестокими методами.
Я до чертей в глазах хотел провести ночь с ней. Но не рискнул. Не захотел давать ей повод считать, что я всего лишь пользуюсь ситуацией. Ведь это давно уже не так…
- Вы родственник Штерна?
- Близкий друг.
Врач окидывает меня нечитаемым взглядом.
- Что с ним?
- Вообще-то мы даем информацию только родным.
- У него сейчас в городе никого. Так что?
- В целом отделался царапинами, учитывая аварию, в которой он побывал.
Киваю, принимая к сведению. Испытываю облегчение. Но лишь отчасти. Потому что…
- А девушка? С ним в машине была еще пассажир.
Мужик хмурится и мрачнеет.
- С ней дела обстоят куда хуже.
- Почему? - внутри все стянуто до предела. Стоит мне только подумать, что с Лидой… - Она жива? Операция?
- Только что закончилась. Скажем так, девочке не повезло. Удар пришелся на ее сторону и, откровенно говоря… - он качает головой. - Вероятность, что она останется инвалидом очень большая.
- В каком смысле? - голос садится, а меня самого словно поджаривает. - Что конкретно с ней не так? Ожоги? Переломы? Что?!
- Ноги. Шансы, что она снова будет ходить, минимальны.
Он говорит что-то еще, но я почти не слушаю. Лишь машинально киваю, а у самого в голове на повторе слова о том, что Лида не сможет ходить.
Черт, как же я ей в глаза-то посмотрю…
- Так как?
- Что простите?
- С оформлением палаты как быть?
- Делайте все что нужно, конечно. И реабилитация, и остальное - я все оплачу, - говорю севшим голосом.
- Хорошо.
Я оглушен. Только что радовался за друга, а теперь раздавлен новостью про Лиду. Я уже не пытаюсь понять, почему ее боль воспринимаю как свою. Я просто судорожно ищу выход из этого дерьма.
Что делать? Куда бежать?!
Эмоции бьют наотмашь, я задыхаюсь, только представив, какой станет ее жизнь после.
- Я могу увидеть Адама?
- Только недолго.
