оказать непосредственную военную поддержку в защитите Перекопа и Крыма. Правительство предлагало переместить союзнические гарнизоны в глубь полуострова — 1000 человек расположить в Симферополе, по 500 — в Евпатории и Феодосии, по 300 — в Карасубазаре (Белогорске) и Джанкое, по 100 — в Перекопе и Таганаше (село Соленое Озеро Джанкойского района).
Увы, правительства Антанты охотно соглашались на бомбардировку советского побережья, но старались избегать полномасштабных боев на суше.
2 апреля 1919 г. в Севастополь прибыл перешедший на службу в Добрармию контр-адмирал М.П. Саблин. Деникин назначил его на пост «Главного командира судов и портов Черного моря». В инициативном порядке русские морские офицеры создали в Крыму флотилию из нескольких вооруженных мобилизованных гражданских судов и подводной лодки «Тюлень». В конце марта — начале апреля эта белая флотилия начала действовать на Азовском море и в Керченском проливе.
Любопытно, что и крымское Краевое правительство решило создать собственный флот. По его указанию мичман Г.М. Галафре начал восстановление миноносца «Живой».
Рассказ о всех перипетиях Гражданской войны в России выходит за рамки монографии, и здесь я лишь скажу о том, что основные силы Советской республики в первой половине 1919 г. были брошены на восток против Колчака.
В конце февраля 1919 г. красные сформировали Заднепровскую дивизию под командованием П.Е. Дыбенко. В дивизию входило три бригады. 1‑й командовал Григорьев, она действовала против Одессы. Командиром 3‑й бригады был Нестор Махно — с ней все ясно. И лишь 2‑я бригада должна была наступать на Крым.
14 марта 2‑я бригада Заднепровской дивизии захватила Мелитополь. Ну а в 20‑х числах бригада подошла к укрепленным позициям на Чонгарском и Перекопском перешейках. На Перекопе находилось около 2500 белогвардейцев Деникина. А в начале марта подошли еще 600 греческих солдат.
12 марта 1919 г. начальник штаба Севастопольской крепости Федор Петрович Рерберг записал: «Пока была надежда на успех, Екатеринодарское и Симферопольское начальство весьма хладнокровно относилось к нашим предложениям об укреплении и вооружении пушками Канэ Перекопских и Чонгарских позиций; над нами смеялись, наши предложения отвергали»[40].
Похоже, такая беспечность верхов Добровольческой армии в отношении обороны Крыма объяснялась уверенностью в скором взятии Москвы.
25 марта 2‑я бригада прорвала первую линию обороны Добровольческой армии у железнодорожной станции Сальково и взяла Геническ. К тому времени 2‑я бригада состояла из трех стрелковых полков и кавалерийской бригады. В 1‑м Заднепровском полку числилось 2700 человек, из них вооруженных — 2000.
В 5‑м Заднепровском полку числилось 13 400 человек, из них 680 имели винтовки, в полку было 4 пулемета.
6‑й Заднепровский полк — 800 человек, из них 500 с винтовками, в полку 8 пулеметов.
В состав кавалерийского дивизиона входило 560 человек, в том числе 450 сабель и 450 лошадей, а также взвод (2 единицы) 48‑линейных (122‑мм) гаубиц.
28 марта эти части с боем подошли к Чонгарскому мосту, а на следующий день форсировали Чонгарский перешеек. Командир 2‑й бригады С.И. Петриковский (Петренко) в тот же день сообщил из Новоалексеевки: «Бой шел четверо суток день и ночь как артиллерийский, так и пулеметный и ружейный… На четвертый день боя вверенная мне бригада разбила противника… Захваченные нами бронепоезд “Сокол” и броневая площадка “Муромец” взяты в рукопашном бою… На деревянном Чонгарском мосту нами установлены уже пулеметы, так что переход в Крым открыт».
9 апреля 2‑я бригада взяла Джанкой. До Симферополя оставалось 160 верст.
К началу 1919 г. Черное море было разделено на две зоны. Южный берег находился под британской юрисдикцией, а за северный, включая Крым, отвечали французы. Командующим в Севастополе был адмирал Амет, державший флаг на линкоре «Жан Бар». У французов было пять линкоров, несколько сторожевых кораблей и эсминцев. Британский старший морской начальник находился на крейсере «Кентербери». А греческий флот был представлен линкором «Килкис» и эсминцами[41]. На берегу, кроме русских войск, находилось около 3000 французов и примерно столько же греков. Добровольческая армия насчитывала 4100 штыков, 1300 сабель и 1700 человек в артиллерии.
Чтобы хоть на некоторое время задержать дальнейшее наступление красных по Арабатской стрелке, интервенты в ночь на 1 апреля направили к Геническу два французских миноносца, которые начали обстрел города и окрестных сел.
К апрелю 1919 г. укрепления Перекопа состояли из окопа на левом фланге у «кордона», с тремя линиями проволочных заграждений.
Помимо наступления с фронта на Перекоп красные высадили десант в Картинитском заливе возле Сарабулата. С катера «Пчелка» было высажено аж 12 бойцов!
Десант захватил у шоссейной дороги телефонную и телеграфную станцию, вызвав замешательство у белых частей на Перекопе. Кроме того, отряд красных перешел вброд Сиваш у Перекопа.
Адмиралы Антанты решили поучаствовать в спектакле «Оборона Перекопа» и отправили несколько эсминцев в Картинитский залив. Они встали немного севернее хутора Бакал (с 1945 г. с. Славное) и на предельной дальности открыли огонь в направлении Перекопа и тем … напугали белых.
3 апреля прибыл британский гидроавиатранспорт «Эмпресс» и сразу был отправлен вместе с монитором М.17 к фронту у Перекопа. Впрочем, без особого успеха. В тот же день началась эвакуация Одессы, подорвавшая боевой дух Добровольческой армии.
Деникинцы знали, что в тылу захватили телеграфную станцию, и вдруг в тылу канонада, а спереди наступают красные. В итоге 4 апреля в 16.00. «добровольцы» в панике бежали с Перекопа. Красные без боя вошли в Армянск.
Отряды белых (в основном из 4‑й дивизии генерал-майора А.А. Корвин-Круковского) отступили к Джанкою, а оттуда почему-то двинулись не к Симферополю, а к Керчи.
К 20 апреля белые заняли Акмонайские позиции, не давая красным прорваться на Керченский полуостров.
11 апреля красные без боя заняли Евпаторию и Симферополь.
Из Симферополя один батальон красных двинулся через перевал на Алушту и Ялту, которые 13 апреля были взяты без боя.
Ну а 3‑й Таврический полк и два батальона 4‑го Заднепровского полка под командованием С.И. Петриковского (Петренко) двинулись на Севастополь.
А в самом Севастополе началась паника. «Крымский вестник» 9 апреля писал: «Творилось нечто невероятное. Нанимали автомобили, экипажи, линейки, дроги. Платили безумные деньги, лишь бы уехать и скрыться там, куда уехало правительство. Платили за автомобиль до 10–12 тыс. руб., за экипаж — 3–5 тыс. руб. Уже к вечеру понедельника 7 апреля волны беженцев залили весь Севастополь. Занято буквально все. Беженцы ночуют в школах, ими заняты все кофейни, заезжие дворы, они приютились где только возможно».
7 апреля Краевое правительство бежало из Симферополя в Севастополь под защиту союзного флота. Однако там они быстро поняли, что «тетушка» тоже начала собирать чемоданы.
10 апреля в середине дня члены Краевого правительства с семьями собрались на Графской пристани.
