Она опять посмотрела на Мартина и Спенсера, которых уже успели окружить дамы, и вежливо улыбнулась Брекинриджу.
– Я предпочту остаться с вами, – ответил граф.
– Что ж, тогда пойдемте дальше.
Брекинридж вдруг остановился.
– А может быть, вы хотели бы немного отдохнуть?
– С удовольствием. Давайте присядем.
Они прошли по лужайке и сели на скамью под деревом-зонтиком.
– Какая чудесная ночь! – сказал он.
– Не могу не согласиться с вами, – кивнула Эвелин.
Они молча сидели на скамье и чувствовали себя неловко. Мимо них по лужайке проходили леди и джентльмены, они разговаривали и смеялись. Эвелин положила руки на колени. Вообще в обществе мужчин она всегда чувствовала себя скованно. Даже рядом с мужем. Особенно до свадьбы. После помолвки они время от времени гуляли, и во время этих прогулок Эвелин и ее будущий муж почти все время молчали.
– Барон Фримонт рассказал нам сегодня о совершенно удивительном происшествии, – сказала Эвелин, пытаясь заполнить затянувшуюся паузу. – Представляете, недавно он обнаружил древнее оружие викингов на территории своего поместья. Одна из его собак стала рыть землю в саду…
– У меня тоже есть собака, – прервал ее лорд Брекинридж. – Настоящее чудовище. Собака принадлежала отцу, и мать сейчас ни под каким видом не желает с ней расставаться. Это несносное животное все время лает, а когда начинается дождь, оно воет.
От собаки Джордж перешел к описанию своего поместья и его окрестностей. Потом начал рассказывать о дренажной системе, сооруженной на его полях, и ее недостатках.
Еще через несколько минут Эвелин стало совершенно ясно, что графа мало занимает ее персона. Он не задавал ей никаких вопросов, а если она делала какое-то замечание, Брекинридж тут же перебивал ее и начинал говорить о своих проблемах и о себе. Он и сидел-то сейчас с ней только потому, что дядя, лорд Рэдли, настаивал на его браке с Эвелин. Других причин не было. И молодым людям приходилось терпеть общество друг друга.
Эвелин посмотрела в сторону залива. Лорд Спенсер подхватил на руки одну из девушек, забросил ее на свое плечо, словно это был мешок картошки, и понес весело визжащую и лягающуюся незнакомку к воде. Лорд Мартин и другие дамы громко и одобрительно смеялись. Ах, как бы ей хотелось тоже стоять там, на берегу, среди этих людей и смеяться, вместо того чтобы вот так уныло сидеть и молчать, сжимая пальцы!
Лорд Спенсер наконец поставил кричащую девушку на песок у самой кромки воды. Потом повернулся к Мартину и попытался схватить его. Но тот ловко увернулся от объятий своего приятеля и бросился бежать. Спенсер побежал за ним. Неожиданно Мартин прыгнул в воду. Послышался громкий всплеск.
От неожиданности Эвелин даже подскочила, прикрыв рот рукой. Лорд Спенсер не долго думая кинулся за Мартином. Они боролись, кричали, брызгались водой, разлетавшейся веерами серебряных капель. Стоявшие на берегу женщины дружно хохотали.
– Какое безобразие! – Брекинридж поднялся со скамьи и подставил Эвелин свой острый локоть. – Позвольте немедленно сопроводить вас в отель и избавить от столь отвратительного зрелища.
Продолжая смотреть на плещущихся в воде Мартина и лорда Спенсера, Эвелин сказала то, что ожидал услышать от нее граф:
– Да, действительно, это выглядит неприлично.
Эвелин позволила графу увести себя с лужайки, вовсе не потому, что не хотела становиться свидетельницей безобразной сцены, а лишь из-за той странной тяжести, что внезапно вдруг легла на ее сердце. И зависти, что проснулась в ней при виде этих людей, которые могли позволить себе вот так запросто отступить от предписанных обществом правил поведения ради минуты непритворного веселья, ради мгновения счастья.
Неужели она будет всегда чужой на празднике жизни? Эвелин послушно брела рядом с лордом Брекинриджем. Но ведь она уже получила предложение от дамского угодника и опасного соблазнителя лорда Лэнгдона покататься на яхте. Выбор за ней.
Молодые люди вышли наконец на гравийную дорожку и зашагали к отелю. Они шли медленно, не торопясь, как два очень старых человека, абсолютно чужие друг другу. Эвелин вздохнула и принялась обдумывать предложение Мартина и возможные последствия этой прогулки на яхте.
Спустя некоторое время в коридоре отеля появился лорд Лэнгдон. Он остановился перед своей дверью и стал отыскивать в кармане брюк ключ от номера. Вода струйками сбегала с его одежды. На ковровой дорожке остались мокрые следы от ботинок, а перед дверью даже успела образоваться целая лужица. Увидев, что Брекинридж увел Эвелин, Мартин быстро распрощался со Спенсером и дамами и направился в отель, все еще надеясь встретиться с Эвелин.
Мартин подошел к двери ее номера и прислушался: она уже там? Или все еще прогуливается с графом?
Внезапно дверь распахнулась, и Мартину ничего не оставалось, как широко улыбнуться. Потом он как-то беспомощно похлопал себя руками по бокам и пробормотал:
– Пахнет водорослями. Это я случайно упал. В воду.
Эвелин сложила руки на груди и прислонилась к дверному косяку, внимательно изучая Мартина. Он смотрел на нее. Эта женщина бросала ему вызов, и он с радостью принимал его.
– Вы не случайно упали, – сказала она. – Я все видела.
Мартин вдруг снова широко улыбнулся и подошел ближе к Эвелин. Его явно забавляла эта сцена.
– Да неужели?
Он снял с себя свой роскошный галстук-бабочку и выжал его. Вода струйками полилась на пол прямо под ноги Эвелин. Она выпрямилась и сделала шаг назад. Затем снова посмотрела на Мартина. Каждая их встреча превращается в какое-то противостояние – Мартин все время поддразнивает ее, провоцирует на опрометчивый поступок.
– Что ж, вы правы, я упал в воду не случайно. И что вы теперь собираетесь делать? Хотите всем рассказать об этом?
– Наверное, это стоило бы сделать, – пошутила она и улыбнулась. Но ее глаза оставались холодными и настороженными, что удивило Мартина. – Для начала надо бы позвать служащих отеля, – добавила она.
Мартин сделал еще один шаг к Эвелин, его губы оказались в дюйме от ее хорошенького носика.
– Но ведь вы не станете этого делать? Нет?
Ее дыхание коснулось щеки Мартина.
– Я пока не решила, как мне поступить.
Этот ее спокойный, бесстрастный тон был достоин похвалы. Она прекрасно владела собой.
– И что же я должен такое сделать, чтобы вы меня пощадили? – спросил Мартин.
Эвелин слегка склонила набок голову и нахмурилась:
– Это морская вода, и от нее останутся следы.
Мартин заговорил мягким, вкрадчивым голосом:
– Может, мы вместе с вами встанем на колени и попытаемся уничтожить эти пятна?
