обратиться в полицию. Ипполит же в ответ рекомендует обратиться к Вам как к заслуженному частному сыщику. Катя Вас не узнает, что, в общем-то, несколько странно — хоть с Вашей последней встречи и прошло около десяти лет, люди в такой срок не настолько сильно меняются, чтобы совершенно их не узнать. Впрочем, простим этому тридцатилетнему ребенку ее забывчивость и легковерие. Вам ведь удалось добиться главного: она сама пришла к Вам в контору и доверила свою судьбу! Отныне она целиком в Ваших руках. Ну а сыграть на чувствах вдовы, не взимая с нее плату за услуги и изображая искреннюю влюбленность, оказалось для Вас легчайшим делом — Вы ведь и подлинно влюблены, черт Вас побери! Ну кто бы еще решился на подобное, не будучи страстно влюбленным! — и Мишка вдруг расхохотался в обычной своей манере.
— Ты…ты… — я хватал воздух ртом, но так и не нашелся, что ответить напарнику.
— А знаете, Николай Алексеич, что заставило меня начать подозревать Вас? Вы станете смеяться, — и Мишка хитро ухмыльнулся. — Помните тот вечер, когда я умолял Вас не пить ледяную настойку перед визитом к штурману, чтобы заново не слечь с флюсом? Вы ведь тогда начисто проигнорировали мои слова, хотя до того еще на моей памяти дважды подхватывали его после злоупотребления холодными напитками. Я, может, теорию и плохо знаю, даром что ли меня из университета выгнали, но вот нюх меня еще никогда не подводил: если человек что-то делает, невзирая ни на какие разумные советы, значит, именно такого результата он и стремится добиться. Николай Алексеич, Николай Алексеич, — вздохнул вдруг он и мечтательно откинул голову.
— Что ты теперь намереваешься делать?
— Боюсь, я мало чем могу Вам помочь. Капитан уже обратился к исправнику и дал показания… Да-да, Ипполит упредил Вас: поняв, что Вы такой же его удачливый соперник, как и покойный Сергей, он решил действовать наверняка. И, на его счастье, Светлова понесла. Благодаря дружбе с конюхом помещицы Ипполит узнает об этом одним из первых и тут же идет к капитану, диктуя условия своего молчания: капитан Захаров должен донести на Вас полиции. Полагаю, он это уже сделал. Вы в ловушке, Николай Алексеич, — снова пожал плечами Мишка и печально хмыкнул.
Я сжал побелевшими пальцами виски и закричал. Катя не должна была всего этого знать. Второй супруг, убивший первого — это уж слишком для такой чистой и наивной души, она не вынесет подобного удара. Я кричал во весь голос и не слышал шаги вошедших, когда же открыл глаза, то увидел перед собой околоточного. Я побледнел, вцепился руками в край стола, собираясь сопротивляться до последнего, однако, околоточный отчего-то проследовал мимо меня прямиком к Ипполиту, подхватил его за локоть и, что-то назидательно шепча, вывел из комнаты. Я изумленно посмотрел им вслед, за ними тут же бросилась простоволосая Лизавета, но дверь захлопнулась прямо перед ее носом, и она влетела в гостиную и вновь принялась голосить:
— Волк! Зверь! Это ты, это все ты! Теперь его у меня заберут, заберут навсегда! Это все ты! Я пожалуюсь исправнику! Я дойду до государя! Это ты оболгал его!
— Ну отчего же, — мягко остановил ее Мишка, обнимая за плечи, усаживая за стол и наливая в стакан мутной прогорклой водки, — Ваш супруг тоже причастен к преступлению и понесет наказание вполне заслуженно.
— Так это ты? — ошеломленный, вскочил я и бросился к нему, теребя его за лацканы шинели.
— Николай Алексеич, — растерянно пожал он плечами, — ну разве могу я остаться без работы и без заработка? Вы ведь теперь непременно сделаете меня своим партнером, а как мне, форменному повесе, упускать такую редкую возможность?.. Да и с Катериной Матвеевной нехорошо так поступать. Не по-джентльменски совсем.
— Но как?! Как ты уговорил капитана изменить показания?!
— Учитывая семейные секреты самого Ипполита Андреевича, — и он умилительным взглядом окинул Лизавету Дмитриевну, уже слегка захмелевшую от выпитого, — это было нетрудно.
Несмотря на все свои несомненные недостатки, Мишка был мне совершенно необходим, ибо по части нашего с ним рода занятий превратился в абсолютнейшего виртуоза.
