Меня трясло от боли, горечи и обиды. Жуткое желание высказать всё, что кипит в душе, переполняло меня.
Рома оторвал взгляд от окна и уставился на меня. Он посмотрел на меня задурманенным взглядом. Я выдержала этот взгляд — чужой, ледяной, безразличный. В мутных глазах Ромы отразилось недоумение…..и тревога, разбивая мои последние надежды, на то, что Рома рассказал правду. Всего лишь на миг. Потом радужка глаз сделалась непроницаемой, как стёкла солнцезащитных очков. Его глаза искали ответа в моих, цепко всматриваясь в самую глубину, пытаясь уловить ход моих мыслей и не могли. Наверное, мне удалось отразить его непроницаемый взгляд.
— Я пришёл, потому что люблю тебя, — попытался он выгородить себя.
— Не надо, Рома, — поморщилась я. — Обойдёмся без сентиментальностей. Ты пришел, потому что тебя давно уже никто не ждёт. Ты конченый эгоист, и тебе наплевать на чувства других людей. Самое важное сейчас то, с чего всё началось. А началось всё с обмана. Ты же гениальный артист, великолепный клоун. Тебе под силу любые эмоции и любые маски, даже маска убийцы не проблема. Должно быть, маска влюблённого и заботливого кавалера не самая сложная твоя роль. Ты самый опасный хищник, который кидается на жертву, когда та не чувствует опасности. Я жила с тобой доверяла и не подозревала, что живу с волком в овечьей шкуре.
— Таня, я не понимаю, о чём ты говоришь, — ретировался он.
— Прекрасно понимаешь, — отрезала я. — Всё это время ты обманывал меня, скрывал правду и вёл свою игру. Понимаю, удобнее всего притвориться влюблённым, и жить в своё удовольствие, создавая иллюзию счастья.
Рома выдержал мой взгляд, он не отвёл глаза, он признал мою правоту. Он сел напротив меня и глухо спросил:
— Как ты догадалась?
— Неважно. — Мой голос дрогнул. Рома признался в своей лжи, и от этого я испытала удовлетворение и опустошение.
— Таня, я действовал в твоих интересах — попытался оправдаться он.
— Ты не любил меня, а всего лишь использовал. Тебе нужно было надёжное прикрытие, видимо лучше варианта не нашлось. Мне намекали на то, что я живу с наркоманом, но ты настолько втёрся ко мне в доверие, что у меня даже мысли не возникало присмотреться к тебе.
— Но не мог же я сказать тебе об этом напрямик! — вспыхнул он.
— Почему же? — Я нашла в себе силы с иронизировать:- Моя хрупкая женская душа не выдержала бы чудовищной правды?
— Всё могло случиться.
— Вот именно! Но тебя даже это не остановило. Все вокруг знали правду, и шептались за моей спиной, а я выглядела полной дурой, безумно верящей в твою искреннюю любовь.
— Я не мог сказать правду, — оборвал он меня.
— Почему???
— Я привязался к тебе. Правда разрушила бы наши отношения.
— Ничего подобного! Я любила тебя, даже больше, чем ты себе представляешь! Вместе мы смогли найти выход, я уверена. Существует множество клиник, специализированных для наркоманов, там множество людей успешно излечившихся от этой страшной зависимости. Нельзя бояться просить помощи у близких людей, вместе гораздо больше шансов преодолеть трудности. Почему-то я уверена, что твой страх просто отговорка, скорее всего тебя устраивает такая жизнь. Но ты сам понимаешь, что ни одна нормальная баба не опуститься до совместной жизни с наркоманом и убийцей.
Я поднялась со стула, подошла к окну. Вокруг темнота, тусклый фонарь освещает маленькое пространство нашего двора. Все люди спят и видят тысячи разных снов. Завтра город вновь наполнится шумом и эта ночь навсегда канет в лета, как сотни других одиноких и холодных.
— Всё спокойно, никого нет. Тебе ничто не грозит, — резко сказала я, а затем добавила:- Рома я хочу, чтобы ты немедленно ушёл.
Рома встал, и подошёл ко мне. Он попытался меня обнять, но я брезгливо его оттолкнула.
— Как я понимаю, выбора у меня нет? — мрачно спросил он.
— Нет.
Он развернулся и направился к двери. На пороге он оглянулся. В его глазах застыли слёзы. Затем, он вытащил из — за пазухи какой-то свёрток, и протянул мне.
— Что это? — тихо спросила я.
— Деньги. — У тебя искать не будут.
Я смотрела на Ромку глазами полными ужаса, и чувствовала, как моё сердце пронзает острая боль. Почему он не может уйти, захлопнув за собой дверь. Во, что он, пытается на последок меня впутать? По телу пробежала мелкая дрожь, во рту пересохло, я чувствовала, что грохнусь прямо в прихожей. Я судорожно сглотнула и еле слышно произнесла:
— Ты же получил что хотел. Что тебе ещё от меня надо? Я не возьму этих денег, выкручивайся сам.
— Таня, меня убьют, с этими деньгами или без. Я слишком затянул игру. Понимаешь, у меня никого нет. Я уверяю тебя, ты — в полной безопасности. Никто не знает, где эти деньги, а уж тем более не поверят, что пятьсот тысяч долларов я таскаю в кармане куртки.
— Ско-лько? — заикаясь, спросила я.
— Держи, — сказал он, отдавая мне увесистый свёрток. — Здесь полмиллиона баксов, почти целое состояние. Если я не вернусь через три дня, распоряжайся ими как хочешь.
— Таня, обещай, что поможешь моей матери, — грустно добавил он.
Я, молча, кивнула и взяла свёрток. Рома кинул на меня прощальный взгляд и вышел. Я знала — это последняя встреча. Больше живым Ромку я не видела.
Захлопнув дверь, я помчалась на кухню и припала к окну. Вдруг сердце так больно сжалось, а потом бешено заколотилось, готовое выпрыгнуть из груди. Увидев, что к дому подъехал «джип», я сразу всё поняла и бросилась к двери. Я очень надеялась, что успею окликнуть Ромку, и вернуть назад. Открыв двери на распашку я крикнула изо всех сил в пустой подъезд: — Рома! Рома! Рома!!!!.. Услышав хлопок открывающейся двери, я поняла, что опоздала. Когда я вернулась к окну, было уже поздно что — либо исправить. Из машины вышел мордоворот и направился на встречу к Роме. Он вплотную приблизился к Ромке, и вдруг раздалось несколько выстрелов. Потом тишина. Мордоворот стал быстро удаляться, оглядываясь по сторонам. Затем ловко заскочил в «Джип». Машина дёрнулась и понеслась прочь со двора. Прямо у меня на глазах Рома повалился на землю. Я сидела, широко раскрыв рот, не в силах пошевелиться. Вскоре во дворе послышались людские крики, и к подъезду, где несколько минут назад произошла трагедия, сбежались люди. Я так и не смогла выйти на улицу. В голове крутились картинки, как в калейдоскопе. Мозг наотрез отказывался воспринимать происходящее. Словно через призму я смотрела на приехавшую скорую, милицию. В голове эхом отдавались чьи-то крики и ужас этой страшной и кровожадной ночи. Люди наперебой пытались помочь полиции восстановить картину происшедшего, давали показания. Меньше всего мне хотелось встречаться с полицией, скорее всего, я пойду свидетельницей, а потом переквалифицируюсь в подозреваемую, так зачастую бывает с теми, кто несёт в себе чувство патриотизма. Теперь я своими глазами увидела, что стоит человек после смерти: Ещё час назад Рома стоял живой, мы ругались, но он был жив. Как бы я хотела повернуть время вспять! А сейчас его безжизненное тело бросили в чёрный мешок и закинули в труповозку, словно мешок картошки. И всё же человеческая жизнь ни черта не ценится в нашем государстве, что же говорить о смерти. Стоит ли вообще с уважением относиться к мёртвым? Конечно, если этот человек имел отношение к вам при жизни, а если нет, тогда зачем? Так проще: можно пройти мимо, можно посочувствовать и всплакнуть, и думать, какое счастье, что это случилось не в моей семье. Нет безразличных людей, есть глубоко бесчувственные и эгоистичные.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
