class="p1">Юлия задумалась минут аж на десять. Затем она допила свой стакан сиропа и говорит — А ты отчаянный сорвиголова! Раз лезешь в пекло клана Дракулети! Мы можем проверить эту гипотезу, ведь смерти Кранберга, Дварра и Ландвера имеют тонкую невидимую связь, которая косвенно указывает на Христиана Дракулети! Мы поступим так! Карина пускай поспрашивает у Дварров про Дина, ведь они традиционные союзники Лютеров! Я и Кир отправимся к Кранбергам! Воспитанником Блейма Ландвера был мастер Краузе, Ортега, отправляйся в жилой кампус Академии и разузнай у него хоть что то! –
— Прям частный Отдел Экзорцистов! — развела руками Карина.
Ортега задумался.
Она специально разделила всех, а Кира себе взяла, интересно какой план у этой ищейки позолоченных ублюдков?
— Вопросы есть? — спросила Юлия.
— Кто будет платить за фуршет? — спросил Кир, давая сразу понять, что на мели.
Все уставились на Карину, естественно она Лютер же, денежный мешок.
— Ой! Я не знаю хватит ли, в последнее время у нас тяготы с финансами…. Хотя есть! — бубнит она.
Странно! Впервые у Лютеров такое! Неужели казнь ее дяди так повлияла?
Ортега направился в сторону Академии.
Добравшись до Академии, Ортега быстро нашел Краузе.
Старый трудоголик что то записывал в их аудитории 23.
— А это вы, господин Искариот! Не думал вас здесь увидеть! Вам что то нужно? — спросил учитель.
— Я бы хотел поговорить об одном учащимся Академии! — начал Ортега.
— Я вас слушаю! О кем речь? — Краузе отложил свою письменную рутину.
— Вы помните Блейма Ландвера? — спросил Ортега.
— Знакомая фамилия и имя! Да, отдаленно припоминаю! — наморщил морщинистый лоб Краузе.
— Он учился в Академии восемь лет, а затем повесился! — осторожно пояснил Ортега.
— Ах, да! Точно! Теперь вспомнил! Да, страшная трагедия! А вы то откуда это узнали? — спросил удивленно Краузе.
— А вот! — Ортега отдает ему улики.
Краузе берет документы и тщательно читает.
— Да! Печальная история тогда эта была! Я скажу вот что! Блейм Ландвер был отчаянным и дерзким парнем, любившим жизнь! Вряд ли он сам полез в петлю! — грустно говорит Краузе.
— Есть те, кто мог бы что нибудь про него сказать? — допытывается Ортега.
Краузе задумывается и уходит в аудиторский склад. Затем возвращается с папкой.
— Вот! Здесь номера учеников, с кем учился и дружил Блейм! — он протягивает Ортеге истрепанный документ.
— Благодарю вас! Мастер! — отвешивает поклон Ортега.
— Удачи вам, господин Искариот! Про учебу не забывайте! — говорит он и снова возвращается к письменной рутине.
Ортега вышел в холл довольный. А все таки не такой противный этот Краузе! Нормальный старичок!
И начал он изучать номера друзей Блейма. В итоге номеров сохранившихся оказалось четыре.
Первый Алан Дракос. Набирает номер на пейджере. Номер вне связи! Ладно облом!
Второй Плейт Дварр (еще один Дварр). Нормального разговора не вышло. На звонок ответил Дед Плейта, который рассказал, что его долбанутый внучара, влез в долги, распродал почти все имущество и в итоге сбросился с крыши их же семейного небоскреба! А он остался с голой жопой, испорченными нервами и кучей неоплаченных счетов.
Третий — Афина Тлань. Здесь тоже была неудача. Ответила ее дочь, сказав что мать попала в аварию несколько лет назад и потеряла память.
Остался последний.
Мэлоун Дормон. Волнительно, Ортега нажал на вызов.
— Да? — раздался мужской спокойный голос.
— Мэлоун Дормон? — на всякий случай спросил Ортега.
— Да, это я! А, с кем имею честь разговаривать? — отозвался голос.
— Я Ортега Искариот! Хочу спросить у вас про Блейма Ландвера! –
— О! Блейми! Он умер давно уже! — тяжело вздохнул голос.
— Я как раз расследую его убийство! — пояснил Ортега.
— Вот как! Что конкретно вы хотите знать? — голос однако оживился.
— Да все угодно! — выпалил Ортега.
— Нужна конкретика, если хотите по настоящему найти истину! Я тоже уверен, что это было убийство! В планах вешаться у Блейми не было! Я то знаю! За три года до смерти он связался с каким то важным богатым аристократом! Не знаю, что за делу у них были, но Блейми был настоящим сексуальным хищником и любителем вдохнуть звездную пыль, правда потом он подсел на морфий! Семья ненавидела Блейми, а тот аристократ купил ему личные апартаменты, книги и вернул в Академию! Этот богач определенно желал добра Блейми. В день смерти, Блейми был вне себя от радости, он с помощью махинаций выбил у семьи все сбережения, закупил множество звездной пыли, психостимуляторов, ящики с лучшей крепкой огненной медовухой и снял комнату в нашем лупанарии аж до самой ночи, развлекаясь с десятком жриц любви! Поздно ночью, за пару часов до трагедии, он позвонил мне и предложил выпить. Я отказался, а он пожелал приятных снов, направился из публичного дома к себе. Он обещал позвонить как доберется, я ждал почти до утра. А затем узнал про его смерть. Если хотите больше об этом узнать, то отправляйтесь в Пролетарский Огонь, в лупанарий "Стальной жезл"! Учитывая что он там часто бывал и одаривал всех, может и вспомнят его жрицы любви! — голос закончил.
— Благодарю! — сказал Ортега.
— Всегда пожалуйста! Звони, если что! — попрощался голос и связь оборвалась.
Вот это поворот! Значит придется посетить публичный дом клана Лютер! Делать нечего, коль хотим докопаться до правды.
Ортега мигом направился в метро.
Проезжая несколько станций, он снова погрузился в размышления, про эти слухи, в которых фигурируют мутанты из секретных правительственных биолабораторий….
Так он и доехал до Пролетарского Огня.
Приехав в знакомый район, Ортега сразу узнает и лавку ювелира и….
Ну конечно! Снова на этом стремном пирсе рыбачил протохват.
Завидев Ортегу, он радостно помахал ему лапкой — Мур! Господин! –
Ортега тоже помахал ему рукой и полез в карман за деньгами.
— На, лови! — сказал он и кинул протохвату до ста сребра.
Протохват ловко поймал и тут же отвесил низкий поклон.
А теперь лупанарий! Публичный дом возвышался на самом краю района, замыкая собой районный тупик.
Выглядел он как обычный феодальный особняк, только модернизованный и электризованный.
Ортега вошел в него, хотя ему непривычно было в подобном заведении.
Изнутри пестрило довольно яркое убранство — на полу шикарный расписной ковер, на стенах узорные обои, картины, в воздухе клубился аромат сладких благовоний.
По среди зала возвышалась шикарная мраморная лестница со статуями мифических существ, которые выделялись своими хорошо сделанными половыми органами.
На нижних ступеньках сидела фигура в бархатном балахоне, лицо спрятано под капюшоном.
Увидев Ортегу, фигура зашевелилась — Впервые здесь? Будь как дома! — послышался женский мелодичный голосок.
— А вы кто? — спросил Ортега.
— Я Ханна, хозяйка этого заведения! И также тетя наших
