Все в Штатах, что можно было бы объединить под стилем «фальшивый люкс», было собрано воедино в облике грандиозного владения миссис Молли: настоящий музей отвратительного вкуса!
— Вот мы и приехали! — сообщает нам наша хозяйка.
Пино бросает на меня взгляд Христофора Колумба,
который мечтает открыть остров, надеясь, что это будет Америка.
— Спасибо! — скрежещу я зубами. — Все как обещано!
На пороге дома появляется пара темнокожих слуг.
— Хэлло, Скотт! Хэлло, Долли! Разгружайте багаж, а я приготовлю комнаты.
Высокий негр в белой куртке направляется к багажнику.
— Нет! — останавливаю я его так решительно, что он отпрыгивает в сторону, как когда-то его пра-пра-прадедушка от кобры. — Мы разгрузим сами. У нас хрупкие предметы. Помогите лучше своей хозяйке.
Слуги послушно отошли от автомобиля.
— Мы разгружаем наш багаж, — я формулирую задачу своей команде. — Затем Берю и Маркиз уезжают на драндулете, чтобы найти укромное местечко и припрятать там жмурика... Хозяйке же я объясню, что вы поехали в поселок за сигаретами. Со своими болячками я никуда не гожусь, поэтому, Толстяк, надеюсь на твою трезвую голову.
— Будь спокоен, шеф! Я сделаю все так, как сделал бы это ты сам!
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Молли решительно настаивает на том, чтобы мы провели у нее несколько дней. Нам тоже этого хочется. Хочется немного расслабиться и поскорее забыть выпавшие на нашу долю испытания в Морбак Сити. А мне такая передышка крайне необходима: покалеченное плечо требует относительного покоя.
Ты же знаешь, что комфорт это всегда комфорт, даже если он дурного вкуса. Развалившись в ужасно мягком кресле со стаканом коктейля «Кровавая Мери», я отдаюсь полностью во власть окутывающего меня покоя. Молли сообщает мне, что у нее есть маленький заводик (в три ангара для Конкорда) по переработке свинины и обещает завтра познакомить меня со своим производством. Я выражаю восторг, так как нет ничего более развлекательного, чем наблюдать, как убивают током и разделывают свиней. Такое зрелище, конечно же, нельзя пропустить!
Берю и Маркиз отсутствовали три часа, но хозяйка не волновалась: у нее было еще шесть автомобилей, среди которых совершенно новый «феррари 4566».
Ликующий вид Толстяка внушает мне оптимизм. Проглотив предложенный ему Молли аперитив, он требует вина, и слуга приносит бутылку «Белой Лошади» и хочет обслужить гостя, но Александр-Бенуа берет инициативу в свои руки и, забрав бутылку, отпускает слугу.
— Валяй, парень! Если ты понадобишься мне, я свистну, вот так!
И он, действительно, свистит, от чего вся компания вздрагивает.
— Обаятельная наша, — обращается он к хозяйке, а потом ко мне. — Шеф, переводи все, что я буду говорить! Скажи ей, что машина слегка пострадала. Оторвана правая дверца, возможно, и левая тоже, правое крыло. Поскольку согнут передний бампер, я снял его вместе с номером и положил в багажник. Ничего страшного. Но это не все: где-то потерялась выхлопная труба. Я думаю, что придется также заменить радиатор... Вспомнил, вот в кармане еще ручка от дверцы!
— Что произошло? — спрашиваю я, пораженный его информацией.
— Пожарники, шеф, зажали нас на узкой улочке! Спроси месье Маркиза. Но ты же знаешь, что нас нельзя заблокировать! Дикий народ здесь, скажу я тебе! Дикий!
Когда Молли покидает нас, Берю сообщает мне самое главное:
— От клиента мы избавились надежно. Все шито-крыто. Но прежде чем расстаться с ним, я кое-что у него изъял.
Он достает из кармана портмоне, часы и жетон со знаком ФБР.
Удар оказался настолько сильным и точным, что мои надпочечники тут же среагировали, выбросив весь остаток адреналина в мой ослабевший организм. Мне показалось, что я на грани сердечного криза.
— Антуан! — взволновано заорал профессор.
— Сана! — вторит ему Пино.
Друзья рядом, и минутная слабость покидает меня. Я наливаю полный стакан водки, понизив уровень в бутылке на пять пальцев, но зато мой моральный уровень поднимается сразу на все десять, когда я вливаю ее в себя.
— Жетон ФБР, — бормочу я. — Пропал парень из ФБР.
— Ну и что? — пытается успокоить меня Берю. — Какая разница: пастух или флик из ФБР?
— Разница в том, что всесильная ФБР никогда не стала бы искать убийцу пастуха! Ситуация очень скверная. Компаньонке убитого удалось бежать! Если им удастся нас схватить, то линчевания не избежать!
— Да мадам не успела нас даже рассмотреть хорошо! — продолжает успокаивать меня Берю.
Но я уже думаю о другом! Если люди из ФБР идут по следу Фузиту, значит, не так все просто! Что же натворила здесь наша землячка? Любой ценой я должен проникнуть в тайну Мартини.
Я изучаю документы убитого. Витлей Стибурн. Родился в Портленде (штат Орегон) 18 марта 1945 г. Адрес: 1111, Конексьон Бульвар, Лос-Анжелес. Именной жетон 6018. Права на. вождение автомобиля, кредитная карточка, фотография старой женщины (мать?), тысяча долларов.
Я несколько раз повторяю на память все данные агента ФБР № 6018, потом сжигаю в камине все документы и доллары в том числе.
Теперь остается наметить план действия на ближайшие дни. Это умственная задача напоминает мне рождение узора под руками вышивальщицы: она так же захватывающа.
Рано утром в мою комнату без стука входит миссис Молли.
Я, конечно же, выражаю ей искреннюю признательность за такой ранний визит, но чувствую, что больше ничего не могу выразить! Так хочется побыть одному!
Но хозяйка дома и положения, явилась, видно, с очень серьезными намерениями. Она выглядит возмущенной до глубины души, что так непохоже на толстушек.
— Мартьен — это вы? — спрашивает она металлическим голосом.
— Да, это я. Откуда вы знаете, как меня называет малыш Руаи?
Трагическим жестом она протягивает мне исписанную фломастером салфетку.
Читаю:
«Мартьен!
Нас слишком много, чтобы можно было незаметно уйти от преследования, поэтому я предпочитаю бежать в одиночку. Поскольку у меня нет денег, то я беру кое-что из шкатулки Толстушки (но не все!). Постарайся успокоить ее, — ты владеешь секретом обращения с женщинами. Желаю счастливого возвращения во Францию тебе и твоим дружкам! Смешные они у тебя! Когда я разбогатею, то обязательно приеду в Париж, чтобы встретиться с тобой!
Твой друг Руаи».
Хозяйка выходит из себя.
— Ворюга, чертово отродье! Я сейчас же сообщу в полицию! Но, вы плачете, мистер?
Она так удивлена, что сразу успокаивается.
Да, я плачу и не вижу в этом ничего плохого! Я вспомнил - ангельское личико малыша, изуродованное садистской рукой его отца. Я словно наяву увидел его маленькие руки, вцепившиеся в руль летящей в пропасть машины. Если бы у меня были свои дети, которых, очевидно, уже никогда не будет, то я бы хотел, чтобы они были похожи на этого ребенка, с которым свела меня судьба.
Пусть же хранит тебя Господь! Пусть он ведет тебя по жизни, мой милый хулиган!
— Мистер, вы плачете? — потеплевшим голосом переспрашивает меня Молли.
— Да, я плачу, Молли! Прошу вас, не делайте ему зла, Молли! Не губите его! Я возмещу стоимость недостающих драгоценностей!
Она приподнимает ночную рубашку.
— Вы очень суровый мужчина, но у вас такое нежное сердце!
Как тут не согласиться.
— Я думаю, что вы правы, Молли...
Исчезновение драгоценностей из шкатулки и разбитый вдребезги автомобиль поубавили пыл настоятельных просьб хозяйки подольше побыть в ее плену.
После сытного завтрака, за которым только один Александр-Бенуа проглотил шестнадцать сосисок, восемь жареных яиц с беконом, запивая их огромным количеством каберне, мы окончательно решаем распрощаться с нашей общей любимицей Молли.
Я посылаю в городок самого неприметного из всех нас Пино, чтобы взять напрокат автомобиль, и он скоро возвращается за рулем огромного «понтиака» очень похожего на реактивный «болид», который он купил на базаре.
И вскоре мы катим по американской автостраде с довольно приличной скоростью, где-то между скоростью катафалка, запряженного парой гнедых, и автомобилем на авторалли «Тур де Франс» — по извилистым дорогам в Пиренеях.
* * *
Можешь представить себе, с каким облегчением и с какой огромной радостью мы вступили, наконец, во владения Гарольда Ж. Б. Честертона-Леви.
Оказавшись в своем номере, я тут же звоню Анжелле.
— Вы удовлетворены поездкой в Морбак Сити? — спрашивает красавица.
— Намного больше, чем ожидал.
— Вы мне расскажете о поездке?
— Обязательно, иначе как же я смогу утолить свою жажду видеть вас?
Она смеется.
— Буду через час! Босс укатил в Москву! Пытается завладеть русским кинорынком.
— Он беспредельно великодушен, раз оставил вас здесь!
— Все проще: он только мне доверяет кассу нашего магазина!
