Напряженный и настороженный, линзмен проследовал за своим гидом по узкой дорожке, ведущей сквозь стену, где трудились клепальщики и сверлильщики. Вскоре они очутились в комнате практически без стен. Вместо потолка положены ярус за ярусом огромные балки. Но это - место их встречи: там собралась почти сотня ригелийцев!
Направляясь к собравшимся, Сэммс неожиданно увидел, что крановщик уронил стальную плиту весом в пару тонн с высоты восьми или десяти футов на пол прямо позади него.
- Я был готов выскочить из скафандра,-так описывал Сэммс свою реакцию; это описание, видимо, соответствовало его реальным переживаниям.
Во всяком случае, он на короткое время потерял контроль над собой, и ригелиец послал ему мысленный импульс, успокаивая, спрашивая и удивляясь одновременно. Ригелиец никак не мог понять такую повышенную чувствительность теллурийца, как Сэммс не постиг, что для этих людей понятие физического насилия абсолютно незнакомо.
Сэммс закрыл глаза, спасаясь от хаоса ярких красок, невероятным усилием воли отвлекся от оглушительного шума, принуждая себя сконцентрироваться каждой клеткой мозга на своей задаче.
- Прошу вас синхронно подключиться к моему сознанию, и чем больше вас будет, тем лучше,- направил он свою мысль на группу людей, а потом стал общаться с каждым в отдельности. И никто ему не подошел. Некоторые были сильней других, инициативнее, энергичнее, более напористые. Но никто не подходил. Пока...
- Слава тебе Господи! - из-за нахлынувшего на него ликования и облегчения Сэммс теперь не замечал ни ярких красок, не слышал шума.-Вы, сэр, годитесь в линзмены. Как я догадываюсь, вы - Дронвир.
- Да, Вирджил Сэммс. Я Дронвир. И наконец-то я добьюсь того, к чему всю свою жизнь стремился. А как с остальными? С моими старыми друзьями? Разве некоторые из них не годятся?"
- Не знаю. Ты сам будешь выбирать...- Сэммс остановился, удивленный. Остальные ригелийцы находились в комнате, но контакт установился у Сэммса только с Дронвиром.
- Они поняли твою мысль и, сознавая, что вопрос более или менее личный, оставили нас одних беседовать, пока мы кого-нибудь из них не пригласим подключиться к нам.
- Твои рассуждения мне нравятся, я это ценю. Ты отправишься в Эрайзию. Там получишь Линзу для себя. Вернувшись сюда, отберешь достойных и пошлешь в Эрайзию стольких своих приятелей, сколько сочтешь необходимым. Ты будешь выполнять задания, пользуясь эрай-зианской Линзой. Затем хотел бы позвать тебя прилететь на Землю и принять участие в Галактическом Совете. Ты согласен?
- Согласен,- Дронвиру не требовалось времени на обдумывание ответа.
Собравшиеся разошлись. Тот же самый водитель отвез Сэммса назад к "Чикаго", причем так же "медленно" и "осторожно", как и в предыдущий раз. Но теперь свои мучения Сэммс переносил не так болезненно, хотя Сэммс прекрасно осознавал, что любой толчок или крен машины добавляет дополнительный синяк на его тело, сплошь покрытое синяками и ранами. Он добился успеха, и эйфория победы выполнила функцию обезболивающего лекарства.
Капитан "Чикаго" встретил Сэммса в переходном шлюзе, заполненном воздухом, и помог снять скафандр.
- С тобой действительно все в порядке, Сэммс? - поинтересовался Винфилд, обращаясь к линзмену не в качестве капитана, а старого друга.- Ты не давал о себе знать, и мы начали беспокоиться. Ты неважно выглядишь. Я, черт побери, не одобряю, как ты спокойно относишься к своим травмам ребер и левой ноги. Я доложу ребятам, что ты вернулся в удовлетворительной форме, но все-таки попрошу докторов обследовать тебя, разумеется, на всякий случай.
-Винфилд объявил по всему кораблю о возвращении Сэммса, который через свою Линзу отчетливо ощутил чувство облегчения и радости у экипажа. Данное обстоятельство удивило его. Кто он такой, почему все так сильно переживали жив он или нет?
- Я в норме,- ответил Сэммс.- Меня вылечит двадцатичасовой сон. Я проснусь как Новенький.
- Возможно. Но сейчас ты все равно отправишься в лазарет,- настаивал Винфилд.- Мне кажется, ты хочешь, чтобы мы отвезли тебя на Теллус?
- Верно. И поскорей. Бал у посла, как тебе известно, состоится вечером в следующий вторник, и моя обязанность присутствовать на нем, от этого я не могу отказаться, даже если бы мне предоставили справку о моей полной нетрудоспособности.
ГЛАВА 6
Бал у посла, одно из самых важных событий года, был в полном разгаре. Нельзя сказать, что любой мало-мальски известный теллуриец был приглашен на бал, но всякий, кто находился там, несомненно, в чем-то считался примечательной личностью. В веселых затеях .участвовали молодые и красивые женщины и мужчины, никто не выставлял напоказ дорогие платья, стоящие кучу денег, и изысканные ювелирные украшения, а также свои лица с наведенным на них макияжем или надушенные духами телеса.
Быть пионерами - удел молодежи, поэтому присутствующие здесь представители колоний отличались молодостью: мужчины и женщины. Именно женщины создавали приятную атмосферу и гармонию.
Нельзя утверждать, что все присутствующие на балу были представителями рода человеческого. Разумеется, в празднестве участвовали и теплокровные, дышащие кислородом чудовища, прибывшие сюда из сотен различных солнечных систем. Там веселилось несколько марсиан, танцевавших в своих светлых одеждах с пунктуальной математической точностью, представителей венериан, они чинно сидели или важно расхаживали.
Одна пара выделялась даже среди всеобщего блеска и великолепия. Множество глаз неотрывно следили за ней, не упуская ее из поля зрения.
Девушка высокая, грациозная, гибкая, как тростинка. Ее прозрачное шелковое платье фосфоресцировало и сияло всеми оттенками зеленого цвета. Шлейф от платья расстилался по полу, а на уровне груди материал платья таинственно исчезал, оставались, правда, отдельные кусочки материи на особо интимных местах - держались, очевидно, за счет магнетизма самой владелицы одежды. Ее платье, пожалуй, единственное из всех, не украшал букетик цветов. Розочка, со вкусом сделанная из огромного изумруда, неизвестно как держалась на ее обнаженном плече. Волосы, так отличавшиеся от безукоризненно уложенных в прически у остальных дам, собраны в художественном беспорядке в пышную бронзово-рыжую копну. Мягкий взгляд влажных глаз - Вирджилия Сэммс владела ими мастерски, как и красивыми руками -излучали золотисто-каштановые искры девической чистоты и невинности.
- Я не могу обещать тебе следующий танец, Геркимер, честно, не могу!-взмолилась она, устремляясь в объятья молодого человека и прижимаясь к нему чуть ближе, чем того позволяли приличия.- Я очень хочу потанцевать с тобой, правда, но не могу, и ты знаешь почему?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
